Ревность
Шрифт:
Дибс стоял в коридоре, его золотистые волосы были растрёпаны. Он был похож на одного их тех херувимов, которых можно увидеть на разрисованных тарелках у старушек. Сплошные завитки и пухлые щечки.
— Привет, Дрю, — сказал он одними губами, тут же покраснел и опустил взгляд в пол.
Бенжамин появился из ниоткуда, протягивая мне кипу бумаг в пластмассовой папке:
— Я распечатал твои бумаги. Леон будет с тобой до обеда; у остальных практика в бою этим утром. Ты поела?
Я проглотила огромный тост и почти задохнулась, затолкнула его поглубже и кивнула. Леон вышел из комнаты, которая находилась рядом со мной, и прикрыл дверь.
— Да, — я взяла пластиковую папку, думала о том, что она не влезет в мою сумку, и решила просто нести её в руках. — Боже, спасибо. Ты не должен был делать это.
— Пожалуйста, — он усмехнулся и на мгновение выглядел молодым. Его тёмные глаза искрились. — Я принесу тебе книги по биологии и химии на ланч, хорошо? И Джорж принесет тебе спортивную сумку перед обеденным спаррингом.
— Ты спаситель, — теперь я не задумывалась об иронии этого высказывания дампиру. — Иди, иди. Со мной всё будет хорошо. Я доберусь до кабинета.
— Только если ты не опаздываешь, не так ли, — Грейвс схватил меня за руку и потянул. Он уже успел схватить сигарету. — Увидимся Бенжи.
О, ради Бога. Но Леон был уже здесь, забирая у меня толстовку и папку, передовая кофе и одаривая мою сумку тяжёлым взглядом. Я подтянула её выше на плече и поспешила догнать Грейвса.
— Спасибо.
— Не стоит благодарностей, — Леон снова бросил взгляд на мою сумку, собираясь забрать её. Но Грейвс не выпустил меня, и я продолжала крепко держаться за него.
Самая странная вещь в Школе — тебе не придётся носить вещи самой. Ещё одна странная вещь? Ни одной атаки в Школе с тех пор, как я прибыла сюда. Целых три недели. Я настолько привыкла видеть по одной атаке каждые несколько дней, что пребывание здесь без нападений походило на своеобразный отпуск.
Отпуск, где я собиралась провести время в классах, изучая Истинный мир, вот так вот. И немного поспать, потому что Пепел бодрствовал регулярно между 4:00 и 5:00 утра, время, когда все ложились спать. Это отнимало всё время, которое я отводила для домашнего задания, что означало пару часов упорства после рассвета, а затем я валилась в кровать, в то время как Грейвс похрапывал в спальном мешке на полу. Мы разрабатывали график проведения сна в кровати и в спальном мешке, но он был упрям. Как всегда. Это хорошо для моей спины.
Полагаю, он думал, будто тот, кто приближался к двери, обязательно должен пройти через него, чтобы добраться до кровати. Но как я могла спросить его об этом?
Мы не говорили о том, что мне действительно хотелось знать. Он держал дистанцию между нами, по крайней мере на расстоянии вытянутой руки. Я уже серьёзно начинала думать, что поцелуй с ним был сном. Бог знал, что яркие кошмары появлялись каждую ночь, хотя я уже не просыпалась с криками.
Я не видела Анну. Совет звал меня каждые два или три дня, это был неприятный час не очень легкой беседы, когда они изучали меня. Где были я и отец. Что я помню о маме. Все, что Кристоф когда-либо говорил мне.
Кир смотрел на меня через все это.
Они не спрашивали меня о том, что Анна приезжала в другую Школу, а я ничего не говорила об этом. Я поняла, что это было безопасное направление. Кроме того, я была слишком занята, чтобы волноваться сейчас насчет этого. Она не ходила на занятия; она была подготовлена и прошла становление. Она была занята работой в Братстве, и я предполагала, что у нее скопилось много письменной работы.
Когда и если она снова появиться, я что-нибудь придумаю.
Через окно были видны густое золото заката, белый мрамор и растительность. Было действительно красиво, и как только мы спустились вниз по лестнице и повернули направо, мы оказались в длинной галерее, где окна находились на одной стороне. На солнце волосы Дибса загорелись, идеальная кожа и белые зубы Спиннинга озолотились, и луч заходящего солнца выстрелил в глаза Грейвса. Что касается меня, я только моргала, пытаясь не выглядеть сонной и не захлебнуться большими глотками бананового латте.
Эй, не судите строго, если не пробовали его. Банановое латте удивительно!
В конце галереи было много двойных дверей, и я резко вздохнула, как всегда, когда Леон открывал дверь и осматривал помещение. Он кивнул, и Грейвс взял меня за руку, и мы оказались в коридоре, полном парней.
Прогулка по Школе — это как прогулка в море актеров из рекламы зубной пасты и сериалов. Оборотни более высокие, дампиры более грациозные. Каждый из них своеобразен. Оборотни, в основном, бывают брюнетами, дампиры же имеют более экстремальные цвета волос: не только светлые, но и платина или золото, не только темные, но и цвета ворона или сандалового дерева. Цвет кожи бывает красивым, на ней невозможно найти прыщей или других подростковых проблем. Их глаза горят, а дампиры имеют довольно резкие черты лица. Кроме того, они двигаются по-разному. Оборотни плавно передвигаются в траве, а парни-дампиры двигаются с неестественной для людей грацией. Это не так заметно, если вы увидите одного из них, но если толпу? Неправильность просто взрывается внутри вашего мозга и щекочет маленькую инстинктивную точку на задней части вашей шеи. Ту, что предупреждает вас об опасности.
Или это просто у меня так. Потому что, как обычно, когда я зашла в коридор, все взгляды сразу обратились ко мне.
Мне кажется, было бы любопытно посмотреть на единственного парня в полной школе девочек. Просто я знаю каково это, будучи единственной девушкой в школе парней. Потому что все смотрели на меня. После практики «невидимости, как вида искусства» в школьных коридорах всей США, это было новым и нежеланным.
Старинные металлические шкафчики стояли между классных дверей, и звуки хлопающих дверцей и топота ног, так же как посвистывание, не проникали в пузырь шепотков вокруг меня. Я опустила голову, как обычно, и позволила своим волосам скрыть меня. Дибс тащился слева от меня, а Грейвс поднял подбородок вверх, внезапно шагнул так, что его серьга раскачалась. Он, казалось, не обращал внимания на перешептывания и взгляды.
Вероятно, ему изрядно доставалось как парню-готу в Дакоте. Разумеется, у него было красивое лицо, которое можно было всем показать. Иногда он даже протягивал мне руку и брал за руку так, что наши пальцы переплетались. Я одновременно была и благодарна за эти прикосновения, и смущена.
Но не сегодня. Сегодня я собиралась пойти одна.
Я сделала еще один глоток кофе, вдохнула в неподходящее время, и он разбрызгался почти по всему полу. Снова все взгляды обратились ко мне, отчего мне стало неловко.