Сборник.Том 6
Шрифт:
— Не двигайся, — сказал Тревайз, прижимая руки ребенка к туловищу, словно пытаясь сообщить ему состояние неподвижности, а сам второпях вытерся и натянул трусы и брюки.
Выйдя из санузла, Тревайз заорал:
— Блисс!
Поскольку на «Далекой звезде» трудно было отдалиться от кого-либо свыше четырёх метров, Блисс тотчас же вышла из двери своей каюты.
— Ты звал меня, Тревайз, — улыбаясь, спросила она, — или это нежный ветерок прошумел в траве?
— Шутки в сторону, Блисс. Что это такое? — Он показал большим пальцем
— Ну… это похоже на юного солярианина, которого мы вчера взяли на борт.
— Ты взяла на борт. С какой радости я должен мыть его?
— Я подумала, что ты не откажешься. Он очень мил. Так быстро схватывает галактический, стоит только раз объяснить. Я помогаю ему, как ты понимаешь.
— Естественно.
— Да. Я успокаиваю его. Я держала его под гипнозом почти всё время на Солярии. Я следила за тем, чтобы он крепко спал на борту корабля, и пытаюсь понемногу отвлечь его от мысли об утраченном роботе Джемби, которого он, похоже, очень сильно любит.
— Словом, ты хочешь, чтобы ему здесь было хорошо?
— Конечно. Он очень восприимчив, потому что ещё маленький, и я поощряю это, насколько могу осмелиться, влияя на его мозг. Я собираюсь научить его говорить на галактическом.
— Вот ты сама и мой его, ясно?
— Вымою, если ты настаиваешь, — пожала плечами Блисс, — но я хотела бы, чтобы он подружился с каждым из нас. Было бы хорошо, чтобы мы все исполняли родительские функции. Наверняка ты тоже можешь в этом поучаствовать.
— Но не в такой же степени!.. И когда закончишь мыть, избавься от него. Я хочу с тобой поговорить.
— Что ты этим хочешь сказать — «избавься от него»? — спросила Блисс с внезапной враждебностью.
— Я не имел в виду «выкинь его через шлюз». Я хотел сказать — отведи его в свою каюту. Усади в уголок. Я хочу поговорить с тобой.
— Всегда к вашим услугам, — холодно произнесла Блисс.
Некоторое время Тревайз смотрел ей вслед, пытаясь успокоиться, а потом прошел в рубку и включил обзорный экран.
С левой стороны в виде темного кружка со светлым серпиком сбоку красовалась Солярия. Тревайз положил руки на пульт, входя в контакт с компьютером, и обнаружил, что раздражение мгновенно улетучилось. Для полноценной связи мозга и компьютера необходимо было спокойствие, и условный рефлекс связал между собой прикосновение к контактам и успокоение.
Вокруг корабля до самой планеты не было никаких искусственных объектов. Соляриане (а скорее роботы) не желали или не могли преследовать их.
Ну и прекрасно. Теперь он мог выйти из тени Солярии. В любом случае, если продолжать удаляться от планеты, тень исчезнет, поскольку видимые размеры Солярии на расстоянии уменьшаются по сравнению с более далеким, но и более крупным её солнцем.
Он дал компьютеру команду вывести корабль из плоскости эклиптики, так как это давало возможность более безопасно перейти в режим ускорения.
И, как часто бывало в таком случае, он принялся наблюдать звёзды. Они словно гипнотизировали его своей спокойной неизменностью. Все их истинные смещения и вращения исчезли благодаря огромному расстоянию, превращавшему их в простые пятнышки света.
Одно из этих пятнышек могло быть солнцем, вокруг которого вращается Земля, — тем Солнцем, под лучами которого зародилась жизнь и по чьей милости развилось человечество.
Наверняка, если Внешние миры вращались вокруг звёзд, бывших яркими и удаляющимися представителями звёздного семейства и тем не менее не включенных в компьютерную карту Галактики, то же самое могло произойти и с Солнцем.
Или только солнца Внешних миров отсутствовали на карте из-за какого-то древнего договора, согласно которому они были предоставлены самим себе? Может быть, Солнце Земли есть на карте Галактики, но ничем не отличается от подобных ему, но не имеющих на своих орбитах пригодных для обитания планет?
В конце концов, в Галактике насчитывалось около тридцати миллиардов солнцеподобных звёзд, но только у одной из тысячи имелись подходящие для обитания планеты. В радиусе нескольких сот парсеков вокруг корабля могли находиться тысячи таких обитаемых планет. Неужели придётся по одной прочёсывать эти солнцеподобные звёзды в поисках таких планет?
А может, то первое и главное Солнце находится даже не в этом районе Галактики? Мало ли где непоколебимо уверены, что Солнце — одна из их ближайших звёзд? Что именно они были первопоселенцами?
Тревайзу нужна была информация, но её до сих пор не было.
Он сильно сомневался, дало ли бы даже самое тщательное исследование тысячелетних руин на Авроре какую-нибудь информацию о местоположении Земли. Ещё сильнее он сомневался, что можно было выудить такие сведения у соляриан.
И потом, если все сведения о Земле исчезли из огромной библиотеки на Тренторе, если никаких воспоминаний о Земле не осталось в коллективной памяти Геи, то, похоже, найти сведения на затерянных мирах космонитов шансов было маловато.
А если ему посчастливится всё-таки найти земное Солнце и, следовательно, Землю, не заставят ли его даже не понять, что он нашёл? Не абсолютна ли самооборона Земли? Не непререкаемо ли её стремление оставаться неприкасаемой?
Что же он искал? Землю? Или изъян в Плане Селдона, который, как он думал (без особых на то причин), ему удастся обнаружить на Земле?
План Селдона работал уже пять столетий и мог в конце концов привести человечество в спокойную гавань (так говорили, по крайней мере) в океане Второй Галактической Империи, более могущественной, чем Первая, более благородной и свободной — и всё-таки он, Тревайз, проголосовал против неё, за Галаксию.