Rise
Шрифт:
Не думал, что Дамблдор когда-либо заступался за меня в прошлом. Может быть, он понимал, в каком я был положении? Он определенно был более наблюдательным, чем другие. Но это осталось в прошлом, а сейчас, как я и думал, без содействия Грейнджер здесь не обошлось. В этом она тоже не изменилась — оставалась такой же великодушной.
— Директор, я благодарен за ваши слова. Знаю, что будет трудно, потому и не уверен в своем решении. Я теперь слабее других студентов, сомневаюсь, что добьюсь значительных успехов в учебе, — сказал я тихо.
— В любом случае
— А как быть с моими перемещениями по замку? — задал я один из самых важных вопросов.
МакГонагалл задумалась, но не выглядела сильно озадаченной.
— У вас, как вижу, уже есть неплохое решение для этой задачи. Вы самостоятельно переместились из Хогсмида сюда, я права?
— Да, но это стоит серьезных затрат силы. Не знаю, смогу ли постоянно так перемещаться. Дома, как правило, меня левитирует эльф. И потом, как же правило, запрещающее колдовать в коридорах Хогвартса? — спросил я.
— Из всякого правила возможны исключения. Мистер Малфой, я предлагаю следующее: вы будете перемещаться самостоятельно, так, как вы это делаете сейчас, с помощью заклинаний, а если сильно устанете — воспользуетесь помощью эльфа. Я могу вам позволить привезти его сюда, он будет жить вместе с остальными домовыми эльфами, помогать им по мере необходимости, и приходить вам на помощь, когда вы его позовете. Идет?
— Да, конечно, так было бы хорошо, — я не мог поверить, что она готова идти на уступки для меня.
— Только, Драко, учтите, что поблажек в учебе не будет. Вы будете обычным студентом, и относиться преподаватели к вам будут так же, как и к другим, — строго сказала МакГонагалл.
— Да, я понимаю. Директор, я не могу дать сейчас окончательный ответ. Мне нужно подумать. Вы дадите мне время? — спросил я.
— Несколько дней у вас есть. Сегодня вторник, пришлите мне письмо до пятницы. Это крайний срок. Каким бы ни было ваше окончательное решение, оповестите меня о нем. Договорились?
— Да, директор МакГонагалл. Спасибо, — нельзя сказать, что я был доволен таким ответом, я хотел больше времени на размышления, но и так уже было неплохо.
— Мистер Малфой, позвольте задать вам личный вопрос, — проговорила тихо МакГонагалл.
Я молча кивнул.
— Насколько плохо ваше состояние?
— Травма позвоночника. Ног я не чувствую. Зелье, возможно способное мне помочь, заказать во Франции не получится, — спокойно ответил я.
— Вы, должно быть, испытываете постоянную боль? — спросила она, глядя мне в глаза.
— Да, но я уже научился с ней жить.
— Принимаете обезболивающие зелья?
— Только в редких случаях.
— Понятно. Что ж, спасибо за честный ответ. Если вы все-таки решите возобновить здесь учебу, я попрошу мадам Помфри подумать, чем вам можно помочь. Возможно, есть какие-то зелья, которые хоть немного облегчат вашу жизнь.
— Спасибо, директор, — искренне сказал я. Говорить было больше не о чем, так что я
— Может, все-таки чаю? — предложила МакГонагалл.
— Нет, благодарю, мне уже пора, — отказался я.
— Ну тогда я попрошу сейчас запрячь повозку, и фестралы доставят вас в “Три Метлы”. Вы ведь там остановились?
— Я сам доберусь… — начал я.
— Мистер Малфой, я вижу, что вы устали. Не нужно отказываться от помощи, если вам ее искренне предлагают, — строго сказала МакГонагалл.
— Хорошо. Спасибо, директор, — согласился я, потому что действительно был уже на пределе сил.
— До свидания, мистер Малфой. Не забудьте, я жду вашего письма до пятницы, — она поднялась со своего кресла, — ожидайте возле парадного входа, повозку подадут туда.
— Спасибо, директор МакГонагалл. До свидания, — я собрал остатки сил и направил свое кресло к выходу.
Ждать мне не пришлось, когда я спустился вниз, повозка уже стояла у входа. Хорошо все-таки, что мне не пришлось самостоятельно перемещаться в Хогсмид, на это требовалась серьезная концентрация, а мне было о чем подумать в пути. Предложение было таким заманчивым. Хоть на время, но это могло оживить мое однообразное существование. И кто знает, к каким результатам приведет эта авантюра? Вариантов развития событий было очень много. У меня даже разболелась голова от всех этих мыслей. Нужно было ехать домой и там уже принимать решение на свежую голову.
Я решил не ночевать здесь, а вечерним поездом отправиться в Лондон. Осталось только сообщить эльфу, чтобы ждал меня на вокзале, что я и сделал сразу же по прибытии в “Три метлы”.
Оказавшись в вагоне, я безо всяких церемоний улегся на диван — сидеть больше не было никаких сил, и, как только поезд тронулся, а я убедился, что неожиданных попутчиков сегодня не будет, провалился в сон.
Мне снилась Грейнджер. Она просто сидела у окна в купе поезда и беззаботно смеялась какой-то шутке. Яркие лучи заходящего солнца бросали отблеск на ее темные волосы, и казалось, что они светятся изнутри. Отсмеявшись, она заправила прядь искрящихся волос за ухо, и явно собиралась сказать что-то…
Я проснулся от того, что движение прекратилось, поезд прибыл на вокзал Кингс-Кросс.
*
Уже дома я задумался над тем, что мог значить этот сон. Грейнджер никогда еще не снилась мне в таком беззаботном сне, оба раза она оказывалась в моих сновидениях в переломные моменты жизни. Было даже интересно, что же она хотела мне сказать в сегодняшнем сне. Хотя все это были незначительные мелочи, которые можно было смело выбросить из головы, что я и сделал.
В вечер приезда домой я поделился последними новостями с мамой. Она, казалось, была в восторге от затеи с моей учебой в Хогвартсе. Она сказала, что это шанс вернуть фамилии Малфоев былое уважение, вся ее надежда была только на меня. Я не воспринял всерьез ее энтузиазм, но принял к сведению ее мнение. Она верила в меня, это дорогого стоило.