Сапфик

Фишер Кэтрин

Он очень естественным, королевским жестом подозвал к себе лакея со стопкой бумаг.

— У меня имеются подтверждающие документы. Родословное древо, запись о моём рождении, письма, которые я получал, приглашения — их писали многие из вас. Вы их узнаете. Портрет моей невесты, который она подарила мне в день нашей помолвки.

У Клодии перехватило дыхание. Она не отрываясь смотрела на Претендента, а он ответил ей твёрдым взглядом.

— И, что важнее всего, я ношу доказательство на собственном теле.

Он поднял руку, закатал кружевной рукав

и начал медленно поворачиваться, чтобы показать всем.

Чтобы все увидели татуировку на его запястье — коронованного орла Хаваарна.

10

Рука в руке, плечом к плечу

Близнец в отражении, Инкарцерон.

К страху страх и к жажде жажда,

Око за око, Тюрьма за тюрьму.

Песни Сапфика

Оно их услышало.

— Бежим! — проорал Кейро.

Аттия ухватилась за поводья и луку седла, но конь был напуган, кружил на месте и всхрапывал. Прежде чем она успела вскарабкаться на полумеханического зверя, Кейро с руганью отскочил назад. Аттия обернулась. Скованные-одной-цепью замерли в ожидании. Существо состояло из дюжины мужчин, головы которых покрывали шлемы. Цепь сплавленных в запястьях и бёдрах тел оплетали кожистые шланги, напоминающие пуповину — от пояса к поясу, от плеча к плечу. В руках оно держало фонарики и разнообразное оружие: ножи, топоры, ржавые ружья. Кейро взял наизготовку своё ружьё, направил дуло в самый центр многотелого монстра.

— Не приближайтесь! Проваливайте подобру-поздорову.

Лучи фонариков выхватили из темноты его фигуру. Аттия придерживала коня; мокрый от пота, горячий бок животного дрожал под её рукой.

Скованные развернулись, превратившись в линию теней, некстати напомнив Аттии детскую игрушку-цепочку, которую она давным-давно, ещё ребёнком, делала из бумаги — вырежешь одну фигурку, а потом растянешь в широкую линию, и получится гирлянда из человечков.

— Я сказал: не приближаться!

Кейро повёл дулом ружья, словно пытался прицелиться во всю шеренгу одновременно. Руки его не дрожали, но стрелять он мог лишь в одну половину этой штуки. Как только он это сделает, другая часть незамедлительно атакует. Или нет?

И тут оно заговорило.

— Нам нужна пища! — Многажды повторенная фраза пролилась каскадом голосов.

— У нас ничего нет.

— Врёшь! Мы чувствуем запах хлеба. И запах плоти.

Было ли оно единым или их было много? Один ли у него мозг, управляющий каждым телом, словно рукой или ногой, или каждый из них — отдельный человек, навечно сцепленный с другими в ужасную связку? Аттия со страхом разглядывала странное существо.

Кейро выругался.

— Брось им мешок, — велел он.

Аттия осторожно вытянула из седельной сумки мешок с едой, и бросила его прямо

на лёд. Мешок заскользил по стылой поверхности, к нему протянулась длинная рука, подняла его и утопила вглубь уродливой, тёмной шевелящейся массы многорукого создания.

— Ещё!

— Больше у нас ничего нет, — ответила Аттия.

— Мы чуем запах зверя. Его горячую кровь. Его сладкое мясо.

Аттия в ужасе посмотрела на Кейро. Без коня им отсюда не выбраться.

— Нет, коня не отдадим.

В небе слабо потрескивали статические разряды. Аттия взмолилась, чтобы включился свет. Стоп, это же Ледяное Крыло, тут царит вечная ночь.

— Уходите! — свирепо прикрикнул Кейро. — Или я вас уничтожу. Я не шучу!

— Кого из нас? Мы соединены Тюрьмой. Нас нельзя разлучить.

Существо начало приближаться. Краем глаза заметив движение, Аттия вздрогнула.

— Оно нас окружает!

Аттия в ужасе шагнула назад, внезапно уверившись, что как только одна из этих рук дотянется до неё, пальцы прорастут в её тело.

Звеня сталью, Скованные почти взяли их в кольцо. Только замороженный водопад позади давал хоть какую-то защиту. Кейро прижался спиной к покрытому сколами льду и рявкнул:

— Быстро на лошадь, Аттия!

— А как же ты?

— На лошадь, я сказал!

Она взобралась на коня. Цепь сросшихся людей качнулась вперёд. Испуганное животное встало на дыбы.

Кейро выстрелил.

Синий сгусток пламени пробил одно из тел посередине цепи; человек тут же испарился, и вся Скованные завопили в унисон — одиннадцать голосов в едином иступленном крике.

Аттия, как могла, успокоила коня. Наклонившись, чтобы подобрать Кейро, она заметила, что цепь перестроилась — руки их соединились, кожаные путы скользнули и сомкнулись, плотно срастаясь.

Кейро развернулся, чтобы запрыгнуть на лошадь позади Аттии, но существо навалилось на него. Он закричал, отбиваясь от жадно цепляющихся за него рук; они обхватили его поперёк тела, стиснули шею, оттащили от лошади. Он сопротивлялся, ругаясь на чём свет стоит, но их было слишком много, они брали верх, сверкая лезвиями кинжалов в льдисто-голубом свете ночи. Аттия, с трудом справившись с взбесившимся конём, наклонилась и, вырвав из рук Кейро ружьё, прицелилась в Скованных.

Если она выстрелит, то наверняка убьёт Кейро.

Скованные обвились вокруг Кейро подобно щупальцам, впитывая его в себя. Кажется, ему предстояло занять место убитого.

— Аттия! — послышался его приглушённый крик. Конь снова встал на дыбы; удержать его на месте было нелегко.

— Аттия! — На мгновение Кейро удалось высунуть голову, и он увидел её. — Стреляй!

Она всё мешкала.

— Стреляй! Стреляй в меня!

Аттия замерла, пытаясь справиться со страхом.

Потом, подняв ружьё, выстрелила.

— Как такое могло произойти? — Финн бегал по комнате из угла в угол, потом без сил рухнул на металлический стул. Обвёл взглядом таинственные, беспрерывно гудящие устройства Портала. — И почему мы встречаемся здесь?