Рой
Шрифт:
– Ладно, сучара, – злобно пробормотал он, – получишь ты свои законные…
Руслан подскочил к наступавшему на него врагу и, пока тот замахивался топориком, шмальнул в него из своего «Ижа» – всадил остаток обоймы прямо в рожу.
Тот повалился наземь, а Руслан отбросил ненужный теперь ствол и метнулся в каптерку. Схватил городской – в трубке тишина. Да что за блядство такое сегодня?! Он злобно швырнул трубку. Может, в институте хоть один аппарат исправен?
Тут он хлопнул себя по лбу: вот мудак так мудак! А сотовый тебе на что –
И обмер. В дверях комнаты стояли две молчаливые фигуры.
Так, опять гребаные ученые из таинственной лаборатории. Да что они там все, с катушек съехали, что ли?!
В руке одного он заметил большущий топор красного цвета – с пожарного щитка, стало быть, снят. Другой, чуть позади, держал в руках что-то длинное и тяжелое, явно металлическое, похожее на обрезок трубы.
Ну, держитесь, гады!
Охранник подобрался, достал два пистолета, снял с предохранителя, передернул затворы – все как положено. Вскинул обе руки с зажатыми в них стволами…
Грохот от выстрелов в замкнутом помещении был еще тот. Руслан палил с двух стволов, позабыв о счете. Когда продырявленные враги повалились на пол, охранник опустил оружие. Осталась одна мысль: сколько выстрелов произвел? Кажется, пять… или шесть? Точно – шесть. Сколько ж у него боеприпасов теперь? Семь, что ли… ну, шесть – это верняк. Почему-то не хотелось вытаскивать обойму, проверять – вдруг еще кто-нибудь вломится…
Ладно, теперь отбросить пистолет с пустой обоймой – видно было, как затвор встал. Переложить в правую руку другой ствол. Дальше что? Дальше надо перевязать Мишку, не то загнется пацан.
Про свой мобильник он начисто забыл.
Да, а сколько их там может быть – этих козлов из лаборатории?.. Точняк, у них у всех крышу снесло! Как, отчего – пока не важно. Важно другое – выжить самому и попытаться спасти напарника. Так… Четверых он уложил. Обычно оставались семеро во главе с шефом – профессором Мерецким. Значит, еще трое – двое ученых и сам ихний босс. Если и они того… то ему будет туговато – мало патронов на эту кодлу. Ведь попасть еще надо. А вдруг их там не трое, а больше? А если у них и стволы есть?..
Он прихватил из шкафчика несколько бинтов, пузырек с перекисью водорода, переступая через трупы, приблизился к входной двери. Что, если там его уже ждут? Детина с топором или тесаком. Или чем похуже… Ну, делать нечего – все равно идти надо, товарища выручать. А потом поискать исправные телефоны в здании института.
Руслан набрал полную грудь воздуха, стиснул рифленую рукоять безотказного до сих пор «Ижа» и резко распахнул дверь… Никого! Ни рядом, ни во дворе. Ну и слава те, Господи!
Что есть мочи припустил к раненому. Присел возле него, еще раз осмотрелся – ни души. Пощупал пульс – еле теплится жизнь-то в товарище. Ухватился за рукоятку ножа, сцепил зубы и потянул…
Когда закончил
Руслан вернулся в каптерку, прихватил с собой топор. Вышел, осторожно приблизился к входу в институт. Сквозь стеклянные двери ничего не было видно – внутри мрак. Там могут ждать другие. Нет, сто пудов они там где-то. Но все равно надо внутрь. Побежит в жилые районы – потеряет время, друг помрет. Нужно к телефону.
Руслан еще пару секунд «накручивал» себя, потом решился и рванул дверь на себя. Тенью скользнул в сторону, оружие наготове. Так, вроде никого здесь. Запах только какой-то резкий – химией тянет или еще чем… Некогда разбираться, надо по-быстрому в будку дневного охранника, слева от входа.
Стараясь не шуметь, он подбежал к застекленной комнатке вахтера, толкнул дверь – та подалась. Вбежал… Твою мать – как у негра в жопе! Темень, хоть глаз выколи!.. Ну ладно, тут где-то сбоку от двери выключатель… Ага, вот он, родимый. Щелк – свет люминесцентных ламп залил тесное помещение.
А вот и телефон! Руслан схватил трубку… и зарычал от досады. Не работает! Скотство! А может… ну конечно! эти суки свихнувшиеся и перерубили кабель. И что теперь?
Как он не услышал их приближения? Черт его знает – нервы на пределе. А они тут как тут – вон, двое в дверях толкутся. Морды как у призраков, в руках то, что по определению относится к холодному оружию. Ладно, хоть не к огнестрельному.
Атака, выстрелы. Комнатка маленькая, один прям на Руслана прет, второй напирает, н-на, падла, лови маслину рылом! А вот еще, и еще!..
Попадали, как кули с дерьмом. Руслан выщелкнул обойму, тупо посмотрел – ну да, пустая. Вон и затвор встал. Все, отвоевался!
– Сучары! – Голос его злобным рыком вылетел из будки.
Он закашлялся – воздух в комнатке был пропитан пороховой гарью. Поудобнее перехватил топор. Вышел наружу и решительно потопал наверх, на второй этаж. Теперь уже не скрывался. Снова подбавил адреналину в кровь, заорал:
– Зарублю, пидоры гнойные!
На втором никого. Руслан недолго повозился с дверью в приемную – вскрыл топором. Бросился к телефону – так и есть, обрубили, падлы, кабель. Значит…
Тут дверь снаружи кто-то захлопнул, послышался шум передвигаемой мебели или чего-то тяжелого.
Охранник подскочил к двери, с размаху саданул ногой – тщетно, чем-то подперли, точно тяжелым. Вернулся к столику, подхватил топор.
– Щас порубим на дровишки, – точно обезумевший, бормотал он, – а вас, тварей, на колбасу!
Сколько рубил – минуту, две, больше? Лезвие с хрустом вгрызалось в деревяшку, жаль, не фанерная дверь-то… Ну все – путь свободен. Руслан на взводе выскочил в коридор, готовый проломить башку любому, кто сунется. Но было пусто.