Rise

Natty_M

— Ясно. Я забыл спросить твое имя, — обратился я к старосте.

— Руби Таунсенд, но можешь не запоминать. Помогать я тебе не буду. У нас и так будет слишком много проблем по твоей вине, — ответила она. — Вот твое расписание. Решай свои дела сам.

Она дала мне пергамент, развернулась и пошла в другой конец гостиной. Теплый прием, ничего не скажешь.

Теперь можно было отправляться в комнату, что я и сделал. Спальня была самой обычной, но в ней стояло только две кровати. Около одной из них лежал мой багаж. К ней я и направился. Раздеваться сил не было, я лег и позвал эльфа. Он разложил мои вещи и ушел. А я прокручивал в голове события этого дня. Гнев закипал во мне с новой силой. Я был лишним, общество отказывалось

меня принимать и прощать былые проступки. И в такой атмосфере мне предстояло выдержать целый год. Я сомневался, что мне хватит на это сил. Но я должен был постараться.

Голова болела так, что темнело в глазах, я чертыхнулся и потянулся за очередным флаконом обезболивающего зелья. Я принял его слишком много за последнее время, но сейчас мне не хотелось об этом думать. Другие проблемы казались гораздо более важными…

Мне так и не удалось заснуть в эту ночь.

Утром первого учебного дня я с трудом привел себя в порядок и отправился на завтрак. У меня было такое чувство, что этот день будет очень непростым.

Первым занятием были чары. Добродушный профессор Флитвик напомнил студентам, что они успели пройти за шестой курс, и предложил попрактиковаться в некоторых заклинаниях, которые были изучены ранее. Я уже предчувствовал проблемы. Если чары левитации своей новой волшебной палочкой я освоил, то никакие другие мне применять почти не приходилось.

— Сегодня повторим режущие чары. Думаю, все их хорошо помнят. Начнем мы с “Диффиндо”, — напевно проговорил Флитвик. — Ваша задача разделить пополам яблоки, которые лежат перед вами. Начали.

Я произнес заклинание, но ничего не произошло. Я попробовал еще и еще, но все равно не получилось. Большинство студентов уже справилось с заданием: кто-то глазел по сторонам, кто-то продолжал делить яблоко на множество маленьких кусочков, кто-то тихонько переговаривался. Я разозлился. С двадцатой попытки мне удалось-таки надрезать яблоко, хотя полностью поделить так и не получилось. Рядом сидящие уже тихо посмеивались. Флитвик подошел ко мне.

— Мистер Малфой, — начал он, — вы подзабыли, я смотрю, школьную программу за шестой курс. Я бы посоветовал вам позаниматься дополнительно. Обязательно нужна практика.

— Да, профессор, попрактикуюсь, — обреченно сказал я.

Так как все остальные с заданием уже справились, Флитвик решил, что на сегодня повторения достаточно, и перешел к объяснению нового материала.

Следующим занятиям была трансфигурация вместе с Гриффиндором. Я ждал этого урока, хотел посмотреть, как Грейнджер справится с ролью преподавателя. Не то чтобы я сомневался в ее уме или талантах, просто было очень любопытно увидеть, как она держится.

Профессор Грейнджер была на высоте, собственно, этого я от нее и ожидал. Она не нервничала, говорила спокойно и уверенно, рассказывала интересно, да и вообще произвела хорошее впечатление на студентов, причем как на гриффиндорцев, так и на слизеринцев. Только мне казалось, они ее немного недооценивали. Я был уверен, что спрашивать она с нас будет так же много и с таким же усердием, как сейчас рассказывала материал.

По окончании занятия, когда я перемещался к выходу, Грейнджер пристально на меня посмотрела и, кажется, хотела что-то мне сказать, но потом будто передумала и принялась складывать пергаменты на столе. Я поймал себя на мысли, что был бы рад с ней поговорить.

Впереди было еще занятие по защите от темных искусств — с Когтевраном, я поспешил, если ко мне это было применимо, в аудиторию. Опаздывать не хотелось. Впрочем, и без опозданий мне досталось по полной.

