Саркофаг

Губарев Владимир Степанович

ПРОКУРОР. Поговорим о другом. Почему у пожарных не было защитной одежды? Ни у одного! По инструкции те, кто работает в пожарной части станции, ею обязаны быть обеспечены.

Генерал молчит.

НАЧАЛЬНИК АЭС. Считалось маловероятным, точнее, совершенно невозможным, что она потребуется.

ПРОКУРОР. Значит, на одежде экономили?

ГЕНЕРАЛ. Не хочу и не буду вам отвечать! Не буду! Вы не имеете права меня допрашивать!..

Велосипедист подходит к Прокурору.

ВЕЛОСИПЕДИСТ. Я тот самый "Велосипедист".

ПРОКУРОР.

Ну и что?

ШОФЕР. Вспомнил! Разыскивается опасный преступник. Вор. На место преступления и после преступления кражи... В общем, любит скрываться на велосипеде.

ВЕЛОСИПЕДИСТ. Точно, это я. В молодости хорошо гонял на велике, кандидатом в мастера спорта был, а потом ногу сломал... И жизнь свою сломал вместе с ней... Трижды судим, отсидел, а сейчас в бегах... Я тот самый "Велосипедист"! В городе две квартиры накрыл. Деньжат немного - три сотни, ну и сережек пару... Не густо... На велике по мосту ехал, когда та штуковина, ну атомная, полыхала... С той стороны меня и хватанули... Раздели до ниточки, все забрали - так что улик нету...

ПРОКУРОР. Зачем вы это? Чистосердечное признание?

ВЕЛОСИПЕДИСТ. Так вот, гражданин прокурор, можете меня брать, но мои полкуска на двух квартирах - крохи по сравнению с тем (показывает на Генерала), что этот натворил. Моя статья - моя, а его по какой судить будешь, а?

ГЕНЕРАЛ. Молчать, уголовник... (Поворачивается, уходит в свой бокс.)

ВЕЛОСИПЕДИСТ. (Прокурору.) Бери... (Протягивает перед собой руки.) Или цепочкой не запасся?.. А ведь знал, к кому шел, хоть попугал бы...

Начинает медленно оседать. Анна Петровна подхватывает его.

АННА ПЕТРОВНА. Помогите...

Вместе с Шофером и Прокурором затаскивает Велосипедиста

в бокс. Прокурор и Шофер возвращаются.

ПРОКУРОР. (Вытирает пот с лица). Уф накладочка...

ШОФЕР. Вы зря так на товарища генерала напустились. Он добрый. Помогает если попрошу... Дочку мою в больницу устроил... Наверное, не он виноват. Как все жил.

ПРОКУРОР. Он жизнь твою... (подыскивает слово) поставил в опасность, а ты...

ШОФЕР. Мне кажется, товарищ генерал очень мучается. Ну... из-за того, что ничего не знал об этой самой радиации... Я ведь тоже не знал. Не учился.. Может, книги надо было читать, умные книжки, а я про шпионов детективы разные... Товарищ генерал больше про любовь "Блеск и нищета куртизанок" или там "Три возраста Окини-сан"... А надо было не про любовь, а про радиацию. Но разве знаешь, где кирпич на тебя упадет. Он и себя не жалел...

ПРОКУРОР. Добренькие мы. А жаль.

НАЧАЛЬНИК АЭС. Разве доброта - это плохо?

ПРОКУРОР. Смотря какая...

Входит Вера. Осматривается. А потом осторожно открывает

дверь бокса 3 и заходит туда.

НАЧАЛЬНИК АЭС. Моя очередь... Допрашивайте!

ПРОКУРОР.

Всего несколько вопросов. Мне и так все ясно. С вами. Вы же не были на станции, верно?

НАЧАЛЬНИК АЭС. Не успел. Но в самом начале был там.

ПРОКУРОР. Внуки дома одни. Знаю.

НАЧАЛЬНИК АЭС. Работа на блоке шла. Я видел... Тут по соседству, в 8 километрах теща. Думал, доскачу до деревни, оставлю внуков и сразу назад.

ПРОКУРОР. А почему город не подняли? Пусть бы все доскочили до деревни... Даже поближе, всего километров 5. Пешком бы ушли... Надо было только объявить по радио, сообщить всем... И сутки до официальной эвакуации не надо было ждать.

НАЧАЛЬНИК АЭС. Это не так просто.

ПРОКУРОР. Сесть в свои жигули, посадить внуков и уехать... Проще? Вы же лучше других понимали, что случилось... А ведь утром дети в городе в футбол играли. Да и свежие огурцы завезли, на улицах торговали...

НАЧАЛЬНИК АЭС. Не смог я вернуться. Вы же знаете, что случилось. Вам, наверное, рассказали...

ПРОКУРОР. Нелепость, конечно. Машина с асфальта соскочила и забуксовала. Минут 15 не могли сдвинуться с места. К счастью, внуки не выходили... Да, знаю. А на обратном пути вас медики и проверили.

НАЧАЛЬНИК АЭС. В самую "грязь" попал... Под выброс.

Выходит Анна Петровна. Замечает приоткрытую дверь

в третий блок. Заходит туда.

ПРОКУРОР. О другом хочу спросить. Я анкету вашу посмотрел. Школа, институт. Кстати, там в физтехе особых успехов не было - так, середнячок. Но тем не менее единственный из группы - начальник станции. Остальные не пробились. Чем вы это можете объяснить?

НАЧАЛЬНИК АЭС. Я не рвался. Работал. Наверное, лучше других, поэтому и выдвигали. Не беспокойтесь - "руки" нет. Папа не министр, тесть рабочий. Никто не тащил. Сам.

ПРОКУРОР. Сам, значит... А почему прежнего начальника станции убрали, не знаете?

НАЧАЛЬНИК АЭС. Знаю, что неуживчивым его считали...

ПРОКУРОР. Конечно, ведь далеко не все приказы выполнял! Оспаривал... Кстати, по поводу пуска этого самого четвертого блока. Категорически был против!

НАЧАЛЬНИК АЭС. Это пусть начальство разбирается. Там, в министерстве, не неучи сидят. Знаю положение везде и у нас на станции тоже.

ПРОКУРОР. Почему вы никогда не возражали? Или повода не было?

НАЧАЛЬНИК АЭС. Почему именно "возражали"? Просил... Писал в общем работал, как положено!

ПРОКУРОР. И без выговоров?

НАЧАЛЬНИК АЭС. Да, без выговоров. Это разве плохо?

ПРОКУРОР. У вашего предшественника четыре - и ни одного происшествия серьезного. У вас ни единого выговора - и авария..

НАЧАЛЬНИК АЭС. Вот оно что! Значит, козла отпущения ищите? Не получится.

ПРОКУРОР. Действительно, не ухватишь... Выскальзываете..