Щит
Шрифт:
Астид коротко глянул на обозников. Люди смотрели на него кто с настороженным любопытством, кто с опаской. Даже те, кто ехал в спасенной телеге, не произнесли и слова, лишь недоверчиво косились на полукровку.
– Не преувеличивайте, - отмахнулся Астид. – Сделал, что должен был.
– Эх, жаль, меня там не было! – воскликнул Лейнолл.
– Да, жаль, - кивнул полукровка.
Гилэстэл, оглянувшись на ущелье, свёл брови.
– Это единственный путь на север?
– Нет, - ответил Лейнолл.
– Но самый короткий. Железный тракт оживлённее и безопаснее, да дорога занимает на три дня больше – крюк в сто с лишним миль.
– Мне думается, что потеря трех дней –
– Моя вина, - Лейнолл с покаянным видом прижал ладонь к сердцу. – Я уговорил старшину ехать этой дорогой. К семье тороплюсь!
– Понимаю, - Гилэстэл скупо улыбнулся.
Кто-то из ратников окликнул Лейнолла. Астид, глядя в спину отходящему оруженосцу, хмыкнул:
– Торопится он… Как там старшина обозный сказал? Честен сердцем? Не вяжется что-то.
– Не вижу противоречия, - дернул плечом Гилэстэл. – Он честно служит своему господину. И немножко себе. А на стезе служения случаются сопутствующие потери.
– И все же, я видел тревогу в его глазах.
– Лишь из-за опасения потерять время, вытаскивая трупы из ущелья.
Остаток дня и следующие сутки обоз двигался вниз по течению Ийи – речки, родившейся в подземных глубинах. Питаемая родниками и горными ручьями, текущая из долины в долину, изгибающаяся меж их склонами, она становилась все более полноводной, расширяя и углубляя русло. К тому времени, как обоз вышел к месту разделения Ийи на два рукава, бойкий узкий ручей превратился в порожистую беспокойную реку. Вырвавшись из тисков горных склонов, речной поток недолго бежал по плоскогорью, а затем, врезаясь в вырастающие на пути скалы, разветвлялся на две небольшие речки - Аю и Юю, утекающие в разные долины. Ая текла в Бримфарн, по Юе проходила граница Мидфарна, а развилка между ними была уже территорией Таэрофарна. В некотором удалении от речной развилки виднелись крайние хаты деревушки, вытянувшейся вдоль берега Юи.
Обоз остановился на берегу, на ровной поляне с густой мягкой травой. Возчики распрягали лошадей, солдаты ставили шатры для ночевки.
Живность, реквизированная на крестьянском подворье, давно нашла упокоение в солдатских животах. До долины Таэрофарн оставались еще сутки пути, провизия была на исходе, и Лейнолл после недолго разговора со старшиной о необходимости пополнения запасов указал рукой в сторону деревушки: «Там разживемся».
Астид и Гилэстэл сняли поклажу с лошадей и принялись их расседлывать. Внезапно Гилэстэл с досадой ругнулся, наклонился и поднял оторванное стремя. Показал Астиду перетертое путлище.
– А я рассчитывал, что до Таэрофарна дотянет.
Мимо прошел Лейнолл с двумя ратниками, придержал шаги обратился к князю.
– Лорд Гилэстэл, мы с парнями в деревню – за провизией. Нет ли каких пожеланий?
Гилэстэл вопросительно взглянул на Астида.
– Я схожу с ними, - захватив в качестве образца порвавшийся ремень, полукровка отправился вместе с Лейноллом.
За деревней на пятачках повыщипанной травы дремали козы, привязанные на длинных веревках к кольям. В прилегающих к деревне огородах, обнесенных где плетнем, где тонким частоколом, в изобилии росли тыква, морковь и репа. У ограды бродили полудики пятнистые свиньи, худые и длинномордые. Завидев приближающихся чужаков, хрюшки потрусили водворы, под защиту родных сараев.
