Сабтекст
Шрифт:
«Надо будет запомнить и больше никогда не делать этого».
Решив, что есть возможность атаковать, Манаеус спешит вперед, надеясь подрезать ногу Зены чуть ниже бедра, но к своему удивлению ощушает, что кулак воительницы упирается ему в шею. Он успевает подумать, что это странно, но мир для него уже покрывается дымкой и темнеет. Он так никогда и не узнает, что её рука обхватила его шею, а верный меч по рукоять вонзен в тело самонадеянного глупца.
Резким движением Зена поднимает ногу и упирается ею в грудь Манаеуса, снимая его с торчащего
— С тобой всё в порядке? — заботливо спрашивает Зена, заметив небольшую ссадину на её голове.
— В порядке… почти, — отвечает Рени, хмурясь.
— Что это был за удар? — интересуется Зена, взглянув на двух здоровых мужчин, лежащих на траве без чувств. — Ты свалила их обоих за раз! Я бы никогда не подумала, что ты можешь сделать что-то в этом роде.
— Я тоже не знала, — смеется Рени, больше от удивления, чем от чего-то ещё. — Это «Комета, летящая за луной», один из семи секретных ударов Северной Школы.
Зена и Рени идут обратно к Арго.
— Семи? А сколько ты выучила?
— Два, — признаёт Рени. — Не знаю, смогу ли теперь ходить некоторое время. Только мастера по боевому искусству могут использовать этот удар. Теперь я понимаю, почему, — заканчивает она, содрогаясь при каждом шаге.
— Ты сегодня показала себя. Мастер боевых искусств… — дружески шутит Зена. — Я помогу тебе забраться на Арго, а потом заберу это их таинственное оружие.
Совместными усилиями Рени вскарабкивается на Арго. Зена пошла подобрать мешок, а Рени не может отказать себе в удовольствии, чтобы не оглянуться и оценить разрушения, Пять… нет, шесть трупов — это Зена поработала, потом ещё трое человек, которых она сама сбила на землю. Предводитель, убитый Зеной, и «…человек, которого я ударила в горло»,
— приходит в голову Рени тяжёлая мысль, когда взгляд останавливается на теле. Он больше не встанет. Он был мертв. Она его убила. Она убила человека.
— Зена, — зовет Рени, стараясь удержаться на лошади. — Габриэль когда-нибудь кого-нибудь убивала?
— Нет, — отвечает воительница, принося большой мешок и укладывая его в седельную сумку.
— А я только что убила, — тихо произносит Рени.
Когда Зена встречает её взгляд, полный боли, Рени глазами указывает на тело, о котором говорит.
— Об этом мы поговорим позже, — кратко отвечает Зена. Рени помогает воительнице взобраться на седло впереди неё. — О Боги, я всегда боялась, что когда-нибудь придётся сказать эти слова Габриэль. В данный момент, самое важное — это помнить, что мы выжили, а они
— нет. Так?
— Да, так, — соглашается Рени, которую захватывает шок от осознания того, что она сотворила.
— Хорошо. Держись. Предстоит тряска.
Рени обнимает Зену, прижимаясь к её влажным нагретым доспехам, и утыкается лицом в её волосы.
«Это намного тяжелее, чем я могла подумать. Намного тяжелее…»
Глава 5:
— Зена, это так… безрассудно! — переживает Рени, пока воительница начинает распаковывать вещи. — Если у них в руках было это дурацкое оружие, — то они могли просто на всех парах примчать его королю.
— Могли, — соглашается Зена, копаясь в тороках.
— Нет, ты не поняла. Их бы приветствовали как героев. Может быть, сейчас они бы уже наелись и легли спать. Но вместо этого, им нужно было взять ещё и тебя, да? Вот кучка идиотов!
— Некоторые люди всегда хотят то, чего они иметь ну никак не могут, — лекторским тоном вещает Зена. Все уроки, которые она дала Габриэль, теперь нужно было давать по второму кругу — для Рени. О Боги, только не снова… — То, что случилось — это их ошибка.
— Да, догадываюсь, — подавленно соглашается Рени.
Зена заботливо спрашивает, кладя руку ей на плечо:
— Хочешь поговорить об этом?
— Зена, ты прекратишь суетиться вокруг меня? — Рени в негодовании машет на неё руками. — Я же сказала, что всё в порядке.
— Ты уверена? — проницательно вновь спрашивает воительница. — Каждый по-своему реагирует на своё первое убийство. Некоторые просто приходят к всеотрицанию.
— Ладно, я не в порядке, — признаёт Рени, поднимая брови. — Я чувствую себя так, словно меня сейчас вырвет. Хочешь знать, что я думаю? Я скажу. Этот человек пытался убить меня. Я уже дала ему шанс сдаться или просто уйти. Но нет же, он просто помешался на том, чтобы непременно убить меня.
Рени садится рядом с мешком с оружием и продолжает уже более спокойным голосом:
— Раньше я пробовала этот удар только на боксерских грушах или манекенах. И никогда — на живых людях.
— Продолжай, — просит Зена.
Разговорить Рени — первый шаг.
— Зена, я чувствовала, как подалась его шея, когда я пнула, — продолжает Рени, борясь с подступающими слезами. — На какое-то мгновение я увидела выражение его лица — словно он знал, что произошло, что он умрет. Я думаю… гм… мне жаль, что всё так получилось. Вот и всё. Он или я.
— Хорошо, — успокаивает Зена, расчесывая ей волосы. — Ты просто хотела жить, Рени. Это не делает тебя «плохой». Просто помни это. Если ты когда-нибудь забудешь это, когда перестанешь что-либо чувствовать после убийства — лишь тогда станешь по-настоящему… злой.
Рени задумывается над её словами. Она знала, что Зена говорила о себе, и оставалось только надеяться, что она упоминала прошлую жизнь
— перед тем, как встретила Габриэль.
— А как ты себя чувствуешь, когда кого-то убиваешь?
— Я уже привыкла к ночным кошмарам — каждую ночь, — вспоминает Зена, углубляясь в себя на несколько мгновений. — После того, как Каллисто и я поменялись телами, все кошмары прекратились.
— Что заставило их уйти? — спрашивает Рени, млея от действий Зены, гладящей её по волосам.