Самба
Шрифт:
— Я сожру тебя!
— Плоть… охотник…
Конструктивного диалога не вышло. Обе твари ринулись в нашу сторону. Нуэ ловко перепрыгивал машины на парковке, а кирин так просто выпустил тугую струю пламени, которая подбросила несколько автомобилей в воздух. Вот тебе номер! Совсем я расслабился после встречи с Куэс, даже ауру свою перестал скрывать. Чем и воспользовались рыщущие в поисках отмщения монстры.
Я быстро напитал тело светом и отпрыгнул с пути коптящего снаряда, бывшего когда-то хетчбеком эконом-класса. Грохот ворвался в уши, а жар кирина опалил кожу. Я крепко сжал Хаганэ в руке. Посмотрим, чья возьмет, нарушители спокойствия! Мой долг
Сосредоточиться, довериться свету. Он где-то…
Буквально в паре метров материализовался нуэ, и в меня полетела грязная темная туча. Покров! Желтый свет окутал меня, и мелкая копошащаяся масса безвольно сгорала в моей магии. На асфальт ниспадали мелкие тлеющие искорки-трупики. Я бросился на противника, выпустил светлую волну, но нуэ снова вовремя использовал свою способность. А в следующий момент я вдохнул…
Тошнотворная темная шевелящаяся масса полилась в мой рот, мгновенно забив легкие. Я упал на колени и закашлялся.
— Юто!
Черт, ну что за слабак! Гребаный свет, помогай мне! Я раскрыл свою ауру, пуская в тело мощные магические импульсы. Мизучи оградила меня барьером, пока я выхаркивал гнилую черную слизь. Легкие горели огнем, но свет сделал свое дело, пускай и довольно топорно. Ну все, падла, ты меня разозлил. Сейчас отведаешь силушки самурайско-богатырской! Химари пока вроде бы помощь не требовалась, поэтому мы с Сидзукой сосредоточились на нуэ. Водные щупальца пытались схватить шустрого аякаси, ледяные иглы пробивали стекла автомобилей и стучали по асфальту. Нет, необходимо отследить эту тварь, когда он исчезает. Проходит некоторое время, прежде чем дух болезней появляется в ином месте. Сконцентрироваться на отслеживании ауры… Где-то здесь! Я взмахнул Хаганэ, послав волну магического света. Промазал. Дубль два. Нуэ в очередной раз исчез, и я, аки джедай с закрытыми глазами, рубанул светящимся клинком, целиком полагаясь на свое сверхъестественное чутье. На землю опал зелено-серый дергающийся отросток со змеиной пастью.
Бесхвостый Нуэ появился поодаль и громко заревел. В глазах аякаси пропал блеск разума, осталась незамутненная звериная ярость. Мизучи отправила ледяную глыбу в обезьяна, но тот в который раз распался черным дымом. Вот только с раной дух болезней испускал более заметные эманации. Сидзука мгновенно сориентировать и изрешетила почти невидимое тело пулеметной очередью из острых сосулек. Нуэ выпал из своего призрачного состояния, проткнутый в десятке мест. Отчаянным рывком чудовище исторгло огромное черное облако в мою сторону, но мизучи поставила толстенный водный барьер, который принялся впитывать всю тлетворную гадость. Пока Сидзука напряженно следила за тем, чтобы не выпустить заразу из своих лап, я быстро сместился к обессиленному и окровавленному нуэ и полоснул ножом. Тело твари словно взорвалось изнутри и засыпало парковку ошметками,
— Теперь я немного понимаю охотников, — заметила Сидзука, скривившись. — Если постоянно встречать подобных аякаси, ни за что не захочешь водить с ними дружбу
Послышался визг автомобильных шин, и мы повернули головы. Из черного мерседеса выскочила беловолосая девушка в синем платье.
— Юто! С тобой все в порядке?
— Да. Помоги нам с кирином!
— Тсч, огненные духи — не моя специализация. А всю воду забрала твоя мизучи.
— Бесполезная экзорцистка. Смотри как мы расправляемся с врагами Юто! — поддела Сидзука и начала формировать многометровые водные смерчи.
Юката Химари покрылась горелыми проплешинами, прическа растрепалась, но бакэнэко оставалась вполне боеспособной и уверенно сдерживала огненного единорога. Против кирина Сидзука оказалась на диво эффективна. Водные смерчи обступили тело враждебного аякаси, не выпуская того наружу. Вся стоянка мгновенно окуталась белым густым паром из-за противостояния двух стихий. Со стороны Куэс послышались неразборчивые слова, потянуло магией, после чего туман развеялся. Сидзука убрала остатки исхудавших смерчей, явив взору рогатое существо, чье пламя пылало далеко не так ярко, как вначале.
— Кошка!
— Няэ! (знаю!)
Ясуцуна окуталась плотным фиолетовым маревом. Бакэнэко бросилась на противника, в несколько мощных атак снесла пламенную защиту аякаси и разрубила кирина на две части. Кровь монстра походила на темно-фиолетовое вино… Но недолго мы смогли наблюдать агонизирующий труп. Половинки кирина вспыхнули белым пламенем и за секунду исчезли в яркой вспышке. Словно аякаси после смерти уже не мог контролировать стихию, что являлась его сутью, и та быстро поглотила тело.
— Молодец, кошка! Юто, неплохо справился. Еще бы не вдохнул эту гадость.
— Ты отравился?! — обеспокоенно спросила Джингуджи.
— Уже вроде ничего.
— Юто, выпей, — поднесла мне воды в руках Сидзука.
— Т-ты, не смей пить из рук аякаси! — закричала колдунья.
Я не послушался и утолил жажду. Проверил свою голову — вроде пока не стал козленочком, как гласила народная мудрость. Вокруг на стоянке расстилался настоящий хаос из асфальтовых воронок, наполненных водой, разбросанных смятых или горящих автомобилей, стены ближайших зданий и земля покрылись копотью.
— М-да, а меня предупреждали, что после сумеречной луны всегда остается много работы… — задумчиво протянул водитель мерса из четвертого отдела, оглядев место побоища. — Благодарю, Амакава-сама, за изгнание духов. Я вызвал подкрепление, мы займемся остальным.
— Хорошо. Я поеду домой в Ноихару. Если что, со всеми вопросами — завтра.
— Понял. Предоставьте все нам, Амакава-сама.
— Куэс, увидимся.
— Да… До встречи, Юто.
— Знаешь, я немного разочарован тобой, Химари, — произнес я, устало всматриваясь в дорожное полотно, освещаемое фарами машин.
— Ну-я?! (что?!) Чем немилость заслужила, поведайте…
— Зачем ты копировала Джингуджи? Неужели свое тело не могла обрести?
— Сие глупость, милорд! Глаза такие от рождения у меня. Тело то мое токмо, я ж видала сумеречную луну девчонкой незрелой. Волосы и правда захотела себе такие же…
— А какие у тебя должны быть?
— Как шерсть моя в кошачьем облике.
— Наверное, неплохо будет смотреться, — глаза слипались, и я старался поддержать разговор, чтобы не уснуть за рулем.