Риверстейн
Шрифт:
— Вот и замечательно! — неведомо чему обрадовался куратор и уверенно пошел в сторону заброшенного крыла, заставляя меня плестись сзади. Непонятно, кто кому демонстрирует приют. Сдается мне, мужчина и без меня прекрасно здесь ориентируется, по крайней мере, до левого ответвления прошагал, ни разу не сбившись. А ведь темные коридоры приюта весьма запутанны и замысловаты.
Западный холл встретил нас пылью и кое где паутиной. Сквозь давно не мытые окошки робко сочился дневной свет, ложась на пол желтыми дрожащими квадратами. Я пару
Лорд важно прошелся по холлу, оставляя в пыли четкие отпечатки своих сапог.
— Здесь слегка… неубрано, — извиняющимся тоном сказала я.
— Ла, я заметил. — Куратор резко повернулся. Я подавила в себе желание отшатнутся. Нервничала я все сильнее. Зачем мы пришли сюда? Странный он, этот лорд…
— Может, нам стоит вернуться? — сказала я. В гулкой пустоте холла мой голос прозвучал так жалобно, что стало стыдно. Ну что я в самом деле! Не съест же он меня. И уж вряд ли позарится на мою девичью честь. В приюте полно более симпатичных объектов для страсти. К тому же более сговорчивых!
Я густо покраснела от этих мыслей. И покраснела еще больше, когда осознала, что лорд оторвался от созерцания развешенной по углам паутины и теперь очень внимательно рассматривает меня. И что самое противное, я уверена, он догадался по моему пунцовому лицу, о чем я подумала! и губы его дрогнули в насмешке.
Ужасно стыдно!
Я закусила губу и вздернула подбородок. Не позволю над собою смеяться! Пусть он хоть трижды лорд и хоть четырежды столичный, а смеяться над собой не позволю!
Словно в ответ на мои мысли сквозняк вихрем пролетел по коридору и с размаха хлопнул дверью холла, взметнув облако пыли.
Я снова чихнула.
Куратор не сводил с меня глаз.
— Очень странно… — неожиданно пробормотал он.
— Что, простите? — со злостью спросила я и серьезно вознамерилась отсюда убраться. Пусть сам тут красотами любуется! Вот сейчас разворачиваюсь и…
— Ветряна, а расскажите о себе.
Такой простой вопрос остановил меня на пол-оборота.
— Что вы хотите узнать, — удивилась я.
— Все. Кто ваши родители?
— Я сирота, лорд Даррелл. Как и все в этом приюте!
— Да, понимаю. Но до того, как попасть сюда… где вы родились?
— Я не знаю, кто мои родители и откуда я, лорд Даррел. Меня нашли настоятельницы у ворот Риверстейна тринадцать лет назад в одной холщовой рубашке и теплом платке. Никаких опознавательных гербов, знаков или надписей на одежде не было. По внешнему виду мне дали около пяти лет. И так как в дальнейшем никто за мной так и не явился, я осталась жить в приюте. Мои воспоминания начинаются с Риверстейна. Так что, увы, я не могу просветить вас по этому вопросу.
Все это я выпалила сухо и равнодушно, не позволив даже малюсенькой эмоции пробиться в столь несодержательный рассказ. Надеюсь, это отобьет у него охоту
Но похоже, особым тактом лорд не отличался.
— И все тринадцать лет вы прожили здесь?
— Да, лорд Даррел.
— А ваше имя? Кто назвал вас так?
Нет, он точно не в своем уме!
— Имя мне дали настоятельницы. Просто перечислили имена, пришедшие на ум, на это я откликнулась. Не понимаю, что здесь странного, — не сдержалась я, — это имя не редкость в Приграничье.
— Да, конечно…
Лорд снова застыл, уставившись на меня. Мне показалось, что он что-то бормочет себе под нос. Святые старцы и Пресветлая Матерь! Точно скаженный! Чем еще объяснить столь странное поведение?
Я подозрительно уставилась на мужчину и осторожно отодвинулась от него подальше. Так, на шажочек. Он и не заметил. Потом еще на один. И еще…
— Лорд Даррел, вам дурно? — пискнула я, — позвольте, я сбегаю за водичкой? Знаете, у нас очень хорошая водичка, родниковая, вам поможет…
Еще шажочек… главное дойти до двери и выскочить в коридор, а там дам деру так, что и сам демон не догонит!
Двумя шагами мужчина догнал меня и почти весело сказал:
— Непременно попробую вашей целебной водички, Ветряна! Вот прямо сейчас и попробую! — и галантно распахнул передо мной дверь.
Обратный путь мы проделали в молчании. Мужчина о чем-то напряженно думал, а я мечтала лишь поскорее избавится от его общества. В общем коридоре, я облегченно вздохнула. Лорд Даррелл же кивнул мне, пробормотал, что дальше найдет дорогу и сам и быстро пошел в другую сторону. Я недоуменно посмотрела вслед и отправилась в трапезную. В конце концов, лорды — лордами, а обед по расписанию.
На трапезу я чуть не опоздала. Когда вошла, послушницы уже споро стучали ложками. Я приветливо кивнула раскрасневшейся Авдотье, но она словно не заметила. Кухарка сосредоточено о чем-то думала, скользя невидящим взглядом по залу и теребя в руке холстину. Странно-недоуменное выражение время от времени появлялось на ее лице, сменяясь столь же странной улыбкой.
Я не стала к ней подходить, бочком протиснулась за крайний столик, села. Еще раз покосилась на Авдотью. Та все так же улыбалась, рассматривая стену. Если так дальше пойдет, Риверстейн нужно будет переименовывать в «приют скаженных и стукнутых». В кого не ткни, все не в себе.
Не удивительно, что нам и куратора скаженного прислали, как говорится, свояк свояка…
Недобрым словом помянутый, в дверях появился обозначенный лорд. За ним обезумевшими гарпиями неслись настоятельницы, что-то истово ему втолковывая и даже, предпринимая попытки, преградить лорду дорогу.
— Лорд Даррелл! — голосила Божена, — лорд Даррелл!!! Поверьте, вам совершенно не на что здесь смотреть!! Я вас уверяю! Все, абсолютно все предписания соблюдены…
— На втором этаже для вас накрыт замечательный, обед… — вторила ей мистрис Бронегода.