Рейхов сын
Шрифт:
– А скажи-ка мне, Ролле, - фон Берне обнял Фишера за плечо с самым заговорщицким видом, и кивнул в сторону Курта и Генки, - что вот это такое есть?
– Это?
– Папаша Браунбёрн ожидал неприятностей от своего решения, но не думал, что они наступят так скоро.
– Это, герр офицер, старший товарищ обучает младшего устройству и применению пистолета-пулемета Эм-Пэ сорок один.
– Знаешь, мне очень жаль, что мы находимся в мусульманской стране.
– как насытившийся тигр промурлыкал оберлейтенант.
– А, осмелюсь спросить, почему?
– поинтересовался столь неожиданным поворотом
– Потому что тогда, - фон Берне не сменил тона, - я бы послал тебя на ближайший рынок за свиной головой. Чтоб ты ей мозги пудрил, а не мне. Скажи-ка мне для начала, друг любезный, кому это пришла в голову такая светлая мысль - дать мальчику оружие? Боевое.
– Ну, мне… герр оберлейтенант.
– набычился Фишер.
– Не вижу в этом ничего плохого. Не сегодня-завтра здесь будут французы с англичанами, а пареньку, кроме как лопаткой, и отбиваться нечем. Уж коли вы изволили посадить его мне на шею, мой долг вернуть его вам потом в целости и сохранности. Что, в боевых условиях, сделать будет затруднительно, если не вооружить парня. И не обучить использовать оружие, конечно, герр оберлейтенант. Опять же, оформлен он в батальоне как кандидат в егеря.
Фон Берне издал неопределенный смешок.
– Законник… Обербеомтенмайстер бейм райхскригсгерихт (23) Фишер… Он у тебя под весом вооружения и амуниции не загнется, Ролле? Пять килограммов, не считая патронов и запасных обойм же. Ты б ему хоть карабин бы дал что ли, всё на девятьсот грамм легче.
– Да куда ж ему карабин-то?
– искренне изумился оберфельдфебель.
– Он же с ним вровень длинной будет. Ну… не вровень, конечно, но неудобно будет парню. Слишком длинное это для него оружие.
– Ну смотри.
– фон Берне отпустил своего командира первого взвода, и погрозил ему пальцем.
– Под твою ответственность. Если пацан себе что-нибудь нечаянно отстрелит, ты лучше отстрели себе то же самое. А потом себе же открути голову, нас с майором не дожидаясь.
– Не извольте сомневаться, герр оберлейтенант.
– осклабился Фишер, почуяв, что буря прошла стороной.
– Все будет в лучшем виде. Гудериан у меня еще образцово-показательным солдатом станет.
Командир роты усмехнулся и сделал уже пару шагов в сторону, как вдруг снова замер, повернулся к Фишеру, и, с нехорошим прищуром уставился на оберфельдфебеля.
– Ролле, скажи мне… Вот в наш батальон пробную партию в полторы сотни MP.41 прислали, в боевых условиях испытать, и мы вроде бы как все раздали по личному составу.
– Так точно.
– ответил тот.
– Так ответь-ка мне, откуда взялся пистолет-пулемет для мальчика?
– Свой отдал.
– совершенно искренне ответствовал Фишер.
– Мне с карабином сподручнее как-то.
– А Зюсс про твою рокировку знает?
– Конечно знает. Карабин я ведь у него себе брал.
– Тьфу!
– только и нашелся что ответить фон Берне.
Меж тем Курт и Генка ни сном не духом не ведали о том, что в настоящий момент их непосредственный командир получает выволочку - иначе ни за что не пропустили бы такое зрелище. Курт дисциплинированно объяснял пареньку устройство и технические данные его нового, а если уж быть точным, то первого вооружения.
– Оружие это новое,
– Это начальство так объясняет. Не такое уж и новое. Видал у офицеров MP.38 и MP.40?
– Ага.
– кивнул Кудрин.
– Тоже не такая уж новинка Модернизированные MP.36, с которыми еще в Испании воевали.
– оберягер запнулся на миг, припомнив что воевали там и против русских тоже.
– Вот, значит… А это - тот же самый MP.40, только приклад не складной, а деревянный. Считается, что так целиться удобнее.
– А на самом деле?
– А Бог его знает, я из офицерского пистолета-пулемета никогда не стрелял.
– пожал плечами Бюндель.
– Что тут действительно новое, так это возможность стрелять не только очередями, но и одиночными выстрелами. Вот, видишь? Это переводчик режимов огня. Так - стрелять очередью, а так - одиночными.
– А как лучше?
– простодушно поинтересовался Генка.
– И так, и эдак хреново.
– поморщился Курт.
– Дальше чем на пару сотен метров если и попадешь, то только с Божьей помощью.
– Бога нет.
– ответил Генка.
– Он тебе сам это сказал?
– хмыкнул оберягер, но мигом посерьёзнел.
– Отставить теософские диспуты. Приступаем к сборке-разборке оружия. Сначала надо отсоединить магазин…
Самсун (Турция), порт
20 марта 1940 г., 12 часов 30 минут
В порту воцарились настоящие безобразие и вакханалия. У причалов, на которые высаживались с транспортных судов русские танки, эвакуаторы, тягачи и прочая техника с их экипажами и мотострелками поддержки, слышались громкий русский и турецкий мат, изредка перемежаемый командами красных командиров. 95-я бригада легких танков шла на высадку в гавани, никоим образом для такой масштабной операции не приспособленной. На рейде скопилось большое количество транспортных кораблей, которые, при всем желании их капитанов, никак не могли встать к занятым их товарищами турецким пирсам, и являющиеся лакомой добычей для англо-французской авиации. Случись в это время налет на Самсун, значительная часть транспортов отправилась бы на дно со всем своим грузом - не помогли бы ни румынские зенитчики остатков 16-й дивизии, ни зенитные пулеметы ДШК вставших мористее «Голубого крейсера» (24) и эсминцев «Бодрый» и «Незаможник». К счастью для подчиненных полковника Банникова, летуны Новой Антанты высадку, что называется, прощелкали клювом.
Капитан-командор Раду Келтуяла, принявший командование дивизией после гибели Думитруеску, вышел из своего автомобиля и поглядел на выгружающуюся технику.
«Если это советские танки, то отдавать СССР Буковину без драки совершенно неразумно», подумал он.
Собранная перед самой войной, с миру по нитке, 95-я бригада была укомплектована танкетками Т-27 и танками Т 40, Т-37А, Т 38, а также небольшим количеством британских Vickers Mark I и Mk I, Matilda да старичков БТ-2.
Грозный, Обком ВКП(б) Чечено-Ингушской АССР