Саркофаг
Шрифт:
К Тихомирову вразвалочку подошел полненький мальчик с брикетом мороженого:
– Вы что хотели-то, дяденька?
– Не знаешь, где тут институт… Хим… Бром… Бум…
– Химпромбуммаш? Во-он стеклянное здание, видите? Ну, сразу за сквером… Так это он и есть!
– Большое тебе спасибо!
Тихомиров ворвался в НИИ за двадцать минут до обеда, тормознулся на проходной:
– Где тут у вас комитет комсомола?
– Из райкома, поди? Товарищ Костиков? Второй этаж, третий
– Спасибо! Лечу!
В три прыжка по лестнице… Коридор… Рвануть дверь… Нет! Аккуратно постучать – так солидней.
– Входите!
Какой милый приятный голосок!
– Здравствуйте! Я от…
Господи!
Максим узнал ее сразу – Евгению Петровну, тетю Женю… Женечку. Юное обаятельное создание в строгой белой блузке с комсомольским значком.
Каштановые локоны, челка, чуть вздернутый носик и серые блестящие глаза – такие знакомые…
– Вы из райкома комсомола, товарищ? – улыбнулась девушка.
– Нет, я от Сергея Федоровича!
– От Сер… Ой! От товарища Абрамова что ли?
– От него.
– Так что же вы стоите-то? Садитесь! Хотите чаю?
– Обязательно… У меня как раз и конфеты есть.
Чай, конечно, Тихомиров пить не мог – выплеснул, улучив момент, в приоткрытое окошко, с удовольствием наблюдая за Женечкой… Тетя Женя, ну надо же!
Ах, какая блузочка, юбочка какая – черная, вроде бы строгая… Однако же – чуть выше колен. Чуть-чуть, слегка, но выше.
– Ой, что мы сидим-то! – выпив чашку чая, спохватилась Женечка. – Вы ж, наверное, с делом каким-то пришли?
– С делом, с делом, а как же! – Пряча улыбку, молодой человек вытащил из внутреннего кармана пиджака записку, якобы от начальника лагеря, протянул, скромно потупив глаза. – Вот…
– Ой! – быстро пробежав записку глазами, радостно воскликнула девушка. – Здорово как, честное слово, здорово! У нас как раз физрука не хватает… Ой, молодец какой Сергей Федорович, где он вас нашел?
– Через общих знакомых. Сказал – направление надо взять.
– Конечно, конечно, я вас сейчас и оформлю… Паспорт давайте!
– Паспорт… – Тихомиров виновато развел руками. – Я ж его Сергею Федоровичу оставил… и все остальное тоже.
– Плохо. – Женечка вдруг погрустнела. – Как же я вас оформлю-то? Сергей Федорович, знаете, через нас все делать должен… У нас же ведомственный лагерь. Хотя… – Девушка призадумалась ненадолго, смешно сдув упавшую на глаз челку. И снова улыбнулась: – Знаете что? Я сейчас Сергею Федоровичу позвоню, и он мне все ваши документы – номера, прописку и прочее – продиктует!
– Отлично! – одобрительно отозвался Максим. – Я смотрю, вы тут с комсомольским задором работаете… без всякой лишней волокиты. Молодцы! Честно сказать, не ожидал даже…
– Спасибо. – Женечка уже потянулась к стоявшему на столе черному телефонному аппарату.
– Не надо звонить. –
– Ого! Да вы еще и партийный!
А как же… Евге… Извините, не знаю вашего имени-отчества.
– Евгения Петровна… Евгения… Можно просто Женя.
– Тогда и я для вас – просто Максим.
– Ох, Максим… – Девушка снова задумалась, смешно наморщив лобик. – Хорошо, давайте пока так и сделаем… А потом Сергей Федорович мне ваши документы передаст… Или я сама у него посмотрю. Ладно! Что ж, вот вам направление… В канцелярии поставьте печать – и вперед, на работу! Через два дня смена.
– Знаю, знаю, – улыбнулся Макс. – Сергей Федорович говорил, а как же.
Купив Женьке в подарок солнечные очки, Тихомиров доехал на метро до «Звездной», а оттуда на автобусе отправился в Шушары. Сошел у морковных полей, щурясь от яркого солнца, зашагал по знакомой дорожке к баракам…
– Здорово, Джонни!
Никакого ответа. И на двери висел замок – обычная контролька.
Достав из-под камня ключ, молодой человек проник в дом и, аккуратно повесив пиджак, полез на чердак за продуктами и минералкой. Наелся! Наконец-то наелся – хорошо еще, что консервные банки оказались с ключом, открыл быстро… А так… консервы ведь из иной эпохи, вряд ли их взял бы местный нож или открывашка. Кстати, а вот килька в томате, и лещ, и сайра – они в обычных баночках, без всяких ключей! Чтоб открыть потом, придется поломать голову!
Утолив голод и жажду, Максим хотел было выпить пивка (имелись аж четыре банки!), но тут же раздумал – не хватало еще дышать пивом на начальника лагеря, встретиться с которым нужно было как можно скорее. Так что, не теряя времени даром, молодой человек запер дверь на замок и тут же отправился в лагерь – пешком, по узкой грунтовой дорожке. Повезло, попался по пути грузовик, вез в лагерь матрасы, на них-то Макс и доехал.
Какой-то живенький лысоватый мужичок невысокого роста в темно-синей пиджачной паре и рубашке с расстегнутым воротом, самолично распахнув ворота, закричал, замахал руками:
– Туда, туда, к главному корпусу заворачивайте, разгружайте.
Улучив момент, Тихомиров выпрыгнул из кузова:
– А где б мне начальника лагеря отыскать?
– Я начальник, – настороженно обернулся коротышка. – Вы по какому делу?
– По направлению! – улыбнувшись, протянул бумажку Максим. – Здравствуйте, Сергей Федорович.
– Ох ты ж! – Подозрение на круглом лице начальника враз сменилось самой искренней радостью. – Физрук! Нашла все-таки душечка Женя… Ох, нам бы еще музыканта… Что же мы стоим-то? Идемте, идемте же скорей… Э-э… санитарная книжка при вас?