Ротвейлер
Шрифт:
Уиллу не понравилось, когда герой Рассела Кроу убил охранника в ювелирном магазине, однако остальных зрителей это, кажется, не впечатлило. Ким спокойно продолжала есть попкорн, а мужчина, сидящий с другой стороны от Уилла, невозмутимо жевал жвачку. Уилл приказал себе в следующий раз просто зажмуриться, когда он почувствует, что вот-вот кому-нибудь сделают больно. Трое героев ворвались в полуподвал, где увидели множество бриллиантовых ожерелий, браслетов и колец. Сандра Буллок предположила, что все это стоит миллионы, если не миллиард.
Они успешно убежали от полиции и вернулись в дом Рассела Кроу – очень странный, темный старый дом, в который Уилл испугался бы и ногой ступить.
– Страшно, –
Уилл кивнул, радуясь, что не один боится.
– Мне тоже страшно. – Не успел он порадоваться, что понимает происходящее на экране, в кино все резко усложнилось. Появились новые люди, которые нашли мертвого охранника, потом толпы полицейских, затем стали показывать какие-то новые места, клубы, бары и подвалы, полные людей, которых полицейские допрашивали грубыми и решительными голосами. Кино перестало быть детским, и Уилл потерял нить повествования. Он заставил себя сидеть смирно, Бекки научила его не приставать к людям с вопросами. Но он не мог не волноваться. Он был даже разочарован. Все ведь так просто начиналось, почему бы не продолжиться так же?
К счастью, так и случилось. Трое похитителей оказались в машине, которая мчалась по улицам. Уилл ни разу не видел, чтобы обычная машина ехала так быстро. На поворотах тормоза визжали, как бы стряхивая с хвоста преследователей. Потом похитители свернули на другую улицу, и на фонарном столбе Уилл увидел надпись «Сокровище с шестой авеню». Буквы были крупные, с подсветкой, и Уилл прочел их без труда, потому что запомнил название фильма: «Шестая авеню». Машина остановилась на парковке, все трое вышли из нее. Рассел Кроу держал в руке кожаную сумку с драгоценностями, второй мужчина – лопату. Говорили они мало. Только действовали. Пошли на задний двор, в самый грязный угол, с мусорными баками, старыми ржавыми железками и разрушенным сараем. Там были также кусты и простая разрытая земля. Вдоль цементной дорожки росла редкая трава и сорняки. Над их головами облачное небо покрывали пятна городских огней. Мужчина, который не Рассел Кроу, стал копать яму. Он позвал девушку помогать, и она, отыскав в куче мусора вторую лопату, тоже принялась за работу. В их движениях проскальзывала отчаянная торопливость, и Ким снова поежилась. Она схватила Уилла за руку, и это было для него неожиданно, но приятно и комфортно. Он пожал ее руку в ответ.
Грабители закопали кожаную сумку и разровняли землю лопатой. Сверху они бросили пару кирпичей и кусок доски, чтобы место выглядело так, будто к нему никто не прикасался. Послышался звук полицейской сирены, и Уилл с удивлением обнаружил, что точно такие же звуки он слышит почти каждый день в Паддингтоне. Так значит, все происходит здесь, в Лондоне! Грабители тоже услышали сирены, они переглянулись и буквально за несколько секунд перемахнули через стену в соседний двор, потом еще в один и наконец на стоянку, где осталась их машина. После этого снова все стало сложно, и Уилл с трудом следил за сюжетом. А за пять минут до конца Рассела Кроу застрелил полицейский, а друг Рассела тоже получил пулю и стал инвалидом на всю жизнь. И лишь девушка успела сесть на самолет, который взлетел, едва она застегнула ремень безопасности. Каждый раз, когда кого-то убивали или калечили, Уилл закрывал глаза. Когда он открыл их, Сандра Буллок уже загорала на пляже у моря, в окружении пальм, а рядом с ней был уже какой-то другой мужчина. Он сказал: «Пойду принесу нам что-нибудь выпить, детка», – и отошел.
Девушка подождала, пока он отойдет подальше, а потом сказала мечтательно: «А сокровище все еще там, наверное. Но не для меня, мне дорога домой закрыта навсегда».
Включили свет, и Ким поднялась с кресла.
– Умираю с голоду, – сказала Ким. – Попкорном не наешься, правда?
От волнения у Уилла пропал аппетит, но он надеялся, что вид еды вернет его. В кинокомплексе было несколько кафе. Они зашли в одно, сели за столик у окна, выходящего на Финчли-роуд, Ким заказала пиццу, а Уилл омлет и картошку. Он сообщил Ким, что уже ел пиццу на обед. Заказывать еду для него не было непривычным делом. Иногда, если они с Кейтом работали рядом с каким-нибудь рестораном, он обедал там. Они заказали еще колы, Ким заговорила о фильме, а Уилл, чувствуя, что слушать ее не обязательно, можно только поддакивать, погрузился в свои мысли.
Драгоценности все еще находятся там, где их закопали. Сандра Буллок знала, что говорила. Рассел Кроу не сможет выкопать их, потому что он мертв, и его друг тоже, потому что он не может ходить, и никогда не сможет. Они должны быть там. Но где? Где же эта Шестая авеню?
– Больше есть не хочешь? – спросила Ким.
– Разве что еще немного мороженого.
Он уже ел его на обед, но мороженое мог есть в любых количествах и когда угодно.
– Давай закажем. Шоколадное?
– Шоколадное мое любимое, – радостно ответил Уилл.
– Мое тоже. Вот здорово, мы оба больше всего любим шоколадное.
Уилл громко рассмеялся, потому что нашел этот факт очень смешным. Они не только больше всего любили шоколадное мороженое, но и оба ненавидели кофе и неплохо относились к чаю. И это у них было общее. Он заметил, что фиалки у нее в петлице до сих пор не завяли. Она перехватила его взгляд.
– Я поставлю их в воду сразу, как приду домой.
Уилл заплатил за еду. Ким предложила пополам, но он хотел заплатить сам, как это всегда делала Бекки.
По дороге домой она прочитала заголовок вечерней газеты: «Страх за пропавшую девушку нарастает. Мать в отчаянии».
– Хорошо, что ты со мной, Уилл, одной мне было бы страшно.
В этот раз он сам взял ее за руку.
– Все будет хорошо, – ответил он, но машинально. То же самое ему однажды сказала Инес. Уилл продолжал думать о фильме и о том, где может находиться Шестая авеню.
Ким подвезла его домой.
– Спасибо, что позвала меня, – вежливо поблагодарил Уилл, как его учила Бекки. Спасибо за приглашение, спасибо за чай, спасибо, что навестили меня…
Она поцеловала его в щеку, закрыла дверцу фургона и уехала. Уилл поднялся по лестнице. Но как же узнать, где находится Шестая авеню?
Глава 5
Позади «Стар Антикс» находился маленький дворик. Американцы назвали бы его садиком, и это слово действительно подходит. Окружающие дворик стены так густо поросли плющом, что не видно кирпичей. А середина двора была выложена большими цементными плитами, между которыми проглядывали сорняки. Вдоль стен тянулись узкие полоски земли, на которых валялись кирпичи, галька и осколки глиняной посуды. Сквозь все это пытались пробиться кустики, слабые стебельки золотых шаров и других растений. Фредди Перфект, который не любил созерцать дворик даже в пору, когда все расцветало, сейчас внимательно смотрел на двоих мужчин, которые окапывали кусты, убирали прошлогоднюю траву и разглядывали старую угольную яму в левом дальнем углу дворика, тоже заросшую плющом.