Сердце ангела
Шрифт:
Изучив противника, Дарел перешел в наступление. Пора заканчивать с этим Ганом. Собравшиеся здесь, конечно, придут в ярость, но равных бывшему аристократу Дарел больше не ожидал. А значит, он выскользнет. Так или иначе.
В несколько сильных и быстрых ударов Дарел загнал Гана в глухую оборону, заставил постоянно отступать и вскоре притиснул к стене. За спиной опасно зарокотали, забряцали железом бандиты, но Ган что-то гаркнул, и те затихли.
Дарел насторожился. Да что такое с этим Ганом? Не в том он положении, чтобы отказываться от помощи. На что же он рассчитывает?..
Дарел
И вскрикнул от дикой смеси боли, досады и изумления – скользнув по пластинам бригантины, в плечо Дарела вонзился кинжал. Хлынула кровь, онемела рука, Дарел торопливо перехватил клинок в левую. Он не мог поверить, что попался на столь дешевый трюк – перевязь и рана были обманкой! Разорвав бинты, наружу выскользнула целая и невредимая рука с кинжалом.
Пользуясь его замешательством, Ган перешел в атаку. Правая конечность Дарела повисла плетью, по рукаву расползалось бурое пятно, Дарел едва успевал отмахиваться левой. Криво ухмыляясь, Ган непрерывно рубил и рубил. По его лицу катились крупные капли пота, он дышал тяжело, с хрипом, не было сомнений – он на пределе. Однако Дарел нутром чуял: Ган скорее падет замертво, но цели достигнет.
Совсем рядом торжествующе взревели бандиты, и Дарел ощутил, как на затылке приподнялись волосы. Такого не было уже давно. Даже находясь под гнетом магических заклятий, Дарел свято верил, что богомерзким магам его не одолеть. Но сейчас… Смерть дышала ему в спину. Не Ган, так остальные, но его добьют в любом случае. Дарела могло спасти только чудо.
И оно случилось. Громыхнула входная дверь и…
– Всем сложить оружие! – рявкнул с порога знакомый капитану голос.
Ган тотчас же отступил в сторону, окинул взглядом трактир, приглушенно ругнулся. Осторожно повернулся и Дарел. Повернулся в недоумении, все еще не веря, что костлявая на этот раз прошла стороной. Но слух его не подвел. У дверей, скрестив на груди руки, стоял Каспар Геллер, на лице играла ухмылка. Из-за его спины в харчевню один за другим неслышными тенями скользили воины. В темных плащах с высокими воротниками, в надвинутых на брови шляпах.
Последним вошел воин, не скрывавший лица. Без шляпы и плаща, в дешевом камзоле и легкой накидке. И без оружия. Но достаточно было взглянуть на его лицо, чтобы понять: этому не нужно оружие. Само пространство будто услужливо прогибалось перед ним.
– Бельджер, – прошипел кто-то рядом. – Живучая тварь!
Оглянувшись, Дарел обнаружил перекошенное от ярости лицо Гана. Брови Дарела поползли вверх. От выдержки и хладнокровия Гана не осталось и следа. Казалось, еще миг – и Ган сорвется с места, чтобы…
Он и впрямь сорвался с места. Но кинулся в толпу и, раздавая на ходу команды, стал пробираться к ближайшему окну. Тот же, кого он назвал Бельджером, склонился к Каспару и что-то тихо сказал на ухо. Каспар кивнул и вновь рявкнул:
– Повторяю
Бандиты медленно растекались по харчевне, разбрасывая стулья, занимая удобные позиции. Дарел прислонился спиной к опорному столбу, зажал рукой рану, тем не менее оружия не бросил. С рукава еще срывались тяжелые багровые капли, но кровотечение вроде бы остановилось. Кольцо оцепления бандиты сломали, так что самое время было улизнуть, однако Дарел едва держался на ногах. И то хорошо, что про него забыли. Бандиты. А вот «тайные»… Интуиция подсказывала, что Каспар пришел именно по его душу.
– Два!..
Разнеся вдребезги оконное стекло, Ган вывалился из трактира. И тотчас бандиты набросились на воинов ОСА.
«Три» Каспар договаривать не стал. Из-под темных плащей выметнулись короткие вороненые клинки, и харчевню огласили пронзительные вопли и вой раненых. Люди Каспара не сражались – ломали оружие, резали пальцы, руки, ноги. Несколько переодетых «тайных» обнаружилось среди самих бандитов – орудуя с тыла, они укладывали противников ударами в затылок или в висок.
Спустя несколько минут сражение окончилось, так толком и не начавшись. На ногах не осталось ни одного бандита. Кто-то валялся без сознания, кто-то вопил от боли, зажимая кровавые, болезненные, но неопасные раны.
Вороненые клинки исчезли в складках плащей, «тайные» рассеялись по трактиру, вытаскивая в зал всех, кто благоразумно попрятался: трактирщика, разносчиков, поваров. Несколько воинов обступили Дарела. Тот презрительно скривил губы.
Кольцо «тайных» разомкнулось, перед капитаном появился Каспар. Но Дарел взглянул на него мельком. Внимание неудержимо притягивал Бельджер, маячивший за спиной эмиссара. Дарел приглядывался с ревнивым интересом. Отмечал его манеру двигаться, изучал лицо, словно отлитое из металла, пытался понять – что этот человек в бою?.. И его странная привычка держать глаза почти закрытыми…
– Капитан Дарел Сот, вы арестованы, сдайте оружие и следуйте за мной, – объявил Каспар.
– Неужели все это представление только затем, чтобы засадить меня за решетку?
– Чего не сделаешь ради хорошего человека? – усмехнулся Каспар.
– Я польщен. Но за что я арестован, позвольте узнать?
– За что? Оглянитесь, сударь. – Каспар обвел рукой вокруг себя. – Это ведь вы взбаламутили в общем-то законопослушный народ. Пролили кровь, убийство, наконец…
– Ваши соглядатаи должны были видеть – трактирщик хотел убить меня. И эти ублюдки…
– Уж вы-то знаете закон, капитан. Жалоба в полицию, расследование, я уверен, трактирщик получил бы по заслугам. Конечно, – ухмыльнулся Каспар, – если бы вы и трактирщик принадлежали к дворянскому сословию, вы могли сойтись в поединке, но… – Он развел руками. – Вместо этого вы устроили безобразный самосуд. Скольких вы убили?
Дарел пожал плечами. Каспар обернулся к Бельджеру. Тот словно дремал стоя, но Дарел ничуть не сомневался – мимо него и муха незамеченной не пролетит.
– Бельдж, сколько?