С утра и до вечера
Шрифт:
соприкасаются губами. Довольно загадочное «па» в
любовных танцах многих рыб.
Потом самка нерестится под воздушным плотом.
Икринки всплывают кверху и пристают к плавающей пене. Если
течение относит в сторону некоторые бусинки, самец ловит
их ртом и водворяет на место.
Затем начинаются тревожные дни. Бдительный отец ни
на минуту не покидает свой пост. Гонит прочь мелких
врагов, отвлекает крупных. Перемешивает икринки, чтобы они
развивались
прибавляется вдвое. Икра неподвижно висела под пенистым
потолком, а юркие макроподики норовят теперь
ускользнуть из гнезда. За ними нужен глаз да глаз. Самцу часто
приходится пускаться вдогонку за беглецами, глотать,
тащить под плот и там выплевывать. Хлопотливое дело, и
благодарности никакой. Дня через четыре мальки
расплывутся кто куда, и он никогда их больше не увидит.
Некоторые лягушки тоже могли бы принять участие в
нашем импровизированном соревновании
отцов-воспитателей. Ринодерма, например. Ее уникальные методы
выращивания детей изучал сам великий Дарвин, когда
путешествовал по Чили. Инкубатор для яиц у ринодермы довольно
странный — горловой мешок (изо рта, сбоку под языком, в
него ведут два отверстия).
В обычное время это резонатор — усиливает кваканье,
чтобы все самки в округе его слышали. А когда приходит
время позаботиться о потомстве, самец наполняет этот
«барабан» яйцами.
Дело происходит так. Самка отложит на мох двадцать—
тридцать икринок, а самцы сидят вокруг и ждут. День
сидят, два сидят кружком вокруг икринок. Неделю сидят.
На десятый—двенадцатый день в икринках шевелятся
зародыши. Тогда папаши бросаются на них, глотают, спешат,
кто больше успеет. Кому пять досталось, а кому и двадцать
пять.
Не зря, значит, ждали. Но ринодермы, глотая икру, не
едят ее, конечно: не в желудок она попадает, а в этот самый
знаменитый горловой мешок.
В нем икра и развивается дальше. Вскоре из лопнувших
икринок выходят головастики. Они хотят есть. Как их
накормить, не выпуская из люльки-«барабана»?
Природа и тут нашла выход. Головастики прирастают
хвостиками и лапками, а потом и всей спиной к внутренним
стенкам резонатора. Так из отцовской крови и получают
витаминизированную пищу. Быстро растут. Тесно им
становится в люльке, и горловой мешок, по мере того как его
обитатели подрастают, расширяется во все стороны: под
кожу брюха и даже под кожу спины.
Когда головастики превратятся в лягушат, то
«отдирают» свою плоть от папиной (процесс этот безболезненный)
и
с наперсток, можно представить себе, сколь малы его
детишки!
Жаба-повитуха живет в Западной Европе. Американские
торговые фирмы переняли у нее лучший в мире, как они
говорят, способ упаковки яиц.
В марте, как только солнце растопит снега,
самка-повитуха откладывает икру, а самец тут же наматывает ее
себе на бедра (икра «упакована» в длинные слизистые
шнуры). Подхватывает шнур двумя средними пальцами левой
задней ноги и накидывает его петлей на свое правое бедро.
Потом наматывает правой ногой на левое бедро.
Вскидывает ношу повыше на спину и скачет туда, где посырее.
Прячется под корнями и в норах в земле. Если вздумаете
отнять у него яйца, он начнет кричать жалобно и будет
кусаться, обороняться. Без борьбы не отдаст яиц.
Когда из икры вот-вот должны выйти головастики,
повитуха-самец ныряет в воду. Головастики «брыкаются»
хвостиками — разрывают оболочки икринок и выплывают
на простор. А их нянька, содрав о водоросли оставшуюся
от яиц шелуху, снова вылезает на берег.
Амазонки пернатого царства
В тундру, раскинувшую свои заболоченные равнины по
северным окраинам Старого и Нового Света, прилетают
весной стайки маленьких куличков. Тихие заводи, моховые
болота, просто лужи, укрытые зарослями осоки и хвоща,—
это дорогой их сердцу мир, их родина, к которой стремились
они и днем и ночью, покинув синие моря благодатного
юга. С севера изгнала их лютая зима. Но теперь снова
светит над тундрой солнце, снова жизнь вернулась в эти
края.
Кулички — у нас называют их плавунчиками,
плавунцами — с раннего утра уже на воде. Ловят разных водяных
личинок и жуков. Большую дань собирают и с комаров,
поедают их куколок. Те висят ведь у самой поверхности
воды. Кулички точно живую пенку снимают с воды,
тонкими клювами выуживая комариное потомство.
Плавают плавунчики быстро, все время вертятся туда-
сюда. Иногда забавно подкрадываются к взрослым
комарам, которые бесчисленными роями кружатся над болотом.
Подплывают медленно, низко вытянув шею над водой, вдруг
бросаются вперед и хватают комара.
Ранним утром, когда вода еще очень холодная и все
водяные насекомые, окоченев, лежат без движения на дне,
плавунчики баламутят воду. Плавают кругами и болтают