Сердце ангела
Шрифт:
– Да, – кивнул Эрик. – Это… В карауле обычно пять человек. Остальные же… Инспектор из столицы. И охрана. Большой человек был.
– Надо же, – равнодушно буркнул маг. – А сердце как у всех.
– Так это ему?..
– Судя по выражению твоего лица, он не совсем чужой для тебя.
Эрик поморщился.
– Чужой не чужой… какая теперь разница?.. – Он отвернулся. – Думаю, нам лучше покинуть это место. Иначе я потеряю сознание от этой вони.
– Советую привыкать. Это полезно.
– Сюда скоро нагрянут войска! – сорвался
Берсень кивнул.
– Понимаю. – Он бегло огляделся. – Сейчас мы уберемся отсюда. Условия для прыжка просто превосходные.
– Я встал с левой ноги, если что, – проворчал Эрик.
Маг демонстративно оглядел его с ног до головы.
– Ты шутник, оказывается.
– У меня много достоинств, – брякнул Эрик.
Берсень подхватил его под руку, мир перед глазами Эрика размазался цветными пятнами, а через мгновение они уже стояли на крепостной стене замка. Эрик скосил глаза на флаги и почти не удивился, разглядев герб баронов фон Лабер.
Двор замка представлял собой не менее плачевное зрелище, чем окрестности Стены. Выгоревшие дотла деревянные постройки, покрытые копотью каменные стены донжона. И везде трупы – обугленные, изуродованные, искромсанные на куски.
Эрик отвернулся, ощущая, как наружу рвется завтрак.
– Проклятье… – простонал он. – Ну почему опять…
– Пошли вниз.
– Нам нужно убираться отсюда! – Эрик почти кричал.
– Да-да, обожди чуток.
Берсень сбежал вниз по лестнице, его взгляд зашарил среди тел, выискивая добычу побогаче. Следом, старательно смотря в небо, в стену, в общем – куда угодно, лишь бы не на погибших, спустился Эрик.
– Не думал, что буду испытывать жалость к барону Торвальду, – пробормотал он, еще сильнее прижимая платок к лицу.
– Ты был знаком с ним? – отозвался Берсень.
Он выгреб из очередного покойника горсть серебряных монет, довольно осклабился, взялся за следующего.
– Именно барон Торвальд упек меня в тот колодец в Аламаре.
– А было за что? Никогда бы не подумал, что такой миролюбивый человек, как ты, Эрик, способен вывести кого-то из себя.
Берсень подбросил в руке несколько медяков, презрительно скривился, однако ссыпал к себе в котомку.
– Барон был вздорным человеком. – Эрик вздохнул. – Упокой Господь его душу.
– Но причина-то была?
– Тебе какое дело, Берсон?.. – Эрик осекся. – Ох, Берс, прости…
Но маг был уже рядом, глаза его полыхнули поистине дьявольским огнем. Берсень сдавил горло Эрика, и тот захрипел, тщетно пытаясь глотнуть воздуха.
– Я же сказал тебе, придурок! – рявкнул он. – Я не Берсон тебе, и тем более никакой не Берс!
Он отшвырнул Эрика, и тот кубарем покатился по земле. Прикрыв глаза, Берсень глубоко вдохнул-выдохнул. Вспышка гнева удивила, пожалуй, и его самого. Возможно, все из-за того, что он не позавтракал?..
– Извини, я немного погорячился, – спокойным голосом сказал
Эрик медленно поднялся, растирая горло, полоснул мага острым как бритва взглядом, но смолчал. Да и что он мог сейчас сказать? Опять какую-нибудь глупость? Нет, он наберется терпения и подождет. Его час пробьет очень скоро. Когда они окажутся в Уормсе или еще в каком-нибудь городе, где есть полиция, Инквизиция, «серебряные»…
– Чтоб ты сдох! – Слова вырвались помимо его воли.
Берсень расхохотался.
– Из тебя, пожалуй, выйдет толк, дружище, – сообщил он. – Если чуток подучить.
– Себя подучи! – огрызнулся Эрик. Почуяв, что опасность миновала, он уже не мог остановиться. – А еще лучше подлечи! Ты больной на голову! Бешеная собака, вот ты кто!..
Маг хохотал до слез. Когда Эрик устал изрыгать ругательства, успокоился и Берсень. Утер слезы и, подойдя к Эрику, похлопал его по плечу:
– Молодец. Правда, могу прибить под горячую руку, но – молодец.
Странное дело, но похвала мага оказалась приятной Эрику. Настолько приятной, что он даже забыл сбросить его руку с плеча. А когда вспомнил, маг уже переключил внимание на мертвецов. Точнее, на их карманы.
Вздохнув, Эрик вновь прикрылся платком. Окинул рассеянным взглядом двор и остолбенел. У подножия одной из лестниц, привалившись к крепостной стене, в искромсанных доспехах и с иззубренным мечом на коленях сидел барон Торвальд. Окровавленный, с черным от копоти лицом, но – Эрик готов был биться об заклад – живой.
Еще не очень понимая, зачем он это делает – то ли добить, то ли помочь, Эрик медленно, шаг за шагом, стал приближаться к барону. Когда до него оставалось с десяток шагов, под ногами громко хрустнула каменная крошка, и Эрик затаил дыхание. Веки барона дрогнули, а затем взгляд его уперся точнехонько в Эрика. Лицо Торвальда исказила гримаса гнева.
– Твари! – прохрипел он. – Дьявольские отродья! – Рыча от ярости, барон поднялся и, вскинув меч, двинулся на Эрика. В глазах его плясал огонь безумия. – Уничтожу!
– Барон! Это я! – растерянно вскрикнул Эрик, отступая. – Очнитесь, барон! Это же я!
– Убью! – рычал Торвальд. – Ублюдки! Вы заплатите мне за все! За отца, за сестру!..
Его клинок со свистом разрезал воздух. Эрик бросился бежать, споткнулся и грохнулся на землю, раздирая ладони в кровь. Сверху упала грозная тень, раздался победный рев:
– Умри же, тварь!
Дальнейшее Эрик помнил смутно. Его тело стало как чужое. Как будто разом отнялись все мышцы. Но при этом он продолжал двигаться. И как!.. С невероятной ловкостью бросился барону под ноги, выхватил у того с пояса нож и всадил точно в сердце. Выронив меч, барон покачнулся и с неожиданной силой вцепился Эрику в горло. Эрик захрипел, ощущая, что грудь готова разорваться в клочья, отчаянно забился, но пальцы барона были как клещи. Смерть, похоже, оказалась слабее его жажды мести.