Резонанс
Шрифт:
«О боже…».
Ее сердце рухнуло, как переспелое яблоко сорвалось с ветки. Тьма окружила ее поле зрения, кости заболели.
«Дилан…».
Он вышел из — за воспоминаний Нив, словно показался из — за маски.
Его черты стали выражены сильнее, чем раньше. Кроваво — красные пряди были длиннее, пышнее, пылали в теплом свете солнца. Его манящие прекрасные глаза были даже зеленее, чем она помнила.
«Что он здесь делает? Возможно ли это?».
Дилан опустился на кресло напротив нее, ткань его темной стильной одежды
— Это… — Нив хотела заговорить, но ее голос оказался тоньше, чем она думала.
— Знаю, — он судорожно выдохнул. — Давно не виделись.
«Веди себя нормально. Нормально».
— Как ты жил?
— Неплохо, — кивнул Дилан. — А ты?
— Неплохо, да.
— И я, — сказал он, и Нив вспомнила ночь, в которую он признался в любви к ней. И она знала, что это правда, потому что в его глазах был свет улыбки.
Как сейчас.
Дилан взглянул на переднюю часть кафе, и разорванный контакт взглядов дал Нив заметить тишину между ними. Ее едва заполняло шипение кофе — машины, греющей молоко.
— Так как… — Нив кашлянула, понимая, что уже задавала этот вопрос. — Чем ты был занят?
— Только вернулся в город, — сказал Дилан.
Тишина.
Он добавил, видя пустой взгляд Нив:
— Военная школа.
— Ох… — выдохнула она. — Здесь?
— Вест Поинт. Это в Нью — Йорке.
«Нью — Йорк?! Ты сорвался с места и умчался в Нью — Йорк?!».
— Ого, это… — «не в твоем стиле». — Похоже, твой папа все же тебя уговорил, — она выдавила смешок.
Дилан сжал губы и выдавил улыбку.
— Ну, да… — он опустил голову и принялся теребить замок куртки. — Пусть он и дальше показывает свою любовь к дисциплине.
«Дисциплине?» — удивилась Нив. Что мог сделать Дилан, чтобы его забрали в военную школу?
— Они не заставили тебя побрить голову? — спросила Нив, щурясь.
— Нет, ведь их можно подвязать.
Она кивнула, не зная, как еще реагировать.
— А как ты? — спросил Дилан.
И Нив пронзило понимание, что ей стыдно описывать свою примитивную жизнь. Н это был Дилан… Это были они.
— Все тот же подогретый суп, — описала Нив Ванкувер. — Но я хотя бы выпускаюсь в этом семестре.
— Отлично, — кивнул Дилан, вскинув брови.
— Ага. То есть, я бы уже доучилась, но дважды меняла специальность, так что…
— Что теперь собираешься делать? — спросил он.
Снаружи вдруг показались тучи.
— Медицинская школа, наверное.
— Наверное? — Дилан вскинул бровь.
— Да. То есть, да, такой план.
— Это круто, — сказал он, но было заметно, что он так не думал.
— Спасибо… — Нив опустила взгляд, ощущая, что все темы для обсуждения исчерпаны.
Кроме той, которую они обходили.
— Так что же… — Нив подняла голову и обнаружила, что внимание Дилана не на ней.
— Хмм? — он быстро опустил взгляд на нее.
— Все
— Угу. Сейчас вернусь, — он встал и пошел к стойке впереди.
Без предупреждения брови Нив сдвинулись до боли. Мутная смесь обиды и разочарования вскипала внутри. Он собирается вернуться в ее жизнь, словно ничего не произошло?
Словно она ничего не значила?
И она вдруг поняла, что три года ждала встречу, произошедшую так близко.
Растерявшись, Нив вытащила телефон и написала Элиоту: <Позвони через 3 минуты с ложной тревогой! Красный код! Тревога из — за рыжего бывшего!>
Она отправила сообщение и подняла голову, а Дилан как раз опустил две большие кружки на стол.
— Это тебе, — он осторожно придвинул латте с красивым листиком, нарисованным сверху, к Нив, а потом сел напротив нее.
Этот жест, видимо, должен был напомнить ей о том, что было между ними, но Нив это казалось извинением. Скрытым извинением за кошмар, в котором он ее оставил.
Дилан облизнул губы и опустил голову.
— Ты все еще злишься на меня?
«Злюсь? — струны сердца Нив натянулись, готовые лопнуть.
— Прости… — она убрала дневник в сумочку. — Мне нужно идти.
— Нив, погоди.
— Слушай, Дилан, было приятно тебя встретить. Теперь я хоть знаю, что ты не мертв. Но вся эта игра, будто все хорошо? — она покачала головой, встала с места и пошла на выход.
«Не плачь. Не смей себя так вести».
Дилан бросился за ней.
— Ты имеешь полное право ненавидеть меня… — он вышел за Нив из кафе. — Только дай мне шанс объясниться.
— Не нужно, — Нив ускорила шаги. — Я все прекрасно поняла.
— Прости, если я тебя ранил.
И Нив вдруг обнаружила себя приклеенной к месту.
— Если! — она повернулась к нему, сдавленный голос едва вырывался из болящего горла. — Если ранил меня?
Дилан опустил голову и сунул руки в карманы.
— Ты просто ушел! Ты мог лежать мертвым где — то в канаве, — она отклонилась, но никак не могла уйти. — Мне пришлось выслушивать от твоих одноклассников, что ты переехал! Не переезжаешь, а переехал! Они смотрели на меня, как на ненормальную бывшую, которая пришла искать тебя в классе!
Дилан приоткрыл рот, но вид чего — то вдали заставил его замкнуться.
Заметив перемену его поведения, Нив оглянулась через плечо, но там не было ничего выдающегося.
Просто толпа студентов.
— Прости, — сказал Дилан и прошел мимо нее. — Мне пора.
— Что… — почти прошептала Нив, потрясение из — за его ухода закрыло ее от полного осознания реальности. От принятия, что он бросал ее во второй раз.
И она стояла и смотрела, как Дилан становится все меньше и меньше, пока она уже не могла разглядеть его в толпе. Внутри кипела боль, но она стояла и боролась с решением гравитации поставить ее на колени.