Сцены любви
Шрифт:
Такую роль играют раз в жизни. Женщины играли мужские роли в фарсах, но в драмах – никогда. Это будет главная ее роль.
Когда у нее перестали дрожать руки и комок в горле исчез, Миранда расстегнула у Шрива рубашку, чтобы ему было легче дышать, и при виде его обнаженной груди невольно вскрикнула. Лиловые синяки сплошь покрывали его тело от подмышек до пояса. Наверняка у него сломано несколько ребер. А что, если у него повреждены и легкие? Она на мгновение закрыла глаза, чтобы удержать готовые пролиться слезы.
Представь себе, что это его грим, сказала она себе. Лучший
Открыв глаза, она достала влажную тряпку и стала обтирать его тело. Он застонал от ее нежного прикосновения. По его коже пробежали мурашки, хотя он сам, казалось, по-прежнему был без сознания. Наконец она застегнула на нем рубашку, свернула влажную тряпку и положила ему на лоб. Он вздохнул и открыл глаза.
– Когда ты очнулся? Он слабо улыбнулся.
– А ты не заметила?
– Не надо много таланта, чтобы сыграть безжизненное тело. – Она строго взглянула на него и подала ему ложку бобов. – Не смей терять сознание, Шрив. Ешь и набирайся сил для серьезного представления. Ты не можешь пропустить свой выход.
Уголок его губ дрогнул в улыбке. Он позволил ей поднести еду ему ко рту. Усилием воли он заставил себя жевать, морщась от боли. Когда он наконец смог проглотить последний кусок, он произнес:
– Только подай мне нужную реплику. Свою я не пропущу.
Внизу Миранда заказала себе холодный ужин из имевшегося в баре меню. В зале почти никого не было. Тем не менее она села в самый дальний угол. Рядовой Перкинс заступил на свое первое дежурство возле Шрива. Другого солдата поблизости не было. Но только Миранда взялась за вилку, как на пороге, будь он неладен, появился сержант Траск.
Было видно, что он не стал использовать свое свободное время на то, чтобы умыться, побриться или хотя бы стряхнуть пыль со своей одежды. Его узкое лицо было покрыто темной щетиной, а форменная кожаная шляпа сдвинута на затылок. Прямые сальные волосы падали ему прямо на глаза. Он оглядел комнату, пока не нашел взглядом Миранду. Вытащив изо рта зубочистку, он сплюнул в плевательницу и направился к ней.
– Не возражаете, лейтенант, если я присяду рядом с вами. – Он повернул стул и уселся на него верхом, скрестив руки на спинке. От запаха пота, исходившего от него, у Миранды заслезились глаза. – Как там наш милый пленник?
Если запах немытого тела окончательно не лишил Миранду аппетита, то это сделал его вопрос. Бисквит сломался у нее в руке, когда она непроизвольно сжала его. Все же она должна была поесть. Не отвечая Траску, которому не полагалось сидеть за одним столом с офицером, она бросила сломанный бисквит на тарелку и взялась за нож и вилку. Не обращая внимания на то, что тяжелое дыхание сержанта почти касалось ее лица, она заставила себя проглотить кусок.
Нисколько не обиженный ее поведением, Траск усмехнулся.
– Боюсь, сейчас он уже не такой милый, но когда его только привели, ого-го! Он выглядел почти как девушка.
Миранда жевала медленно, помня о своей роли лейтенанта
Траск наклонил голову на бок.
– Он был почти таким же милым, как вы, лейтенант.
Рука Миранды застыла в воздухе. Девушка бросила гневный взгляд на сержанта, который широко улыбался, обнажив свои гнилые зубы.
– Сержант, вы забываетесь. Траск опять усмехнулся.
– Вы неправильно меня поняли, лейтенант. Я же не сказал ничего такого, если до вас не дошел мой намек.
Она уставилась на него. О чем говорит этот человек? Его усмешка стала еще шире.
– Теперь я вижу, что не дошел, и это делает вам честь. Я ненавижу парней, у которых нет гордости.
Миранда нахмурилась. Этот человек говорил ей что-то такое, чего она по своей наивности не могла понять. На мгновение ей показалось, что он догадался, что она – женщина. Но этого не могло быть. Он не стал бы сидеть с ней за одним столом, разговаривать о гордости... Тень Фредди! Фредди Франклина! Если она не ошиблась, то похоже, что сержант делал ей предложение определенного характера. Ей захотелось рассмеяться. Ситуация выглядела забавно.
– Спокойной ночи, сержант.
– Я просто подумал, может, вас это заинтересует. Здесь очень тихое место. Мало шансов развлечься. – Он плотоядно облизнул губы. Не спеша поднявшись со стула, он поправил ремень. Костяшки его больших грязных рук были разбиты. Видно было, что он хорошо поработал ими.
Несмотря на всю решимость придерживаться своей роли, Миранда поежилась.
Сержант нахмурился. Он проследил за ее взглядом, потом посмотрел на ее руки.
– Какой вы пугливый, лейтенант. Что, никогда не приходилось драться?
Миранда едва сдержалась, чтобы не спрятать руки под стол. Ада хорошо загримировала тыльную сторону ладоней накладными волосами и темным гримом. Понизив голос так, чтобы он звучал хрипло, Миранда сказала:
– Я еще новичок. Сержант ухмыльнулся.
– С вами я не стал бы грубо обращаться, – пообещал он. – Можете не беспокоиться.
Сверкнув глазами, она посмотрела на него.
– Спокойной ночи, сержант.
Он громко расхохотался и удалился в другой конец зала. По дороге он остановился у бара, чтобы выпить еще кружку пива. Усевшись на стул, он уставился на Миранду.
Она почувствовала, как у нее по телу побежали мурашки. Он принимал ее за изнеженного, слабого юношу. Ночью он непременно явится к ней в комнату. В этом она была уверена. Что делать? Он представлял собой опасность, которую она даже не могла предусмотреть. В драме появился новый неожиданный элемент – внезапно второстепенный персонаж начал опасно влиять на ход событий. В результате у нее возникали большие трудности с тем, как в ближайшие два дня избежать разоблачения.
Первоначально она планировала увезти Шрива подальше от форта, где к ним присоединились бы Джордж и Ада. Потом все четверо отправились бы на станцию, чтобы сесть на поезд. Посланная Армистедом охрана спутала им все карты. Миранда успела заметить встревоженное выражение на лице Джорджа, когда они проехали мимо него на пути из форта Лареми.