Сделай сам 3
Шрифт:
— Вот ведь, жмотьё немецкое! — тем временем продолжал бурчать я себе под нос. — Даже на самый мелкий багажник металла пожалели.
Это да, багажников у велосипедов тут по большей части не имелось. Разве что производили и устанавливали их штучно — на заказ. А всё почему? А всё в целях экономии! Как и у нас в автомобилестроении. Багажник ведь, это не только пара дополнительных кило стали. Это ещё и несколько станко- и трудочасов работы! То есть допзатраты! Тогда как многочисленные конкуренты не дремлют и всячески снижают себестоимость уже своей продукции!
Именно по этой причине подавляющее большинство велосипедов в нынешние времена
Да и сиденья были не сказать, что прям комфортные. К примеру, лично я за долгие часы кручения педалей уже раз дцать успел проклясть тот день, когда сел за баранку этого «пылесоса».
Одно меня радовало. Мучения мои подходили к своему логическому завершению, поскольку я уже подъезжал к тому участку леса, через который планировал заходить вглубь заповедника. Дело оставалось за малым — незаметно для чужих глаз притопить не сильно глубоко велосипед в речке Роминтен, перебраться через неё же вплавь, углубиться под сень густых крон, никому при этом не попавшись по пути, да после пролезть через преграду из колючей проволоки, которой опоясали 100-километровый «закрытый» периметр в данном лесном массиве.
И только после осуществления всего этого можно было смело говорить, что первый этап операции прошёл успешно. Инфильтрировался, так сказать!
— Хорошо быть кошкою, хорошо собакаю, где хочу — пописаю, где хочу — покакаю, — нервно шепча себе под нос, героически превозмогал я очередные жизненные трудности.
К чему это я вдруг вспомнил о зверушках, их биологических потребностях, а также не сильно великих моральных устоях?
Да к тому, что самому уж больно сильно в туалет хотелось. А осуществить потребное виделось вовсе невозможным, поскольку шагах в десяти от меня расположился на перекур какой-то разодетый франтоватый офицер, что проверял посты своих солдат, должно быть. И продолжительное журчание он мог расслышать — только в путь. Тогда как пожурчать хотелось очень сильно — чему вдобавок изрядно способствовало, как нервное напряжение, так и установившаяся в 20-х числах сентября весьма прохладная погода.
Аж, блин, вспотел весь и по внутренним ощущениям лицом стал краснее помидора, превозмогая самого себя. И, наверное, словами нельзя было передать то блаженство, что меня впоследствии накрыло после опорожнения готового вот-вот взорваться мочевого пузыря. Пришлось для этого, правда, бросать свою лёжку и отходить обратно в лес на целый километр. Но поверьте мне, оно того точно стоило! Блаженство!
Шёл уже третий день, как я беспрепятственно сумел пробраться на нужную мне территорию, обрядиться в «Лешего», отыскать свой схрон с оружием, пристрелять сызнова винтовку и залечь на заранее присмотренном месте в ожидании, когда же охотнички пожалуют залезть на устроенные специально для них вышки.
И вот тут меня ожидал очень такой большой облом. В этот раз собравшиеся в охотничьей усадьбе шишки из числа германского политического истеблишмента предпочли не сидеть на месте, в ожидании, пока егеря выгонят оленей прямиком на них, а самим отправиться в погоню за зверьём.
Короче говоря, отправились шляться по лесам и долам на своих двоих. Причём, естественно, шляться они вздумали не в гордом одиночестве, а в компании охраны, да десятка егерей с охотничьими псами.
Мне вообще очень крупно повезло, что направление своего выдвижения
Так и живем. Эх. Кому-то, видите ли, захотелось погулять да подышать свежим лесным воздухом. Гадам таким! А мне в результате приходится теперь голодным и холодным лежать на земле, претворяясь кустиком! Припасы-то съестные у меня уже всё, тю-тю, закончились ещё вчера, отчего требующее калорий тело очень так активно мёрзло.
Мог бы я, к примеру, не издеваться над собой таким вот образом, а «снять» кайзера из винтовки, пока он разгуливал по территории своей усадьбы, вместо того, чтобы караулить его в лесу?
Теоретически, да, мог бы. Но только теоретически и без 100% гарантии летального исхода. Всё же ближе полукилометра подобраться незамеченным к местному деревянному дворцу мне бы точно не вышло. Даже с учётом имеющейся у меня маскировки. Охрана тут бдела в меру сил и доступных в данные времена средств на полную катушку. Мало того, что суровые парни со сторожевыми собачками попадали в моё поле зрение с завидной регулярностью, так ещё помимо них здесь всюду были выставлены постоянные армейские посты охраны. Не погуляешь, в общем, в полный рост. Никак не погуляешь!
Хотя, если бы я был «одноразовой торпедой», тогда да, убрать Вильгельма 2 точно вышло бы. Но после непременно пришлось бы стреляться самому, дабы не попасть в руки местных дознавателей. Что мне уж точно не подходило так-то. У меня ещё Россия-матушка не моторизована, не электрифицирована и не социализирована по-человечески! Так что мне покуда умирать уж точно никак низя. Не-не-не! Даже не уговаривайте!
Пришлось в итоге превозмогать долгими голодными днями и ещё более долгими холодными ночами.
Удача же мне улыбнулась лишь на 5-й день. Прекрасно зная, что кайзер вместе со своими гостями любит часто посещать чайный домик, устроенный на сваях близ берега озера Мариновозее, что находилось примерно в полудесятке километров от замка, засел я именно там. Если уж с вышками не сложилось, то другого более открытого для снайперской стрельбы участка местности здесь было не сыскать. Даже пробный выстрел смог тут сделать в воду, благо глушитель отработал своё предназначение на полную катушку и никто ничего подозрительного не услышал. Тут куда громче звучали, время от времени доносившиеся выстрелы со стороны охотящейся братии. А пуля подняла небольшой фонтанчик воды близ опоры мостка примерно там, куда я и прицеливался.
И вот, момент настал. На дороге показалась целая группа лиц в «полосатых купальниках». Причём дурилки из охраны сами позволили мне сходу опознать интересующие меня мишени, поскольку кайзер вместе с сыновьями и министрами вышагивал по-хозяйски в центре дороги, тогда как все прочие жались на расстоянии по её краю. Ну и тросточки, понятное дело, могли себе позволить здесь носить с собой на «охоту» отнюдь не те, кто находился в данный момент на службе.
— Ну, давай, родная моя немочка, — нежно погладил я свой маузер по цевью и принялся поудобнее устраиваться в положении лёжа, — не подведи. Не зря ведь столько лет тебя берёг, холил и лелеял. Сработай на отлично. Очень надо!