Семь звезд
Шрифт:
— Как твой живот? Как… себя чувствуешь? Может уединимся? — Он чуть-чуть склонил голову в сторону.
— Все еще побаливает. — Аронст нервно улыбнулась в ответ и посмотрела по сторонам.
— Хочешь еще вина? — Молодой человек поднял брови.
— Это вкусно, но больше, наверно, нет. Подташнивает. — Она вздохнула. Действительно чуть-чуть подташнивало.
Грегораст бесцеремонно коснулся её головы и положил себе на грудь. Дэлл тяжело выдохнула. Теплый, как и всегда. Омерзительно приятный. Солнце полностью село, сквозь блики на стекле можно было увидеть звезды. Смазанные
— А не хочешь еще остаться? — Вдруг хрипло спросил Макс, вновь касаясь её волос. — На недельку, там… на две. Тебе на самом деле не обязательно сейчас уезжать.
— Нет-нет, я не могу. — Аронст сжала кулаки, так сильно, что ногти едва не до крови вдавились в кожу. — У меня же учеба, помнишь? Мама одна там. Может если, ну, потом… еще можно будет встретится. Еще так отдохнуть. Снова.
— Снова. — Задумчиво протянул он. — Здесь отличные закуски. Хочешь попробовать что-нибудь?
— Ну… наверно можно. — Девушка в очередной раз выдавила из себя улыбку.
Действительно вкусные.
Казалось, сегодня Макс был каким-то странным. Странным, потому что говорить о нем «особенный» было злостно, хотя сегодня он был именно особенным. Все время что-то предлагал, а когда они садились на один из роскошных кожаных диванов, бесцеремонно усаживал к себе на колени. Ничего необычного… так и не происходило. Никто к Дэлл не лез, не пытался вылить на неё напиток, или опозорить. Если б она могла, то даже с усмешкой спросила бы, почему, ведь это вредило повестке шоу. Но… она не могла.
Иногда даже казалось, что он правда за ней ухаживал. Пытался сделать приятно, обратить на себя внимание. Не просто обратить, сделать так, чтобы все её внимание принадлежало ему в этот вечер. Прямо как на на настоящем балу. С настоящим принцем.
Настоящий принц
Ничто не может длиться вечно. Ни слащавый отдых, где оба делают вид, что друг друга любят, для контента. Ни страдания, которые причиняет этот отдых. Все рано или поздно заканчивается, проходит, боль притупляется. Все рано или поздно… теряет свою важность под гнетом сильного потока времени.
Дэлл стеклянными глазами смотрела на разбросанные по полу вещи, каждая из которых стоила минимум тысячу долларов. Он накупил ей… кучу всего, как и обещал лотерейный выигрыш. Если все эти вещи продать, можно будет жить на это пару лет. Еще украшения. Девушка даже заказала красивый кожаный чемодан подо все эти сокровища. Коричневый с мелкими розовыми цветами.
От этих красивых платьев, рубашек, платочков… в самом деле хотелось избавиться. Скинуть кому-нибудь за деньги и забыть все что было, как страшный сон. Пометить это все в своей голове как очень унизительную подработку, от которой нельзя было отказаться.
С последнего вечера, почему-то, больше не было никаких странностей и попыток выставить Аронст злобной дурой. Почему — сложно сказать, но чуть меньше недели все было относительно спокойно. Кит подозрительно молчал, возможно, звезды сменили место совещаний, а, возможно, Макс просто перестал впускать их к себе. По какой-то причине.
Сердце нервно колотилось в груди. Девушка опустилась на колени перед чемоданом, и стала распихивать по отсекам украшения. Небрежно складывала шелковые блузки, затем отправляла их на дно чемодана. Руки мерзли, потели, в комнату залетал привычный сквозняк, который поднимал от пола прозрачные гардины.
Рано или поздно все проходит. Только вчера они вдвоем говорили, как будут созваниваться, как… обязательно встретятся в Миннесоте через пару недель, а сегодня Дэлл с ужасом осознавала, что вот-вот Грегораст её бросит. Унизит в последний раз, потому что времени осталось не так уж и много. Времени осталось… совсем немного до полуночи.
После полночи истекут тридцать дней здесь. После полночи она официально выйдет с территории отеля, держа в руках чемодан, возьмет такси и ближайшим рейсом улетит домой в Миннеаполис. Эконом классом.
Внутри все выворачивалось, растягивалось, рвалось. Сводило с ума абсолютно все. Ожидание предстоящего унижения, осознание, что отдых мечты оказался… таким кошмаром, что лучше бы она проиграла. Лучше бы попереживала пару дней из-за того, что ей не повезло, но ей повезло. Назло. Так что этот злосчастный отпуск случился. Отпуск, который забрал у нее душу. Забрал душу, растоптал её, зато всучил в руки деньги. Золото. Бриллианты.
В чемодан падали редкие горячие слезы. Лучше собрать его сейчас, потому что после ожидаемого перфоманса Грегораста она по-любому разрыдается. Да, улыбнется ему в лицо, может даже ухмыльнется, прикрыв глаза. Но потом горько разрыдается, кляня все, на чем стоял свет. И его тоже. Его в первую очередь.
На глаза попался злосчастный сарафан с крупными желтыми подсолнухами по низу. Такой милый, солнечный. Когда Аронст его покупала, то рассчитывала произвести хорошее впечатление. Может, понравиться кому-то, рассчитывала выглядеть приятной и интересной.
Как несравненно наивно и глупо. Теперь она это понимала.
Скрипнула дверь, и Дэлл вздрогнула. Не ждала гостей так рано. Хотя… чему удивляться? Видно, парень с утра увидел, как она спешно собиралась. И решил прийти. Попрощаться, в самом ужасном смысле этого слова.
— Уже собираешься? — Как-то грустно сказал Грегораст, глядя на чемодан. — Я рассчитывал, что мы, хотя бы, сходим еще сегодня на пляж. К чему такая спешка?
— Я не привыкла откладывать. — Аронст натянула на лицо пластмассовую улыбку. — Хочешь… что-то мне сказать?
Сердце стучало в глотке, пальцы вздрагивали сами собой. Сама нарывается заставить его сказать это. Сама лезет, хотя собиралась оттягивать. Просто рубить хвост по частям не хотелось. Пусть вываливает сразу.
Пусть настоящий принц немного приподнимет свою маску. Пусть выглянет из-под нее, глянет жутким, тяжелым, бесконтрольным взглядом. Вонзит в остатки души словесные ножи. А она выдохнет, и поймет, что все закончилось. Да, будет рыдать, но это будет означать, что все, наконец, закончилось.