С утра и до вечера
Шрифт:
Рыбка, встающая на дежурство, вплывает в стайку
мальков, виляя то вправо, то влево, а родитель, уходящий
временно в отпуск, быстро вырывается из стайки и
уплывает по прямой, ни на микрон не отклоняясь в стороны.
Мальки автоматически фиксируют внимание и
привязанность на той рыбке, которая остается с ними и плывет
привычным им зигзагом.
Особыми телодвижениями в минуту опасности цихлиды
созывают мальков. Рыбка плотно прижимает к
спинные плавники, а грудные бьют по воде. Голова наклонена
в сторону. Затем сильно ударяет хвостом и распускает
спинные плавники. Это сигнал сбора. Мальки сейчас же плывут
к встревоженному родителю, и он уводит их в какое-нибудь
укрытие.
Если же сигналящая рыбка, как и тилапия, начнет
пятиться, напирая задом на стайку, значит, нужно прятаться,
и поскорее. Мальки один за другим падают на дно и
затаиваются. А взрослые рыбки взбаламучивают рядом с ними
ил. Оседая, он покрывает их серой пылью, и под этой
«шапкой-невидимкой» мальков теперь нелегко заметить.
Когда опасность минует, цихлиды тоже особым
сигналом вызывают своих отпрысков из укрытия. Плывут к тому
месту, где спрятались запорошенные илом мальки, и
плавают здесь у самого дна, по-особому кивая головой.
Опыты показали, что самки-цихлиды всегда отличают
своих детенышей от чужих мальков.
В аквариум к цихлидам подсадили пять маленьких
мальков-хэмихромисов. Подкидыши быстро освоились с
новой ситуацией и вскоре затерялись в стайке мальков-цих-
лид, от которых внешне почти не отличались. Самец
никак не прореагировал на эту диверсию. Но самка тотчас же
распознала обман: бросилась в стайку, переполошив
детишек, и отделила «овнов от козлищ», проглотив одного за
другим трех чужеродных мальков. Двух других она съела
несколько позже. Своих не тронула ни одного.
Подобные опыты проделывались неоднократно, и
каждый раз цихлиды или сразу глотают подкидышей, или ловят
их тогда, когда они чуть отплывут от стайки. Иногда и
собственные их не в меру резвые детишки отбиваются от
компании. Матери догоняют беглецов, хватают их ртом и
водворяют на место, в стайку.
Это значит, что своих детей рыбки узнают «на вкус»,
так как те по-своему пахнут.
Но не только по запаху, а и «в лицо» помнят цихлиды
своих «детишек».
Молодые самки в первые дни материнской карьеры пло-
хо знают своих мальков. Путают их даже с рачками
дафниями, которых ловят и приносят в стайку или пытаются
созывать их известной уже нам позой, сигнализирующей
сбор по тревоге.
Но постепенно,
узнают своих питомцев не только среди тысяч веслоногих
рачков, но и без труда отличают их иногда даже от мальков
других рыбок своего вида. Они, конечно, запоминают не
каждого малька в отдельности, а только общий,
свойственный им всем внешний вид — габитус.
В том, что цихлиды научаются этому лишь на личном
опыте, убеждает такой эксперимент.
Паре молодых рыбок, которые нерестились первый раз
в жизни, подложили икринки чужого вида, а их
собственные забрали. Когда мальки вывелись, рыбки заботились о
них, как о родных детях. Да так к ним привыкли, что всех
не похожих на них мальков, даже и своего вида, считали
врагами. Позднее эти обманутые искусством
экспериментаторов рыбки еще раз отложили икру, и ее у них не забрали.
Когда из икры вывелись мальки, родители набросились на
них и съели одного за другим. Это значит, что в их мозгу
под влиянием условных рефлексов, полученных при
воспитании чужих мальков, сложился уже совсем другой
стереотип представлений о «своих» детях. А поскольку «трезво»
рассуждать рыбы не умеют, а лишь действуют, подчиняясь
«запрограммированным» в клеточках их мозга рефлексам,
то и не сумели, конечно, раскрыть обмана и стали — увы!—
детоубийцами.
Мальки же родителей распознают только по признакам,
воспринимаемым визуально — глазами. Это удалось
доказать с помощью восковых моделей разной формы и окраски.
Как выяснилось, имеет значение и характер движения
модели — плавный или порывистый, медленный или быстрый,
прямой или зигзагообразный. У каждого вида он
особенный, и у мальков закреплена в мозгу врожденная реакция
на него. Одни собираются у быстро движущейся модели,
другие у плывущей медленно.
Если модель вообще неподвижна, то мальки сначала
окружают ее, а потом ищут нового опекуна.
Цвет модели, соответствующий общему фону окраски
родителей, тоже привлекает мальков. Но размеры модели,
по-видимому, не имеют большого значения. Ученые, кото-
рые пытались расшифровать механику этого странного
приспособления, сделали такое интересное открытие.
Мальки, оказывается, «не знают», каковы абсолютные
размеры их родителей,— ростом ли они с блоху или со