Профессор Куппер начала урок с короткой переклички и, назвав мое имя, направила на меня явно недружелюбный взгляд. Я надеялся, что мне показалось, так как она, похоже, вообще не была склонна к яркому выражению эмоций. Но мои надежды не оправдались.

— Я познакомилась с

вами, а меня вы уже знаете. Кто не запомнил — повторю. Меня зовут профессор Оливия Куппер, — строго сказала она. — Коротко о себе: училась я в Шармбатоне, а работала во французском Министерстве Магии, на должности, которая аналогична британскому мракоборцу. Даже если вам кажется, что я слишком хрупкая для такой работы, имейте в виду, внешность обманчива. Я специализировалась на поимке всяких психопатов, а три года назад урожай на них был особо богатый. Жаль, не всех переловила… Как бы то ни было, год назад я переехала в Британию и сотрудничала с местными мракоборцами, однако директор МакГонагалл очень настойчиво просила обучить вас, бестолковых студентов, которым, как я знаю, долгое время не везло с преподавателями ЗоТИ. Не повезло вам и сейчас. Я не намерена потакать чьим-либо слабостям, так что учиться вы будете за все те годы, что просидели без дела. Не знаю уровня ваших знаний и умений, но постепенно мы с вами это выясним.

Она еще раз цепким взглядом оглядела аудиторию, видимо, ожидая реакции на ее слова. Однако практически все сидели с выражением вежливого безразличия на лицах, молча и внимательно вслушиваясь в каждое слово нового профессора.

— Сейчас мы и проверим, что же задержалось в ваших головах за шесть лет обучения. В конце этого года вам предстоит сдавать ЖАБА, и раз уж вы все сегодня здесь, то собираетесь сдавать этот экзамен и по моему предмету. Я должна убедиться, что вы готовы к такой серьезной проверке. И еще я собираюсь научить вас всему, что осталось за пределами ваших голов, хотя должно было туда попасть из учебников. Все студенты должны выйти из Хогвартса хорошо подготовленными к жизни, а она, как вы знаете, состоит не только из добрых фей и сливочного пива по праздникам и выходным, может случиться, что вы встретитесь с чем-то темным и опасным — это не считая того, что никогда нельзя сбрасывать со счетов возможность какой-либо войны — и должны будете с этим справиться, чтобы защитить свою жизнь и… жизнь ваших близких.

Она скрестила руки на груди и с задумчивым видом прошлась вдоль рядов парт.

— В общем, я раздам вам пергаменты с вопросами, на которые вы должны ответить в течение следующего получаса. Отнеситесь очень серьезно к этой работе, потому что по ней я создам себе впечатление о каждом из вас, и для всех нас будет лучше, чтобы оно оказалось приятным. Это понятно?

Отовсюду послышались нестройные “Да, профессор”.

— Вот и отлично, — с этими словами Куппер взмахнула волшебной палочкой и с ее стола поднялись и разлетелись по всем партам длинные листы пергамента. — Можете приступать, надеюсь всем ясно, что пользоваться справочными материалами запрещено, только своей памятью.

— Но здесь же тридцать вопросов! — воскликнул кто-то из когтевранцев.

— Спасибо за ценную информацию, но, думаю, все здесь прекрасно умеют считать.

— За полчаса мы точно не успеем, — сказала староста Руби Таунсенд.

— А вы постарайтесь, — с нажимом сказала Куппер и нахмурилась. — Вместо того, чтобы жаловаться, вам всем следовало уже приступить. Я не требую от вас чего-то экстраординарного, и если вы не можете справиться с такой элементарной задачей, то дальше на моих уроках вам будет крайне тяжело.

Я только краем уха слышал диалог, поскольку, получив пергамент с вопросами, сразу же молча принялся заполнять его ответами. Тематика вопросов была довольно обширной — от видов опасных тварей и способов от них защититься, до описания взмахов волшебной палочки для сотворения какого-либо заклинания — и вспомнить удавалось далеко не все.

— Я вижу, несколько человек все же знают, что такое быстрое реагирование на задачу, — продолжала Куппер, проходя по узкому проходу. — Мистер… Малфой, если я правильно запомнила? — она положила руку на пергамент, привлекая мое внимание. Я кивнул. — Хм, тот самый?