Сборник.Том 6
Шрифт:
— Звучит довольно правдоподобно, — кивнул Пелорат.
— Неужели? Существуют шесть возможных способов расположения чисел, четыре — знаков; расстояние может быть указано в световых годах, а не в парсеках, углы — в градусах, а не в радианах. Итого девяносто шесть различных вариантов. Прибавь к этому то, что, если для обозначения расстояния используются световые годы, я не могу быть уверен в том, какова величина светового года, принятая здесь. Добавь и то, что я не знаю действовавшего тогда принципа измерения углов — в первом случае наверняка от экватора Мельпомены, ну а во втором — её нулевой меридиан?
— А теперь, — растерялся
— Не безнадёжно. Аврора и Солярия включены в этот список, а я знаю их расположение в пространстве. Я использую координаты и посмотрю, смогу ли совместить их. Если компьютер выдаст мне неправильное расположение этих планет, я скорректирую координаты и буду продолжать подбирать варианты, пока не добьюсь успеха. Тогда я смогу понять, какие из моих первоначальных допущений ошибочны по отношению к стандарту. Как только все допущения окажутся верными, я смогу найти центр сферы.
— Так много неясностей. Тебе будет трудно решить, что делать?
— Что? — переспросил Тревайз. Он весь ушёл в работу с компьютером. После того как Пелорат повторил вопрос, он ответил: — А? Нет, шансы на то, что координаты заданы в соответствии с Галактическим Стандартом, высоки, и привязка их к неизвестному нулевому меридиану не составит большого труда. Эта система локализации точек в пространстве была разработана давным-давно, и большинство астрономов вполне уверены, что она предшествовала эпохе межзвёздных перелетов. Люди ведь очень консервативны в определённых вещах и практически никогда не меняют достигнутых соглашений, касающихся измерений. Мне думается, многие порой даже впадают в заблуждение, считая их законами природы. Какие уж тут законы, когда каждая планета имеет свои собственные системы измерений, которые меняются каждое столетие. Правда, я искренне надеюсь, что научные изыскания в этой области когда-нибудь завершатся и система измерений будет унифицирована. — Тревайз говорил, продолжая работать, и речь его постоянно прерывалась. Немного погодя он пробормотал: — А сейчас — тихо… — Тревайз напрягся, нахмурился и только спустя несколько минут откинулся в кресле, глубоко вздохнул и еле слышно проговорил: — Все правила соблюдены. Данные местоположения Авроры совпали с её истинными координатами. Один к одному. Видишь?
Пелорат посмотрел на звёздный узор и на яркую точку вблизи центра:
— Ты уверен?
— При чем тут я? Это компьютер уверен. Кроме того, мы были на Авроре. Нам известны её характеристики: диаметр, температура, масса, альбедо, спектр, не говоря уже о расположении соседних звёзд. Компьютер утверждает, что это — Аврора.
— Ну, выходит, что эта планета и есть Аврора.
— Поверь мне, это так. Сейчас я настрою экран, и компьютер начнет работу. У него — пятьдесят наборов координат, и в его силах обработать их одновременно. — Тревайз занялся настройкой экрана. Компьютер спокойно работал в четырёхмерном пространстве-времени, но наблюдателю-человеку редко требовалось больше двух измерений. Сейчас же казалось, что экран превратился в некий тёмный колодец, глубокий и широкий. Тревайз приглушил до минимума освещение рубки, чтобы было легче наблюдать звёздное поле на экране. — Сейчас начнется, — прошептал он.
Через какое-то мгновение на экране вспыхнула звезда, затем ещё одна и ещё. Изображение на экране сдвигалось при появлении очередной звезды так, чтобы все они были видны. Казалось, что весь космос отодвигался
Наконец все пятьдесят светил яркими точками повисли в пространстве.
— Я-то надеялся получить восхитительную сферу, — сказал Тревайз, — но это больше походит на остатки снежка, который второпях слепили из слишком жесткого и рассыпчатого снега.
— И это всё портит?
— Это создаёт определённые трудности, но без них, я думаю, не обойдешься. Сами звёзды распределены вовсе не равномерно, и наверняка то же самое можно сказать о пригодных для жизни планетах, и с этим, естественно, связана неравномерность в заселении новых миров. Компьютер рассчитывает для каждой из звёзд её современное положение согласно её наиболее вероятному смещению за последние двадцать тысяч лет — даже учет такого большого срока не займет много времени — и затем разместит их по «оптимальной сфере». Другими словами, он найдёт сферическую поверхность, от которой расстояние до всех светил будет минимальным. Затем мы отыщем центр этой сферы, и Земля должна оказаться где-то вблизи этой точки. По крайней мере, будем на это надеяться. Скоро всё станет видно на экране.
70
Так оно и вышло. Даже Тревайз, казалось бы, привыкший к компьютерному волшебству, удивился тому, как мало времени потребовал расчёт.
Тревайз запрограммировал компьютер на выдачу нежной, вибрирующей ноты после получения координат центра сферы. В принципе это ничего не значило, кроме удовольствия от самого звука и сознания того, что долгие поиски, может быть, завершены.
Звук возник примерно через минуту и был подобен нежному, прозрачному тону звучного гонга. Звук нарастал до тех пор, пока Тревайз и Пелорат физически не ощутили его вибрацию, а затем постепенно угас.
В это время вошла Блисс.
— Что это? — спросила она, широко открыв глаза. — Тревога?
— Вовсе нет, — отозвался Тревайз. — Мы, наверное, нашли Землю, Блисс, — постепенно объяснил Пелорат. — Этим звуком компьютер сообщил об окончании расчётов.
— Могли бы предупредить, — укоризненно проговорила Блисс.
— Извини, Блисс, — сказал Тревайз. — Я не думал, что сигнал окажется таким громким.
Фаллом вошла следом за Блисс и спросила:
— Зачем этот звук?
— Смотри-ка — интересуется! — хмыкнул Тревайз и устало вздохнул.
Теперь следовало бы тестировать результаты относительно реальной Галактики, сфокусировать координаты центра сферы Внешних миров и посмотреть, нет ли вблизи звезды класса G. А он снова тянул время, не делал того, что логично было бы сделать, не в силах заставить себя подвергнуть результаты последней, критической проверке.
— Конечно, интересуется, — сказала Блисс с вызовом. — Почему бы и нет? Она такой же человек, как и мы.
— Её родитель был на этот счёт совсем другого мнения, — рассеянно заметил Тревайз. — Я беспокоюсь за неё. Это плохая новость для ребёнка.
— С чего ты это взял? — поинтересовалась Блисс.
— Просто предчувствие, — развел руками Тревайз.
Блисс одарила его презрительным взглядом и повернулась к Фаллом:
— Мы пытаемся найти Землю, Фаллом.
— Что такое Земля?
— Другая планета. Особенная. Это мир, откуда явились наши предки. Ты уже знаешь из разных книг, что означает слово «предки»?