Руна
Шрифт:
— Слушай, Артур, — со вздохом произнес Мэй, — мне кажется, не стоит впадать в излишнюю театральность. По-моему, у нас и так достаточно проблем, чтобы еще заниматься всякими мифами.
— Видишь ли, Джон, я полагаю, что на сей раз традиционная криминалистика нам не поможет. — Брайан вышел из-под ресторанного навеса и пригнул поля шляпы. — Кстати, я уже договорился о консультации у профессионала, специализирующегося в гораздо менее уважаемой сфере деятельности, чем наша.
— Кого конкретно ты имеешь в виду?
— Одного из ведущих экспертов страны в области паранормальной
— Вам не кажется, что он слишком уж увлекся этой мистикой? — спросила Джэнис, глядя вслед фигуре, удалявшейся под кронами сочащихся влагой дубов по противоположной стороне площади.
Мэй задумчиво потер подбородок.
— Даже и не знаю, что сказать. В сущности, мы уже не раз работали с ним подобным образом: я копаюсь в бесчисленных кипах бумаг, а он действует по наущению своей необузданной интуиции.
— Именно в этом и заключается ваш метод?
— В прошлом, по крайней мере, он приносил неплохие плоды. Как показывает опыт, наилучших результатов в единой команде удается достигать именно тогда, когда напарник как бы компенсирует твои собственные недостатки. Я реалист, — с некоторой грустью добавил Мэй. — Зато Брайан всегда был мечтателем.
Глава 27
Гарри и Грэйс
Субботний вечер начался с того, что Грэйс безуспешно пыталась пробиться в квартиру Гарри, увещевая его через установленный у дверей дома интерком.
Когда ответственный сотрудник рекламного агентства окончательно убедился в том, что девушка — если верить ее словам — твердо вознамерилась всю ночь провести на пороге его дома, он сжалился и впустил ее, но лишь с условием, что Грэйс пробудет у него не более десяти минут. В сущности, жестокость Гарри по отношению к Грэйс была обусловлена одним лишь страхом: Хилэри все же пошла на примирительную встречу и должна была прибыть ровно в семь тридцать вечера. В данный же момент стрелки часов показывали одну минуту восьмого. Гарри решил, что ему вполне хватит двадцати минут, чтобы после ухода Грэйс избавить помещение от освежающего, но чертовски навязчивого аромата ее духов, а беседе с девушкой он сможет уделить десять, а точнее, девять минут.
Не успел он открыть дверь, как Грэйс буквально ввалилась внутрь. Она поспешно обошла все комнаты, озирая их своими огромными глазищами, в которых застыло выражение нарастающего ужаса.
— Вы что, в самом деле здесь живете? — спросила она. — Или просто присматриваете за мебелью перед очередным телешоу?
— Вам нельзя здесь долго находиться, — коротко произнес Гарри. — Хилэри уже по пути сюда, и это мой последний шанс хоть как-то наладить наши отношения.
— А про тот вечер в ресторане, когда мы — вы и я — тискались в дамском туалете, вы уже забыли? Это что, уже не в счет, так получается?
Грэйс метнула в его сторону вызывающий взгляд и направилась в сторону кухни.
— Мне хочется посмотреть, есть ли у вас ультраволновая печь.
— Разумеется,
— Как мило! — Грэйс выразительно посмотрела на него и захлопнула холодильник. — Кстати, молоко-то кончилось. Впрочем, уж оно-то молоко не пьет — разве что сцеженное. Ну да, конечно, за фигурой следит. Женщины подобного типа, стоит им только выйти замуж, сразу становятся похожими на гиппопотамов. Это у них просто в крови.
— Грэйс, я пустил вас в дом лишь потому, что вы сказали, будто у вас есть для меня какие-то новости. Давайте выкладывайте, а об остальном договорим завтра.
— Хорошо. — Она посыпала солью палочку сельдерея и сунула ее в рот. — Помните парня, о котором я вам говорила? Ну, я еще выпивала с ним тогда в баре ресторана... Так вот, его зовут Фрэнк Дрейк. Мы посещали одну художественную школу, только его через год оттуда выперли. Он, конечно, с придурью, но мы с ним все же подружились.
— Итак, ваш дружок, как вы выразились, с придурью, но вы с ним все же подружились? — явно саркастическим тоном переспросил Гарри. — Никогда бы в это не поверил.
Он глянул на часы — четверть восьмого.
— Гарри, послушайте, что я вам скажу. Я рассказала ему обо всех ваших проблемах...
— И разумеется, при этом не позабыли упомянуть, что меня подозревают в совершении нескольких убийств? Увы, по каждому из них был вынесен вердикт, все они квалифицировались как несчастные случаи, хотя полиция, похоже, не приняла это во внимание.
— А вот в этом вы ошибаетесь. — Грэйс нырнула в холодильник за очередной палочкой сельдерея. — Фрэнк как раз занимается расследованием аналогичного феномена, и он считает, что полиция прекрасно осведомлена о происходящем. Если верить его словам, то существует нечто общее, объединяющее все эти случаи, и вовлечены в это дело отнюдь не только мы с вами, но и масса других людей в Лондоне, которые недавно...
— Кто он такой, этот парень? Частный детектив?
— Нет, он работает помощником библиотекаря, но очень умный и умеет прослеживать связи между вещами — как раз то, что ускользает от внимания других людей...
— Тогда почему же он всего лишь помощник библиотекаря, а не помощник министра здравоохранения?
До прихода Хилэри оставалось восемь минут, а она никогда не опаздывала. Гарри стал потихоньку подталкивать Грэйс к выходу, надеясь при помощи дезодоранта чуть позже заглушить оставшийся после нее дух.
— Грэйс, извините, но мне надо хорошенько обдумать все то, что вы мне только что сказали. Давайте договоримся, что завтра утром я позвоню вам и мы подробно все обсудим.
Судя по всему, Грэйс заняла прочную позицию в дверях.
— Вы только обещаете, что позвоните, а на самом деле этого не будет, поскольку вы мне совсем не верите.
— Да верю я вам, верю, — продолжал увещевать ее Гарри, когда внезапно раздался зуммер интеркома у двери подъезда. — Просто в вашей интерпретации все выглядит так грозно, так...