Самба
Шрифт:
— Коль верну свои волосы, то экзорцистка решит, что снова подражаю…
— Да демон с ней…
— Спасибо, милорд!
Вернулись в особняк мы только к часу ночи. Уставшие, но хотя бы не голодные. Я тщательно помылся (что удивительно, мизучи не приставала), оттирая с себя всю мерзость прошедшей схватки с чумным нуэ. Жаль, что внутренности тоже нельзя почистить мочалкой. И рухнул спать.
Нет, куда-то в своей жизни я явно повернул не туда. Только недавно я просыпался с мягким и теплым женским телом под боком. Теперь же мою постель грел маленький мальчик, дзасики-вараси,
— Акира, зачем пришел?
— Братик, с тобой рядом хорошо! Не так больно от того, что… больше нет дома.
— Ясно. Пока Ноихара будет твоим домом. Возможно, скоро и постоянное пристанище тебе найдем.
— Спасибо! Местный дух очень страшная. Она меня не убьет?
— Нет, иначе я сам ее прибью.
Зевнув, я потянулся и спросил свою постоянную ночную гостью:
— Моя лоли, они еще не стали низшими?
— Терпение, Юто, у-а-у… — заразилась моей зевотой мизучи.
Потирая глаза, я прошлепал в ванную, столкнувшись в коридоре с Айей. Дух конверта ответила, что после вчерашнего нашу берлогу в Такамии осадили журналюги, поэтому Айя с Кагецуки передислоцировались в Ноихару на ночь, забрав все важные документы. Ротшильд просил передать, что в скором времени наведается, чтобы обсудить рабочие вопросы. Похоже, аякаси сходу признали в нем авторитета в финансовых делах. Я посоветовал внимательно следить за пронырливой акулой бизнеса, на что Айя серьезно кивнула.
Тщательно вычищая зубы, я старался избавиться от въевшегося гнилостного вкуса, похоже навсегда оставшегося мне на память от духа болезней. Как в трусах почувствовалось шевеление.
— Великая борода Мерлина! — с такими словами я выудил маленькую змейку из своих боксеров и выбросил на пол. Дух в ужасе уполз из ванной.
— Саки, смотри, совсем моя промежность мхом поросла, аж змеи завелись, — обратился я к молчаливой цукумогами рядом. Но той было все до лампочки. Открытый рот и бессмысленные глаза ничего не выражали. Хотя когда я схватил ее за грудь случайно, удалось добиться какой-то реакции…
Сплюнув зубную пасту и прополоскав рот, я повернулся в сторону Саки:
— Это во имя науки, аякаси! Все записи обязательно оставлю потомкам.
Я подошел к цукумогами и просунул свои руки ей подмышки.
— Посмотрим, как ты среагируешь на щекотку!
Как я ни старался, Саки не издала ни звука, даже не особо шелохнулась. Да у табуретки и то больше эмоций! Ясно, на начальном этапе развития духи предмета не особо эмоциональны. Либо ее владелец был интровертом. Да не-е, чтобы родился цукумогами нужны сильные людские чувства. Является ли безразличие и отстраненность чувством? А может это толстый махровый халат не дает ей ощутить всю мощь щекотки? Хм-м, под ним вроде бы ничего нет… Но если вот так аккуратно просунуть руку, то ничего запретного и не коснешься…
— Не-е-ет, — тихо проблеяла Саки.
Ощутив спинным мозгом угрозу, я резко отдернул руку, и в следующее мгновение дверь в ванную отъехала в сторону.
— Амакава-сама, завтрак готов.
— Спасибо.
Кайя напоследок бросила на нас с Саки подозрительный взгляд и удалилась,
Глава 12
Лизлет в милой форме горничной с сияющей улыбкой как всегда скрашивала нашу славную клановую трапезу. Кагецуки буквально поклевал немного крупы и сырых сардин, Сидзука выдула дежурный ящик мороженого. Хмм, он стоит около тридцати тысяч йен… Если на каждый день, то пять миллионов уйдет за пять месяцев… Приемлемо. Но если к тому времени ее водные духи не начнут приносить пользу, точно посажу на диету. Толстая лоли — никуда не годится для имиджа Амакава.
— Милорд, обронили вы слова о делах вчера в беседе с экзорцисткой, — сказала Химари, уговорив свой рыбный салат и молочный коктейль из мороженого для мизучи.
— А-а, это я немного преувеличил. Не хотел показаться лентяем. Она вся такая боевая "Я Джингуджи Куэс, Королева Земли, целуйте мои ноги", а тут я "Просто хочу поваляться на диване, да пройтись по городу". Что вы смотрите?! Я два дня пахал как лошадь, воевал с аякаси. И заслужил отдых, ксо меня побери!
— Истинно так. Много умений охотничьих вы изучили и уже применить успели.
— Я тут утром проснулся и кое-что понял, поэтому спросить хочу, Химари. Неужели в тот вечер Кайя тебе мозги вправила?
— Кайя хоть и подруга моя, но мне не указ. Сказала она, что развратом заниматься можно после свадьбы токмо.
— Звучит разумно.
— Пф-ф. Вспомнила я слова ваши в парке, что серьезнее быть надобно. Потому и не лезу в кровать.
— Упустишь свой шанс, кошка, — хмыкнула мизучи.
— То глупой постельной игрушки забава. А коли хочешь стать кем-то большим, необходимо приложить больше усилий.
— Игрушка, нано?! И кем же ты хочешь стать?!
— Нареченной милорда. Женой, конечно.
— Да у тебя даже паспорта нет!
— Не проблема это, так милорд сказал.
— Юто?!
— Ну, пока что проблема, но, думаю, появится еще шанс озаботиться не поддельными документами. В мире людей это важная вещь. Вон Айя с Кагецуки с ног сбились оформлять доверенности и поручительства всякие. Где кстати конверт?
— На крыше.
— ?
— Там сигнал лучше ловит.
— Ясно.
— Нано. Хорошо, я поняла. Нужно чтобы мужчина сам приполз в твою кровать, а не ты к нему. Дух места, мне нужна своя комната рядом с Юто!
— А повежливее? — нахмурилась Кайя.
— Пожа-а-алуйста, нано… — состроила умильную мордочку мизучи.
— Ничего не поделаешь. Заселяйся в комнату слева. Только никаких бассейнов и наводнений!
— Конечно, сестренка Кайя! Будет сухо как в пустыне.
Я допил чай и поблагодарил аякаси чашки.
— Химари, сходим на свидание?
— Чего?! — воскликнула Сидзука.
— Но разве надо нам это? Мы ведь и так видимся часто, — засомневалась Химари.
— Это не свидание, а твоя работа по моей защите. Вот вчера с Куэс у нас было настоящее свидание, а значит ты уже на шаг позади.