Рита
Шрифт:
– Всем спасибо. Все свободны.
– Неожиданно даже для себя сомой, вырывается из меня наружу.
Одноклассницы переглянулись.
– Да пошла ты!
– Алина поставила в нашем общении точку и все дружно подхватили ее инициативу, демонстративно повернувшись ко мне спинами. Тоже мне, обиженные.
– Почему прохлаждаемся?
– Очень кстати в зале появляется Виктор Петрович с волейбольным мячом в руках.- Физкультура это такой предмет - учить можно даже, когда меня нет. Разминаемся, ребята. Живее, живее. Делимся на две равные команды и начинаем игру. Кстати, команда-победитель освобождается от
В нашу сторону летит мяч.
– Ураа-а-а!
– вопить начинают все.
– Круто.
– Одновременно проговаривают несколько человек, и начинается формирование команд.
Даже не знаю почему, но у меня сложилось такое впечатление, что буквально все одноклассники с удовольствием разделились бы вот так: Сова - в одной команде, а все остальные в другой.
Короче весь этот бред «я не хочу с этой курицей в одной команде быть» и «у нас в команде не место сукам», мог бы продолжаться до бесконечности, но, Виктор Петрович, честь и хвала ему, воспользовался своим строгим учительским - «На первый-второй рассчитайся».
Подобной игры в моей жизни еще не было. С первых секунд мне в голову начал прилетать мяч, будто она и есть волейбольная сетка.
– Ой, Рит, прости.
– Сова, сорри.
– Был бы мозг, было бы сотрясение.
– Ритка, сорри…
И так далее и тому подобное.
– Короче!
– Схватив мяч, отшвыриваю его в сторону.
– У вас у всех проблемы?
– Сова, я не понял?
– в первую очередь реагирует Виктор Петрович.
– В чем дело?
– А вы разве не заметили?
– Не заметил чего?
– Того, что сегодня у мяча какая-то странная траектория полета. Достали!
– Выкрикиваю в сторону ухмыляющихся одноклассников.
– Да ладно тебе, - с довольной лыбой во все лицо начинает выступление Голугин, - сегодня просто не твой день.
– Да пошел ты!
Я стремительно покидаю физру не обращая внимания на «Сова, что вы себе позволяете?» из уст Виктора Петровича.
Пошли они все.
Я ничего плохого, по сути, не сделала, а Голугин сам нарвался. Что ему стоило просто не трогать меня, тогда о нашем расставании все узнали бы по-другому. Да и все это стадо придурков! Что я им-то сделала? Видно им просто жертва нужна была для стеба и пинков, вот и оторвались на мне, типа «заслужила». Уроды!
Возвращаюсь в класс за вещами и очень быстро оказываюсь вне школьных стен.
Снег все еще валит, и коммунальные службы реально не справляются избавляться от него, а мне так хочется забиться в один из сугробов и проспать там до весны. Нет, лучше, до осени, чтоб избавить себя от радости лицезреть некоторые рожи еще пять месяцев.
Не смотря на густой снегопад, мороз не сильный, и вместо того чтобы сразу пойти домой, я делаю остановку на детской площадке. Сажусь на заснеженные качели и тупо реву. Вот оно, мое первое в жизни «Ты не Сова - ты еще та сука!», вот только почему-то мне от этого вовсе не радостно.
– Что не убивает, делает нас сильнее… Что не убивает, делает нас сильнее… Что не убивает, делает нас сильнее… - бормочу себе под нос, пытаясь убедить саму себя в том, что когда-нибудь, я еще буду смеяться над этими своими нюнями и гордиться тем, что я сука, а не лохушка.
В кармане начинает
Родион Марков: «Привет )»
Родион Марков: «Слышал о вашем уроке физкультуры, решил поддержать» и смайл с букетом цветов.
С какой стати Марков вдруг написал? Мы общались-то единственный раз в жизни и распрощались, мягко говоря, не очень. Что еще за поддержка?
Я: «Спасибо, но «поддерживать» не чего».
Родион Марков: «А я другое слышал ( »
Я: «Продолжай в том же духе, еще и не такое услышишь»
Больше от Маркова сообщений не приходило. Согласна, грубо я с ним, но что он лезет куда не надо? Он не пытался со мной заговорить после той дискотеки ни разу, а тут вдруг такое внимание…
Танька: «Сова, это правда????!!!!!!!» и толпа смайлов с отвисшей челюстью.
Танька: «Вот ты молодец! Растешь, прям, в моих глазах! Так этому придурку и надо! Другого найдешь. А тебя люблю» и с десяток сердечек.
На моем лице появляется дружеская улыбка - вот кто умеет искренне радоваться за подругу, без тени недомолвок, намеков и прочей хрени.
Я: «Спасибо, дорогая ) И я тебя люблю. Выздоравливай уже поскорее. Без тебя до ужаса скучно» и грустный смайл.
Танька: «Инга вообще-то, Кузнецова, а не ужас )))) Скоро буду. Докторша сказала дело идет на поправку и если так будет продолжаться уже в понедельник я с вами! ; ) »
Танька: «Лан. Мне пора чай пить. Чмок»
Я: «Ок. Чмок»
Иметь таких подруг - бесценно. Вроде не сказала ничего особенного, а на душе враз легче стало.
Убираю с лица слезы и сопли. Ерундой какой-то занимаюсь: меня бросают - реву, я бросила - реву. Хорошая - плохо, плохая - плохо. Дура, по-другому не скажешь.
Иду домой. И уже там дала о себе знать вторая моя подруга.
Инга: «Горжусь тобой )»
Я: «Спасибо )»
Инга: «Впервые мне пришлось пожалеть о том, что я пропустила физру )»
Я: «)))) Рада стараться»
Инга: «Ладно. Завтра все расскажешь, а то у меня живот болит так, что сил нет даже на переписку. Умираю» и красноречивый подыхающий смайл.
Я: «Понимаю. Ну ты держись )».
11
«Завтра» наступило быстро. Сперва я занималась уроками, потом сериалы, потом мама со своим «Вымой посуду» и «Уберись в комнате», даже папа с «Ритуль, не поможешь кое-что в фотошопе обработать. А то, сама знаешь, я от этого далек, а на меня оформление пропусков повесили». В общем - вечер в кругу семьи удался. Ах да, еще мне пришлось на всех своих страницах заблокировать Голугина с его обидой. Вот почему когда меня кинули, причем оба раза, я не поливала никого дерьмом (разве только у себя в голове), а Анатолий рад стараться. Такое впечатление, что это я пацан, а он ощетинившаяся маленькая девочка, которой написали в песочницу. Чего только я о себе не узнала из его односторонней переписки. Странно все это, когда мы «встречались» он не утруждал себя и меня, эсэмэс перепиской, а сейчас прям, будто канализацию прорвало…