Рулетка судьбы
Шрифт:
Он поцеловал протянутую ручку. Она ответила едва ощутимым пожатием. Полное взаимопонимание.
— Гляди, Серега, не обожгись, — громогласно предупредил Филимон. — Любочка походит на тлеющий уголек, раздуешь его — сгоришь. Это с виду — холодная и манерная…
— Так… Вы скажете, Филимон Терентьевич, — засмущалась бизнесменша, одарив «сибиряка» обещающим взглядом. Дескать, сжечь не сожгу, но крылышки опалю — не улетишь. — Разве можно так говорить про бедную женщину, отягощенную деловыми заботами? Грех на душу, блин, берете, придется долго
— Вместе с тобой, Любочка, с удовольствием. Только боюсь — еще больше нагрешим, ни один священник не простит.
— Счаз-з, вместе! — насмешливо проговорила женщина. — Замаливайте с женой.
В отместку за допущенную бестактоность излишне резвый мужик получил от супруги такой щипок с вывертом — отпрянул в сторону, повалив при этом тумбочку с дорогой вазой. Заохал, застонал. Не то от боли, не то от жадности.
— До чего же ты неосторожен, дорогой, — ласково погладила Нила мужа
по бедру, который только что «укусила». — Надеюсь, не ушибся? — не ожидая
ответа, повернулась к гостье. — Прошу в столовую. Сереженька, проводи
Любашу, а я позабочусь о муженьке.
В столовую Филимон вошел тише воды, ниже травы. Молчал, бросая на жену опасливые взгляды. Уселся подальше от гостьи, отгородившись от нее постояльцем.
Стандартные выражения гостьи — счаз, так, блин — напомнили Александру одну из героинь бессмертного «Золотого теленка» — Эллочку-людоедку. Но манера выражаться неординарным способом может быть и умелой маскировкой.
Лучше меньше говорить — больше слушать. И — оценивать.
Постепенно беседа свернула с удобренной трассы женских сплетен на неизведанную тропу деловой активности. Неониле пришлось отдать первенство гостье. Она недовольно пожевала сухими губами и осторожно втиснула острый локоток в бок сидящего рядом «сибиряка». Собков так же осторожно подмигнул.
— В наше время заниматься бизнесом стало так трудно, что и передать не могу, блин! К примеру, я договорилась с одним продуктовым магазином об аренде части торгового зала. Расчет, понимаете, тонкий. За продуктами ходят, в основном, женщины. Так?… Представьте себе, рядом с сырами и колбасами — лифчики, штанишки, пеньюары… Простите, за интимные подробности, блин… Какая из покупательниц останется равнодушной?
Костомарова метнула на «сибиряка» очередной вопрошающий взгляд. Как он реагирует на «лифчики и штанишки»? В ответ — смущеная улыбка первоклассника, которого мамаша привела в женское отделение бани.
— До чего же интересно рассказываешь! — восхитился Некуда, покосившись на строгую воспитательницу. — Только не вздумай излагать подробности. Наш скромник заслушается и позабудет исполнить… главную свою обязанность…
— Филя, не мешай Любоньке! Продолжай, дорогая, действительно, настоящий детектив.
— О чем это я, блин? — Костомарова манерно приложила к вискам растопыренные пальчики. — Ах, да, вспомнила! На следующий день приехала заключать договор. Так. Все оговоренно, казалось бы, выплачивай
В душе киллера будто ударили барабаны. Вот она, удача! Господи, как узнать где находится вонючий магазин, часть которого отхватил Ганс? Вдруг, тьфу, тьфу, не сглазить бы, разворотливая бизнесменша знает адрес офиса конкурента?
Жильцу неожиданно подыграл оживший Филимон.
— Ганошвили? Что-то не упомню такого бизнесмена… Где находится его офис, не знаешь?
Дама пренебрежительно повела ручкой. Стоит ли говорить о мерзком «канализаторе»? Но все же ответила.
— Сейчас не сразу разберешь, блин, где находишься: в Москве, на Кавказе, или в Средней Азии. Так? Сплошная чернота. Слава Богу, женское белье пользуется спросом и я не боюсь конкуренции.
Новый многозначительный взгляд на Cобкова. Понял ли «сибиряк» фмнансовые возможности будущей «супруги» или не придал значения? Александр едва заметно наклонил голову: сполна оценил. Про себя усмехнулся. Главное
— особняк. Желательно с выходом в глухой лес.
— Говорите, узнала ли я адрес офиса, блин? А зачем он мне? Если есть желание, так, спросите в магазине…
Ценная идея, но воспользоваться ею киллер не собирается. Не стоит привлекать к себе внимание лишними расспросами…
Около шести часов вечера гостья поднялась из-за стола. Пошевелмла плечиками. Два холмика игриво запрыгали в декольте.
— Спасибо за гостеприимство, дорогие. Так. Отлично провела время. Завтра милости прошу ко мне. Почаевничаем, полакомимся зарубежными сластями. Как сейчас, блин, говорят, пообщаемся…
Утром супруги Некуды дружно «заболели». Филимон неестественно хрипел и подкашливал, Неонила так же притворно припадала на левую ногу. Заболеть может любой, говорят, даже Президент обязательно раз в неделю болеет. Что тогда говорить о рядовых предпринимателях? Истоки неожиданного недомогания лежат на поверхности. Придется Сереженьке навестить Любовь Нестеровну одному, авось, сближение пойдет быстрей и надежней.
— Сам видишь, дружище, мы с Нилой малость приболели, — отчаянно кашляя, проинформировал постояльца Филимон. — Поедешь один. Гляди, там поаккуратней, держи фасон, не торопись сразу лезть под юбку…
— Филя, перестань пошлить, — легонько ущипнула супруга миниженщина.
Не до крови и не до синяка — в качестве предупреждения. Некуда даже не охнул. Повернулась к «жениху». — Аообще-то, муженек прав — торопиться не след. Всему свое время. А Любоньке об"яснишь: заболели, дескать, старички, просят извинить, низко кланяются. На свадебку обязательно пожалуют…
— И на крестины — тоже, — со смехом прибавил неугомонный толстяк. — Начнете с Любкой строгать в год по пискуну — спиться недолго.