Рой
Шрифт:
Шагая дворами домой, Меркурьев не сказать, чтобы думал об этом, но какая-то неясная грусть окутала его. Вспомнилось многое из прошлого… Алексей поднял голову, глянул в вечернее небо, потом перевел взгляд ниже. Город только-только начал таять в майских сумерках, нежно-сизая дымка стелилась по горизонту… и тут Алексей вздрогнул, замер на месте.
Случилось нечто невероятное. Там, в дальней призрачной дымке, что-то сгустилось, заклубилось, будто живое, и на один неуловимый миг даже почудилось, что в этом сумрачном сгустке мелькнули очертания – лица не лица, маски не маски, чего-то чудовищно
Конечно, Алексей обомлел. С минуту стоял столбом. Потом очнулся.
– Чушь какая-то… – неуверенно пробормотал он.
Точно, чушь. Бывает – устал, мозг отключился на долю секунды… Бывает так. Алексей встряхнулся и зашагал домой.
Но мысль уже работала, и она была тревожной. Сразу и тот телефонный разговор всплыл на поверхность сознания. Бабке-то почудилось то же, что и Алексею сейчас. Словно массовая галлюцинация какая-то… А еще сюда каким-то углом втискивался биологический институт. То есть чутье ему подсказывало, что это так – есть связь между всеми этими событиями. Меркурьев помрачнел и неприятно для себя застрял на последней мысли. Стоило ему побывать в институте, как тут же самому привиделось нечто. Так что все это значит?!.
Тут Алексей малость испугался своих выводов. Бред все это! Устал просто, вот и примерещилось, а с перепугу все совпадения стали казаться зловещими… Надо выбросить вздор из головы, хватить пивка – вот оно уже в пакете, – включить DVD-плеер и ни о чем таком не думать. А потом вырубиться, отоспаться от души – и проснуться утром с мыслью, что впереди еще целый день отдыха.
От этого Меркурьев повеселел, зашагал бодро, а метров за двести до подъезда его окликнули:
– Владимирыч!
Алексей обернулся. Его догонял сосед по площадке, майор МЧС Николай Ракитин.
Он был как раз из «новых» жильцов, въехал в этот дом лет пять тому назад, будучи еще капитаном. Оказался нормальным мужиком и хорошим соседом, приветливым и неназойливым. Такими же были его жена и дочь. Больше о нем Меркурьев почти ничего не знал, так как старался не лезть в чужое – своего хватало… Ракитин тоже не совался к Алексею с расспросами да советами, разве что однажды – по случаю получения майорской звезды – завалился к соседу, уже порядком подшофе: отмечали на службе, сообщил он.
– Я ненадолго, – сразу предупредил гость, приметив светящийся экран компьютера. – Давай за очередную звездочку накатим по сотке: как-никак теперь старший офицер… Да и тебе в дело: вдохновение попрет как танк. О чем пишешь-то?
Алексей объяснил, что очерк будет о всяких загадочных местах – существуют такие в городе: говорят, там энергетика особенная. Например, старое кладбище на юге. Есть энтузиасты, которые там по ночам блуждают с не менее загадочными приборами, замеряют что-то…
Хмельной майор только хмыкнул:
– Это что… Вот у нас спецсклады подземные на случай войны – вот уж места так места! Это, дорогой товарищ, такое, что никакой Шехерезаде не придумать… Но – т-сс!.. – Он с хитрым видом приложил палец к губам. – Военная тайна!
Меркурьев с пониманием кивнул, они
– Слышь, я вчера спьяну брякнул тебе про подземные склады – так ты того… ну, понимаешь…
– Да не кипишуй ты, – отмахнулся Алексей. – Я ж не маленький. Что вчера слышал – то вчера и умерло.
– Вот и лады. – У Ракитина явно гора с плеч свалилась.
Это было два года тому назад…
– Здоров, Владимирыч, – повторил Николай, нагнав Меркурьева.
Они обменялись рукопожатиями, пошли рядом. Журналист заметил в левой руке Ракитина объемистый хозяйственный пакет. Цепкий взгляд распознал, что там, внутри.
– Вечерний отдых? – Алексей с улыбкой кивнул на пакет.
– А-а, мать их… – Николай махнул свободной рукой и выразился непечатно. – Я ж один, на холостяцком положении. Своих к теще отправил в деревню. В школе-то теперь каникулы сплошные – то новогодние, то первомайские… Не учеба, а цирк какой-то!.. В общем, сам понимаешь – на подножном корму я. Сейчас приду, стряпать буду. А пузырь само собой – устал как собака, сутки оттрубил дежурным по Управлению.
– На телефоне сидел?
– Ну да, и не только. А сутки выдались – я таких давно не припомню. Как будто вся шиза зашевелилась, изо всех щелей полезла…
– То есть? – напрягся Алексей.
– Да шквал звонков дурацких. Какие-то глюки сплошные: одному то привиделось, другому – это… И такую, знаешь, хрень несут – ты бы слышал, так упал бы… Да, кстати, это ж вроде по твоей части. Может, сегодня какое обострение у этих психов? Ну, там, вспышки на Солнце, магнитная активность… Чем тебе не тема!
Ракитин шутил, но Алексею было не до шуток. От слов майора про массовые видения у него так и опустилось все внутри. Неужели?..
– Постой. – Голос чуть не дрогнул, но Алексей совладал с ним. – А что именно им чудилось, психам этим?
– Да черт-те что! Говорю же – хрень разная. Один звонит – голос визгливый, истеричный. Кричит, будто вышел из квартиры, стал спускаться по лестнице, и тут прямо на глазах стена подъезда стала шевелиться…
– Шевелиться?.. – эхом повторил Алексей.
– Ну, вроде того. То ли поплыла, то ли потекла – как масло на сковородке. Вообще, говорит, будто весь дом поплыл… Твердь земная превратилась в волны – прям так и сказал, собака! Поэт какой-то.
– А вы?
– А что мы? Спрашиваем: а теперь-то что? Что с домом-то, со стеной? Ничего, говорит, прошла волна, и все снова на месте. Знаешь, таких клоунов пруд пруди, чуть не каждый день названивают. Но сегодня что-то особенное! Нет, точно на Солнце фигня какая-нибудь творится. Сперва у этого придурка крышняк съехал, потом еще у нескольких. Звонок за звонком: все-то им мерещится, как вещи разные оживают, шевелятся, текут, плывут… Да, кстати, – добавил майор, – мы телефончики всех звонивших пробили. Так вот, все абоненты – обычные граждане, на учете ни в психушке, ни в ментовке не состоят. Вот и думай после этого, кто нормальный на самом деле…