Семь кило баксов
Шрифт:
– Пока!
– До свидания!
А в мобильном был мужской голос.
– Полина? Это Маркелов! Я из Москвы!
– Здравствуйте!
Она обрадовалась.
– Как там Кипр? Как погода?
– Погода как погода, – сказала Полина. – Тепло.
– Какая температура?
– Плюс двадцать пять.
– О-о! – протянул Маркелов восторженно. – Я тоже хочу в тепло!
– Приезжайте.
– Приеду.
– Когда вас ждать? – приняла его шутливый тон Полина.
– Завтра. Я прилетаю аэрофлотовским
Только теперь Полина поняла, что ее собеседник не шутит.
Глава 57
Полина встречала Маркелова в Ларнакском аэропорту. Тот появился с огромной сумкой с надписью «Суперспорт», в куртке и кепке, которые выглядели крайне нелепо среди кипрской весны, которая, по российским меркам, была самым настоящим летом.
– Привет! – бросил коротко. – Ну, классно! Теплынь, а? А это что?
Ряд стоек, клерки призывно улыбаются, эмблемы каких-то фирм.
– Рент кар, – сказала Полина. – Прокат машин.
– Вот здорово! И любой может взять? А сколько стоит?
– По-разному. Есть десять фунтов, есть пятьдесят.
– В месяц?
– За сутки.
– Ого! – присмирел Маркелов. – А фунт – это сколько?
– Два доллара.
– Богато живут, – оценил Маркелов. – Ладно, идем.
В следующие несколько минут его поочередно привело в восторг: то, что здесь все цветет, и уже, как ни крути, лето; то, что такси – это «Мерседесы», и есть даже длинные «Мерседесы», на каких, по мнению Маркелова, обычно перемещаются только президенты; то, что у машин правый руль и движение левостороннее. И машина Полины тоже вызвала у него бурю эмоций.
– Ого! – восхитился он. – Неужели новая?
– Новая.
– Сколько стоит?
– Не знаю. Это подарок.
– Хеджи подарил? – бесцеремонно осведомился Маркелов.
– Мы расстались.
– Ага, понятно, – нисколько не смутился Маркелов.
Всю дорогу до Лимасола он восхищался открывающимися перед его взором видами. Впервые оказался за границей, и все ему было внове.
– Это кипарисы? Вон там, возле дома.
– Да.
– Очень похоже, – оценивал Маркелов.
В следующее мгновение:
– А что это на горе?
– Ставровуни. Мужской монастырь, куда не допускают женщин, – улыбалась Полина.
– Строго! – замечал Маркелов.
Вдоль дороги теснились холмы. Трава уже начинала желтеть. Все ближе лето.
– Змеи здесь есть? – спросил Маркелов и посмотрел на Полину.
– Не знаю, – пожала она плечами. – Никогда не слышала.
– А от отца?
– Что – от отца? – не поняла Полина.
– Твой отец когда-нибудь говорил о змеях?
– Нет.
Полина была удивлена.
– И про змеиный яд он никогда с тобой не разговаривал?
– Никогда.
– Это странно.
– Почему же странно?
–
– Я никогда ничего об этом не слышала.
– Верю, – сказал Маркелов и наконец отвел взгляд.
Под капот машины убегала серая лента асфальта.
– Все это действительно началось в прошлом году, – сказал Маркелов. – Твой отец занялся ядом не от хорошей жизни. Просто ему надо было выпутываться из долгов. Нашлись добрые люди, – усмехнулся Маркелов невесело, – подсказали, чем ему следовало бы заняться. А это была ловушка.
– Для папы?
– Да. Там какая-то интрига, Полина, которую еще предстоит распутывать. Я пока ничего не понимаю, и помочь можешь только ты.
– Чем же я могу вам помочь? – печально вздохнула Полина.
– Все-таки ты была рядом с ним весь этот год. Да, он мало чем с тобой делился, многого не говорил, но что-то ты видела, что-то слышала. Может быть, ты видела этих людей…
– Каких людей?
– Которые заманили его в ловушку. Ведь они были рядом с твоим отцом, и ты вполне могла их видеть. Я привез фоторобот, потом тебе покажу. Может быть, ты вспомнишь. А вообще-то я приехал за другим. Я приехал уговаривать тебя вернуться.
– Домой?
– Да.
Полина покачала головой.
– Я боюсь.
– Я знаю, – сказал Маркелов. – Но я хочу, чтобы ты снова окунулась в ту жизнь. Потому что, находясь здесь, ты не вспомнишь всего. Тебе необходимо вернуться, чтобы в памяти всплыла прежняя жизнь, день за днем. Знаешь, вся наша жизнь состоит из очень важных, запоминающихся событий и еще из большого-большого количества мелочей, которые забываются уже на следующий день. Так вот, когда мы возимся с каким-нибудь делом, проводим расследование, вся надежда только на эти мелочи. Разгадка всегда где-то в них. Что-то такое, чему человек никогда не придавал значения. Твой отец никогда не говорил с тобой о змеиных ядах? Хорошо! Охотно верю! Но он жил с этими мыслями целый год. Это у него в голове вертелось постоянно. И это не могло не проявиться. Понимаешь? Какое-то слово, какая-то встреча… Ну я не знаю, что там еще могло бы быть!
– То есть кто-то из его недоброжелателей мог бы прийти к нам в гости?
– Может быть, и так! Мы составили фоторобот. Этот человек втянул твоего отца в сомнительную сделку. Взял деньги якобы на закупку партии змеиного яда и исчез с теми деньгами, оставив твоего отца один на один с кредиторами. И в то же время он выступал покупателем яда и через компаньонов твоего отца требовал возврата денег. В общем, замкнутый круг.
– И я могла его видеть?
– Ну конечно! – сказал Маркелов убежденно.