Семнадцать мгновений...
Шрифт:
Алёша, протерев глаза, проморгавшись и заразительно зевнув, заметил:
– У нас в городе, кроме памятника Ленина, я больше ничего не припоминаю, товарищи.
Ольга Борисовна, зевнув в ответ, достала из принесённого с собой пакета пирожок и принялась долго и подробно разжёвывать сложившуюся ситуацию. В итоге, пропустив мелкие детали рассказа, выяснили следующее:
– Статуя находится на кладбище. А это скандальное привидение, некогда являющееся нашим местным, почти великим, почти поэтом, страшно возмущено тем фактом, что возле его склепа возведён памятник не ему, почти великому, почти поэту, а какой-то греческой
***
Юлия Сергеевна, которой была поручена миссия, ставшая с лёгкой руки чокнутого призрака суицидальной, упиралась руками и ногами, лишь бы не расправляться с культурным достоянием. Однако женщина, зачастившая с оздоровительными прогулками на кладбище, хорошо знала, в каком гробу можно в случае чего спрятаться, а также имела в наличии заключение врачей о расшатанной психике.
– Оль, ну, Оль, - ныла охотница, - а может, твой Кирпич подерётся с этой статуей, в смысле взорвёт её, а потом... потом скажет, ну, что случайно или что он пошутил.
– Случайно? Пошутил? Серьёзно? Такую случайность или шутку позволить себе можешь только ты, а Вася не болеет.
Юлия Сергеевна, периодически толкающая спящего Алёшу и требующая от него срочно помочь матери, продолжала упорствовать:
– Ваш головорез недавно зубы застудил!
– А они у него остались?
– удивилась Галя, которой была поручена не менее суицидальная миссия. Девушке предстояло проследить за тем, чтобы подрывник, обладающий головокружительными талантом и рассеянностью, случайно не отправил с помощью одной гранаты к праотцам весь Кириллов.
– Неплохая попытка, Юленька, но, к сожалению, зубы не мозги. Я, конечно, понимаю, что у Кирпича и то, и то зашиблено, однако никаких справок у него на этот счёт нет, поэтому "ты, ты, только ты" пустишь под откос наш эшелон искусства. Тем более у тебя пятёрка по метанию гранаты в школе была, - натягивая на уши охотницы за нечистью тёплую шапку, говорила успокаивающим тоном Ольга Борисовна.
– И ещё, не факт, конечно, но есть шанс, что под этой скульптурой клад. Ну, это так, сюрприз от заказчика бунта на корабле.
На мгновение хмурая Юлия Сергеевна озадаченно застыла. Вдруг она, просияв, радостно улыбнулась и, выхватив из рук опешившей Гали рюкзак, как ураган, пронеслась по всей квартире с боевым кличем, а затем, подбежав к видящему десятый сон сыну, закричала:
– Лёшенька, поднимайся! Вставай, юнга, нас ждёт фрегат с сокровищами!
***
На ночном небе, укутанном серой дымкой туч, не было видно ни звёзд, ни луны. Моросил неприятный дождичек, а холодный ветер леденил кости. Два съёжившихся силуэта молча и угрюмо выслушивали третий, жизнерадостно и бодро стучащий зубами:
– У одной моей знакомой на участке завелись кроты, и кто-то, наверное, историк, специализирующийся на Первой мировой, посоветовал ей газ в норки пустить, чтобы все кроты убежали. Ну, пустила она газ в норки и думает, а вдруг газ не попал? Она и решила поджечь, чтобы проверить. И представляете, весь огород взлетел на воздух,
– Мам, ты эту историю в Интернете прочла вчера, - заявил один силуэт, недовольный тем, что его разбудили и выкинули на улицу, где стояла отвратительная погода.
– А лично меня мало волнует, откуда ты это взяла, - сердито пробурчал второй силуэт.
– Да вы не поняли, - не унимался третий силуэт, продолжая задорно хохотать, - я к чему рассказала-то, вам с газом или без газа...
– Да взрывай ты уже!
– в один голос закричали два выпрямившихся силуэта, по отдельности похожих на панка и подростка.
01.12.13.
– 02.12.13
Близилось хмурое утро третьего декабря. Дождь давно стих, а сизая пелена туч, не пропускающая солнечный свет, клубилась в небе, как сигаретный дым под потолком тесной комнаты...
А тем временем на Дальнем Востоке погода радует жителей южных островов, антициклон дарит солнце и тепло, ведь во Владивостоке +25, в Южно-Сахалинске +26, а в Хабаровске вообще почему-то +28. Будем с нетерпением ждать зимние каникулы, чтобы рвануть на Калыму, там вообще, наверное, сейчас рай. А теперь, пока меня и впрямь раньше января месяца не сослали в этот "рай" из-за нарушения авторских прав (лично я считаю, что метеорологи те ещё баснописцы, то есть творческие личности), стоит поскорее вернуться к главным героям моей истории.
***
Воздух пах серой сыростью, а нагонявший тоску скользким холодком ветер, чья скорость достигала приблизительно 5 м/с, в вихре закручивал первые хлопья снега, которые, едва соприкасаясь с землёй, таяли.
Полицейские уже решили покинуть кладбище, поскольку все подозреваемые в подрыве памятника и здоровья невыспавшихся граждан, напуганных шумом, были незамедлительно взяты под стражу. Один из сатанистов очень сильно походил на Тома Сойера, потому как крепко держал за хвост мёртвого кота, коего не успели принести в жертву. Парень утверждал, что его воззвания услышал сам Люцифер и что граната здесь ни при чём, так как он её в глаза не видел. Другой сатанист пронзительно подвывал "да, так и будет" третьему, громко кричащему следующее:
– Скоро раздастся оглушительный грохот молний, предвещающих беду! Скоро все пожалеют о том, что родились! Скоро загудит земля под нашими ногами, разверзнется, и тогда...
– ...явится Сивка-бурка, - ухмыльнулся бравый страж правопорядка, - ну, или чёрт ваш. Хотя, какая мне разница, всё равно оба с копытами. Ребята, разгоняй зевак, пакуй сектантов!
***
А снег всё перепархивал и перепархивал, по спирали танцуя белый вальс. Гром не сотрясал воздух, молнии не сверкали ослепительно ярко, сезон дождей уже точно закончился, люди спали, ничуть не жалея о том, что родились, но всё-таки земля разверзлась. Это распахнулся умело замаскированный хитрым ландшафтным дизайнером люк, а затем показалось и лицо человека, столь удачно спрятавшего убежище. Юлия Сергеевна, выбравшись на улицу вместе с перепуганным нерадужной перспективой сыном и устало молчащей Галей, не спешила убегать.