Ревность
Шрифт:
– Чудесная вещь. – От ее дыхания лезвие замутнилось. Она примерила рукоятку к своей ладони. – Само совершенство.
– Два, – попросил Ивен. Шон вставила нож обратно в ножны и прикрепила к своему поясу.
– Посмотри, как я опасна, – сказала она.
– Это еще слабо сказано. – Его рука внезапно коснулась ее шеи, а лицо оказалось так близко, что она почувствовала, как ее волосы цепляются за его бороду. Он быстро отстранился, и она почти физически ощутила напряжение, возникшее между ними.
«Он беспокоится
Они купили рыболовные снасти, вовсе не будучи уверенными, что это именно то, что нужно для ловли рыбы в Даку. Еще – три керосиновые лампы и четыре дюжины противомоскитных сеток. Вернувшись к грузовику, увидели, как Мануэль отгоняет мальчишек от их багажа. Они погрузили свои покупки в кузов. В дополнение к кухонной утвари Тэсс купила несколько бутылок рома и еще немного «Писко», а также нечто, напоминавшее вяленое мясо.
– Это не говядина, – сказала она. – Это чанчо де монте.
– Пекари? – спросил Ивен, но Тэсс отвернулась, не удостоив его ответом.
Может быть, она туга на ухо, подумала Шон, подыскивая хоть какое-то оправдание ее грубости.
Тэсс достала связку черных пластиковых пакетов из тюка с мягкими вещами.
– Укладываем еду в эти пакеты, – скомандовала она. – Все, что мы повезем на каноэ, может отсыреть.
Они упаковали еду, перетянув открытые концы пакетов проволокой, затем отступили назад, чтобы охватить взглядом весь грузовик, заполненный едой и тюками, ловушками и мачете. Мег сделала снимок.
Тэсс поговорила с Мануэлем и, повернувшись к остальным, сказала:
– Мег и я поедем в кабине с Мануэлем. Остальные четверо поедут в кузове.
Они послушно разместились в кузове, прилаживая тюки с мягкими вещами так, чтобы на них можно было сидеть. Шон села рядом с Дэвидом и взглянула на припасы.
– Этого хватит не на две недели, а на два месяца, – улыбнулась она, ощутив приятное чувство безопасности, которого ей недоставало в течение всего дня. Она потрогала рукоятку ножа, висевшего у нее на боку, и приготовилась к отправлению.
Через сорок пять минут они подъехали к зоопарку Чала.
В подсадной обезьянке не сразу можно было узнать медного эльфа. Тропическое солнце сделало ее раскраску более интенсивной, медный цвет превратился в красный, золотой – в оранжевый.
– Должна ли я ее анестезировать, чтобы взять на руки? – спросила она смотрителя.
Он покачал головой.
– Она ручная, – ответил он по-английски с сильным акцентом. Он был худ и черноволос, кости его локтей образовывали острые выступы. Темная кожа туго обтягивала скулы, напоминая дубленую кожу животного. – Она жила в семье до того, как мы ее получили. Ее зовут Коко.
Шон проникла в клетку,
– Ивен. – Шон закусила губу. – Возможно, ты был прав, и нам не следует использовать подсадку. Я не хочу, чтобы с ней что-нибудь случилось.
Смотритель пожал плечами.
– Ей по крайней мере девять лет. Поэтому мы разрешаем вам ее использовать. Если что и случится, это будет небольшая потеря.
Шон покачала головой. Когда она решила использовать подсадку, то не думала о том, что речь идет о чьей-то реальной маленькой жизни. Как могла она извлечь это беззащитное существо из привычного мира, запереть в маленькой клетке и кормить яичным порошком? Коко терпеливо сидела на ладони, пока они решали ее судьбу. Она не сводила умных старушечьих глазок с лица Шон.
Шон посмотрела на Ивена, втайне надеясь на то, что он решит бросить эту затею и оставит бедное животное в покое.
– С ней все будет в порядке, – заверил Ивен. – Мы берем ее.
Когда они вышли из зоопарка, Ивен взял клетку.
– Если смотритель относится к ней как к обузе, с нами ей будет лучше.
Коко поехала в своей клетке в кузове грузовика между Сент-Джонами и Райдерами. Она выражала недовольство рытвинами дороги, цепляясь за свою жердочку и издавая громкие трели. Ивен отрезал своим новым ножом кусок шнура и полез рукой в клетку, чтобы привязать его к тонкой шейке обезьянки. Он вынул Коко из клетки и передал ее Шон. Обезьянка взобралась на плечо Шон, обхватив ее маленькой передней лапкой за шею, и расположилась слегка вздремнуть.
Робин рассмеялась и прижалась к Ивену.
– Она такая прелестная, – сказала она. – Глядя на нее, я заскучала по Мелиссе.
Близнецы.
– Я забыла позвонить Джейми и Кейту! – воскликнула Шон.
– Я уверена, что с ними все в порядке, – отозвалась Робин.
– Нет. Я должна позвонить. Мы должны вернуться в зоопарк.
Они отъехали от зоопарка пятнадцать минут назад. Не такая уж большая задержка, если они сейчас вернутся.
Дэвид взял ее за руку.
– Дорогая, забудь об этом. С ними все в порядке.
– Почему ты так в этом уверен? – спросила она. – Потому что они не с тобой?
Никто не сказал ни слова. Шон почувствовала, как краска заливает ее лицо. Уже два года она не говорила Дэвиду ничего подобного, не била его ниже пояса. Не глядя на мужа, она встала на колени и подползла к кабине водителя.
– Тэсс! – крикнула она. – Нам надо вернуться!
Мануэль остановил грузовик, и Тэсс вышла поговорить с ней. Она стояла у края дороги, уперев руки в бока, с выражением презрения на лице.