Рисуко

Кудлер Дэвид

Но вокруг появились деревья.

Солнце начало подниматься из-за горы за нами, Тоуми остановилась, глядя вниз.

– Что ты ищешь?

Братишки ворчали на нас, сейчас мы шли последними.

– Почему мы не идем ровно? – прошептала Тоуми.

– А?

Она посмотрела на меня, словно и забыла, что я здесь.

– Это же глупо.

– Кони не могут спускаться по прямой по такому склону.

– Но я не чертов конь, - процедила Тоуми. – И я пойду по прямой, а остальных встречу на очередном завороте, - она сошла с тропы.

– Нам нельзя!

Она развернулась, одна нога была на земле,

другая – еще на дороге. Она усмехнулась.

– Боишься?

– Нет, но!..

Тоуми сошла с дороги и ушла в густой можжевельник.

– Вернись! – я смотрела на нее, взглянула на удаляющиеся спины наших. Миэко просила оставаться вместе. И я бросилась за Тоуми.

Вообще-то, мне стоило позвать Миэко, Масугу или Братишек. Но я не хотела выглядеть как трусиха или ябеда, и, конечно, мне очень хотелось полазать, даже если и по каменистому склону.

Я спускалась за Тоуми, решив, что догоню ее у деревьев. Но ее ноги были длиннее моих, и она выросла на улицах столицы, так что двигалась очень быстро.

Можжевельники тут были больше, чем я видела дома, они были с три человеческих роста, но оставались спутанными можжевельниками. Я потеряла Тоуми из виду, когда мы оказались среди деревьев. Приходилось прислушиваться к ее шагам, треску веток и ее возмущениям.

– Погоди! – крикнула я. – Стой! Мы заблудимся!

– Как мы можем заблудиться, Мышь? Нужно спускаться, или ты даже этого боишься?

Я вспыхнула. Боюсь? Я покажу ей. Я решила, что теперь важна победа, и я собиралась ее заполучить.

Я едва слышала Тоуми, идущую сквозь деревья, из-за своего тяжелого дыхания, но я знала, что удобнее будет догнать ее рядом с рощей. Я направилась к тому, что было похоже на поляну, надеясь скрытно обойти ее. Я представляла, как сижу на дороге, чищу ногти, и тут она вываливается из рощи.

Силой воображения и гнева я бросилась к поляне, не глядя, куда я бегу. Еще одна ошибка.

Брешь была из-за старого упавшего кедра. Из прогнившего пня рос другой кедр, он был меньше упавшего, но выше можжевельника. На нижних ветках стоял мужчина в коричневой накидке и смотрел на дорогу. У основания кедра стояли еще двое мужчин, тоже в коричневом и с луками. Потревоженные моим шумом, они теперь смотрели на меня. Один поднял лук, чтобы выстрелить, и я попыталась убежать, но поскользнулась и рухнула у его ног.

И тут громкий крик возвестил, что Тоуми тоже попалась в эту ловушку. Со стуком она упала на землю, другой мужчина подошел и, схватив ее за воротник, поднял, толкнул к кедру.

Пока я пыталась подняться, я врезалась в мужчину надо мной, и его стрела улетела в лес. Без звука мужчина обхватил ладонью мой рот, прижал к грубой коре кедра. Я слышала, как шипел клинок в руке мужчины.

– Пока что не убивай их, - раздался сверху громкий шепот. – Их хотя бы можно будет продать.

– Уверен, босс? – лицо мужчины было закрыто тканью, я видела лишь, как он щурит глаза, глядя на меня. – Эта уж больно костлявая.

– Заткнись, - прошипел мужчина сверху. – Они скоро дойдут до горки. Нужно спуститься и посмотреть. Свяжите этих. И заткните им рты. Мы с Санджиро пойдем вниз и просигналим остальным. Широгава, охраняй этих крыс и готовь коней, - он спрыгнул с ветки в можжевельник за нами.

Я услышала возню, а потом и меня ударили в плечо.

Мужчина

поднял нож, и я закричала в его руке, но он направлял его на горло Тоуми. Она зарычала, но всхлипнула, когда лезвие ранило кожу.

– Связать вас сказали, - пробормотал он, а потом последовали слова, которых я никогда не слышала, хоть мы семь дней шли с солдатами. Он прижался ко мне, и я не могла двигаться, едва дышала. Он сорвал ткань со своего лица, скомкал и сунул мне в рот. Поправив кожаный шлем, он снял грязную накидку и проделал то же самое с Тоуми. Она пыталась отбиваться, но он прорычал. – Я бы с радостью убил вас, девчонки. Нам не нужны слуги. Но если Танака сказал беречь вас, я слушаюсь. Молчите и не двигайтесь.

Опустив лук, но с ножом у горла Тоуми, он вытащил тонкую веревку из накидки и быстро связал мои запястья, а потом и Тоуми. Посмотрев на нас, потом на дерево. Он заметил низкие ветки кедра. Он забросил веревку на ветку, поймал и потянул, наши руки поднялись в воздух.

Тоуми стояла на носочках, я была ниже, так что теперь висела, и веревка впивалась в запястья.

– Вот, - он был доволен. – Это вас удержит, - он привязал веревку к одному из можжевельников. А потом поднял лук и посмотрел на нас, скривившись. – Присмотреть за конями, да, - он издал смешок. – Чертов Танака. Ну, вы все равно не сбежите, - он пошел к возвышению на поляне, но развернулся. – Ничего не творите! – он выпустил стрелу, и она почти задела мой локоть.

Он ушел, а мы начали бороться с путами. Я отчаянно пыталась забраться на кору за собой, чтобы уменьшить боль в руках, но веревка только сильнее затягивалась. Руки горели, по ним стекала кровь.

Я посмотрела на Тоуми. Она плакала, и я не могла ее винить. Моргнув, она попыталась выплюнуть кляп, но не вышло. Она взвыла от отчаяния, но начала вскидывать голову, словно показывала мне забираться.

Забираться? Что? Я посмотрела вверх. Ветка была недалеко, но я не могла…

Тоуми ударила меня и вскинула голову вверх, потом в сторону. Я не ответила, она зарычала и повторила. Забирайся на МЕНЯ!

Ах! Я обхватила ногами ее талию, словно она была маленькой сосной, и подтянулась. И тут же давление в руках ослабло, я чуть не отключилась от радости, съехала, и веревки впились в кожу.

Тоуми зарычала, заставляя меня вернуться к делу. И я приподнялась, держась за веревки. Я поднималась, пока веревка вокруг моих рук не ослабла. Я выпала из пут.

От радости ноги подкосились. Но Тоуми не успокаивалась. Я вытащила кляп изо рта.

– Я развяжу ее, ведь не смогу отрезать…

Она покачала головой, крича, но кляп заглушал ее. Она закинула ноги мне на плечи, и я поняла, что она хочет делать. Я старалась поднять ее, пока она не могла развязать руки. Весь вес Тоуми был на мне. Я рухнула на землю.

Мы откатились, задыхаясь и стряхивая кровь с рук.

Тень закрыла солнце, падающее на мое потное лицо, и я вскрикнула, решив, что вернулся бандит, чтобы убить нас вопреки приказам Танаки.

– Хорошая работа, Рисуко-чан, Тоуми-чан, - сказал теплый тихий голос.

Миэко-сан стояла над нами с кинжалом в руке, и только прутик в волосах показывал, что ситуация необычна.

– Но… Но!.. – лепетала Тоуми. – Я видела, что ты уехала с остальными!

– Разве? – Миэко улыбнулась. – Идемте. Нужно спешить.