Ревность

Чемберлен Диана

– Ивен… Я хочу, чтобы она вернулась.

– Я знаю.

– Я все время пытаюсь себе представить, каково ей было умирать. Как ей, наверное, было страшно.

Он сказал после минутного колебания.

– Я слышал, что тонуть не так страшно, как может показаться. В первый момент человека охватывает паника, но она скоро проходит, и тогда… смерть наступает плавно.

– Если бы не мальчики, я сама хотела бы умереть такой смертью.

Она почувствовала, как напряглось его тело.

– Не смей даже думать об этом.

– Я не

могу думать ни о чем другом.

– Дэвид знает, что ты чувствуешь?

– Дэвид как лед. Он не разговаривал со мной. Он не дотрагивался до меня. Может быть, это оттого, что я не выношу его вида. Я чувствую себя менее одинокой здесь, с эльфами, чем дома.

Ивен отпустил ее плечо и встал. Он начал расстегивать рубашку, и она посмотрела на него снизу вверх, желая понять, прочел ли он в ее глазах облегчение от того, что она больше не испытывает угрызений совести. Она откинулась на диван и стала ждать его.

Они занимались любовью, и она снова почувствовала себя в безопасности. Но потом, когда Шон ощутила его слезы на своем плече, она не знала, были ли это слезы по Хэзер или слезы раскаяния.

11

Шон сразу нашла телефон в аэропорту Икитоса, но номер Линн не отвечал, хотя она набрала его дважды. Времени больше не было: Тэсс уже подготовила документы, необходимые для того, чтобы таможенники пропустили их причудливый багаж: разборные ловушки Шон и Ивена, дробовик и мачете Тэсс и прочие необычные вещи. Снаружи какие-то люди предлагали подвезти их в колясках, прикрепленных к рамам мотоциклов наподобие тех, что возят рикши. Тэсс уверенно провела их мимо и усадила в такси, похожее на старый железнодорожный вагон. В такси пахло прокисшим пивом.

Шон пришлось прикрыть глаза, защищая их от солнца, отражавшегося от белых стен встречавшихся по пути зданий. Она попробует дозвониться из зоопарка Чала, куда они заедут за подсадной обезьянкой.

– Какое чудо, – воскликнула Робин, глядя сквозь грязное стекло. – Посмотрите на этот гибискус.

– Malvaceae, – сказала Мег. Тэсс выглядела удивленной.

– Ты кое-чему научилась, – обернулась она к своей подруге.

– У меня был неплохой учитель. – Мег улыбалась, глядя в окно.

– Джакаранды здесь еще цветут, Шон. – Дэвид обернулся с переднего сиденья, чтобы сказать ей это.

Шон кивнула, не глядя. Она не хотела смотреть на гниющие отбросы и на детей в лохмотьях, стоявших на всех углах. С мальчиками все в порядке. С Линн они в безопасности. Но в последнее время с ними так трудно стало находить общий язык. Понимает ли Линн, как осторожно следует с ними обращаться, какие они хрупкие. Какие они еще, в сущности, дети.

– Мы пообедаем на Плаца де Армас, – объявила Тэсс, посмотрев на часы. – Мой друг Мануэль встретит нас там со своим грузовиком и постережет наши вещи, пока мы поедим и закупим продукты.

Стало немного суше, но жара не спадала, и в воздухе стоял все

тот же едкий запах. Гербициды и копоть от горящих деревьев – неизбежное зловоние города, отвоевывающего себе пространство у джунглей. Они вышли из такси перед церковью. С другой стороны улицы им махал рукой человек, сидевший в ржавом грузовике без крыльев и с привязанными веревкой дверцами. Тэсс крикнула ему что-то по-испански, и он улыбнулся, обнаружив ряд великолепных белых зубов на худощавом темном лице. В следующую секунду он уже помогал им загружать багаж в кузов своего грузовика.

Тэсс подвела их к боковой двери одного из зданий, окаймлявших площадь.

– Это лучший ресторан на Плаца, – сказала она, когда они спускались по темной лестнице в подвал. Комната оказалась битком набита плотными темными телами. Запах пота смешивался с запахом жареной рыбы.

– Здесь очень бойко торгуют наркотиками, – сообщила Тэсс с таким видом, будто это была лучшая рекомендация для ресторана.

Она провела их в угол комнаты, где они сдвинули два маленьких столика и уселись все вместе.

– На полу ящерицы! – воскликнула Робин.

– Лучшая защита от тараканов, – пояснила Тэсс. Робин, потирая руки, попыталась сосредоточиться на меню. – В первые дни нам не стоит переедать, не правда ли? – спросила она.

– Вы можете есть сколько хотите, – сказала Тэсс. – Но учтите, это последний городской обед, после которого мы перейдем на рацион джунглей, поэтому я собираюсь наесться до отвала.

– Что вы нам порекомендуете? – спросил ее Дэвид.

– «Писко», для начала, – сказала Тэсс. – Это очень крепкое виноградное бренди. И что-нибудь – не важно что – с аджи и аджо. Перец и чеснок. От них на грудях юных девушек вырастают волосы.

Шон посмотрела на Ивена. Хорошенького гида ты нам подыскал, прочитал он в ее взгляде.

Ивен ответил виноватой улыбкой и повернулся к Тэсс.

– Не скажете ли вы, что из этого меню может выдержать желудок гринго?

Тэсс углубилась в меню и перечислила набор блюд преимущественно рыбных. Они внимательно слушали. Никому не хотелось переспрашивать. Шон заказала креветок, воду в бутылках и кофе. Обычно она не ела подобных даров моря, но во время путешествия ей придется смириться с такой пищей. Именно ею им придется питаться в джунглях.

– Давайте я всех вас сфотографирую за столом. – Дэвид встал со своим фотоаппаратом, когда им принесли напитки. Он попятился задом, прокладывая путь в толпе.

– Взгляни на экспонометр, Дэвид, – посоветовала Мег.

Они улыбнулись в объектив – все, кроме Тэсс, которая с наслаждением потягивала бренди.

– Тэсс говорила, что фотографии дикой природы – новый для вас жанр. – Дэвид, садясь, придвинул свой стул на несколько дюймов ближе к Мег. Тэсс рассказала им, что Мег прошла курс ботаники только для того, чтобы лучше узнать жизнь растений, которые она собиралась фотографировать. Мег кивнула.