Из крайнего дома на зов Лейнолла никто не вышел, лишь пёс бросился к забору, истошно гавкая, но не делая попыток выскочить за пределы двора. Его лай подхватили собаки в других дворах. Из следующей хаты на громкий голос оруженосца появился старик, опирающийся на узловатую палку. Увидев солдат и двух хорошо одетых
– Да благословят тебя боги, старик, - сказал Лейнолл, поверх головы старика оглядывая неказистый двор, по которому бродили несколько куриц. Петух, разрывая лапами помои в тележке, что-то клевал. В глубине двора виднелись хлев и навес, в тени которого развалились три пятнистые свиньи.
– И вас, благородные иланы.
– Что-то у вас в деревне пусто так? Где народ?
– Дык… Кто на лугах, стога мечуть. Кто в лес по дрова отправился. А кого на войну забрали.
– Мы солдаты армии Виго Таэрона. Нам нужна еда на тридцать человек.
Дед притих, пожевывая сдой ус.
– А сколь заплатите? – отважился он, наконец, спросить.
Один из ратников возмущенно фыркнул.
Лейнолл свёл брови.
– Мы воины Долинного Альянса! И защищаем эту и многие другие деревни от вражеского нашествия! Эти парни, - оруженосец кивнул на ратников, - за тебя кровь проливают! У нас в обозе те, кто получил ранения, сражаясь с урукхами! А ты об оплате спрашиваешь? По закону мы можем реквизировать всё, что требуется!
– По закону-то оно так, - вздохнул старик. – А по правде, так мои сыны тож тама, в армии вашей. Неуж я чего ишшо должон, окромя того? Скотина – она ить не из воздуха берётся.
– Так и мы не даром берем, - Лейнолл распахнул калитку и вошёл во двор.
Ратники последовали за ним. Астид, похлопывая порванным ремешком о бедро, остался наблюдать снаружи.
– Вот, держи, - Лейнолл протянул старику бумагу с оттиском герба Таэрофарна. – Это подтверждение о реквизированной провизии. Предъявишь его казначею в замке лорда Виго и получишь компенсацию.
– А то ж, - взяв бумагу, без воодушевления откликнулся крестьянин и похромал к дому, кивнув в сторону построек в глубине двора. – Вона хлев, вона амбар.
Примостившись на крыльце и постукивая палкой о землю, старик стал наблюдать за ходом реквизиции.
Один из ратников вывалил из тележки отбросы на землю, и покатил её к амбару. Второй, сняв с гвоздя на амбарной опоре моток веревки, направился к лежащим у хлева свиньям. Астид увидел, как в бороде старика промелькнула язвительная усмешка. Когда до свиней оставалась пара шагов, они вскочили и опрометью бросились прочь. Ратник выругался и помчался за той, которая показалась ему потолще остальных. Напуганные куры шарахнулись и с кудахтаньем помчались по двору наперегонки с мечущимися свиньями, взметывая в воздух ошметки перепревшей соломы, собачьей шерсти, перья и пыль. Прижавшийся к ногам хозяина пес заходился в хриплом лае. Не будь причина этой круговерти столь печальна, Астид, наверное, рассмеялся бы. А вот ратник, вывезший из амбара на тележке тугой мешок с какой-то крупой, хохотал от души.
Кое-где из-за заборов стали выглядывать люди, но, увидев вооруженных людей в соседском дворе, быстро ретировались и запирались в своих домах.
Шумный бардак прекратил Лейнолл. Астид только удивленно моргнул, когда свиньи, куры и прочая скачущая живность замерла, пойманная в невидимые коконы. Они тыкались в незримую преграду, лишенные возможности сдвинуться с места, а старик на крыльце перестал стучать палкой и в изумлении замер. Ратник с веревкой, отдуваясь, подскочил к свинье, кивнул Лейноллу: «Поймал!», и, накинув ей веревку на шею, связал свободным концом и ноги. Лейнолл ухватил за ноги двух кур, не церемонясь, свернул им шеи и бросил тушки на тележку. Коконы-ловушки исчезли, и освободившаяся живность разбежалась, попрятавшись по закоулкам двора.