Сердце грозы
Шрифт:
Капитан взялся за кобуру.
И в этот момент на мосту появились две машины, ехавшие со стороны улицы Народного Ополчения: «БМВ» и джип «Инфинити», притёрлись к тротуару, остановились.
Из первой тяжело вылез Коренев, из второй двое парней в тёмно– серых костюмах. Коренев подошёл к машине Уварова, глядя на замерших капитанов.
– Что тут у вас происходит?
– Михал Михалыч! – приятно удивился Уваров. – Я просто ехал, они остановили…
– А вы кто такой? – осведомился толстый представитель власти.
Парни Коренева подошли ближе, явно готовые вмешаться
– Я заместитель директора Московской биржи, – сказал Коренев. – Этот человек мой друг. Насколько я знаю, он никогда не нарушает правила дорожного движения. – Михал Михалыч посмотрел на Уварова. – Сан Саныч, ты нарушал?
– Да ни боже мой, – честно сказал Уваров.
Капитаны снова переглянулись.
– Мы хотели проверить документы, – начал первый.
– А у вас есть основания? Или мне позвонить куда следует, выяснить, к какому ведомству вы относитесь?
Толстый капитан молча двинулся к «Туарегу», скрылся в кабине.
Его напарник помедлил, оценивающе глядя на охранников Коренева, повернулся и сел в джип.
«Туарег» сорвался с места, повернул на улицу Маршала Рыбалко, скрылся из глаз.
– Похоже, они ждали именно тебя, Сан Саныч, – хмыкнул Коренев, провожая джип глазами.
– Кто?
– И я хотел бы знать, кто.
Уваров почувствовал холодок под ложечкой.
– Я же ничего не сделал.
– Поменьше болтай, как ты там путешествуешь по космосу, – посоветовал Михал Михалыч. – Зайди завтра ко мне в контору, поговорим.
– Я уже Олегу обещал.
– Зайди сначала ко мне. – Коренев поманил одного из парней пальцем. – Серёжа, проводи математика. – Он сунул руку Уварову в боковое окошко. – Спокойной ночи, Сан Саныч.
«БМВ» Коренева развернулось в сторону Мневников, уехала. «Инфинити» остался.
– Мы поедем за вами, – сказал парень, которого Михал Михалыч назвал Серёжей.
Сбитый с толку Уваров завёл двигатель и повёл свою синюю «Ауди» домой.
Коренев посмотрел в зеркальце заднего вида, потрогал родинку в уголке губ; это был микрофон рации.
– «Фольксваген Туарег», номер У 111 АА 199.
– Поняли, перехватили, – ответили ему.
Он достал мобильник, набрал номер:
– Завтра он будет у меня.
– Вы уверены, что мы на правильном пути? – спросил его мужской голос.
– Непохоже, что он фантазирует. Да и конкуренты не стали бы заявлять о себе, не имея резона.
– Слишком уж грубо они работают.
– Может быть, торопятся, понимая, что и мы ищем хроника. Кстати, любопытно, что сам он назвал свою игровую матрицу психроникой.
– Действительно, интересно. Он не догадывается, что вы его ведёте?
– Возможно, задумается после сегодняшнего приключения, индивид он умный. Но завтра придёт ко мне, уверен.
– Не выпускайте его из виду.
Коренев спрятал мобильник в карман, кивнул.
«БМВ» поехала быстрее.
Планета была больше Земли и располагалась к своему не слишком яркому светилу ближе, отчего с поверхности оно выглядело исполинским розовым пузырём, окутанным лиловыми
Пейзаж был красив, но не природные ландшафты сейчас интересовали Уварова. Он «стоял» на вершине горы и смотрел на долину в горах с высоты трёх километров, жадно рассматривая причудливую вязь золотых куполов, соединённых сверкающими жилами чешуйчатых труб. Это были сооружения местной цивилизации, созданной разумными птицами (по крайней мере у них имелись крылья), и геометрически совершенный пейзаж был не менее красив, чем природный.
Звезда не вращалась вокруг ядра Млечного Пути, принадлежа рассеянному скоплению в двух миллиардах световых лет от Солнца. Но её цивилизация была почти сверстником человеческой, опережая её в развитии буквально на пару сотен лет. Уваров специально искал такую, современную и неугасающую, близкую человечеству хотя бы по времени, однако нашёл её слишком далеко от родной Галактики. Преодолеть бездну пространства размером в два миллиарда световых лет человек не мог. Надо было искать «родственников» поближе к Солнцу.
Уваров «выплыл» из странствия в собственную кровать, полежал немного, отдыхая, потом вдруг решил пошарить не в прошлом, а в будущем, готовый с лёгкостью отказаться от затеи, если поиск не удастся.
Мысль-воля оторвалась от тела, вылетела за пределы квартиры, дома, города, преодолела атмосферу, поднялась над Землёй и неощутимым сгустком понеслась к звёздам соседнего галактического витка – Рукава Персея. Пронизала его, затем проскочила Наружный Рукав, вышла за пределы Млечного Пути.
Несколько минут Уваров любовался волшебной панорамой Галактики, состоящей из нескольких спиральных рукавов, потом сосредоточился на прыжке в будущее.
Его снова объяла Великая Тьма.
Куда бы он ни повернулся, куда бы ни кинул взор, нигде не было видно былого звёздного великолепия. Его окружали пустота и темнота, мрак и молчаливое пространство, заполненное редкими скоплениями холодной пыли и тёмными шарами остывших планет и звёзд. Лишь где-то очень далеко, не определить – на каком расстоянии, мелькнул алый огонёк: это догорал один из последних красных карликов, переживший остальные звёзды.
К этому времени видимое глазом излучение рассеялось в пустоте, не в силах оживить небо, согреть планеты или придать погасшим галактикам хотя бы слабое сияние. Звёзды перестали светить, их эпоха закончилась. Началась эпоха распада материи, сохранившейся в редких коричневых карликах, нейтронных звёздах и чёрных дырах.
Возраст Вселенной к этому моменту достиг ста триллионов лет…
Уваров «нырнул» обратно в тело, ощущая головокружение, хватая воздух ртом как рыба, выброшенная на берег.
Он был ошеломлён. Причём не тем, что увидел приближающийся конец Вселенной, её медленное угасание, а тем, что ему вообще удалось заглянуть в будущее. Раньше о таких перспективах он даже не мечтал.
Уваров выбрался из спальни, стараясь не разбудить жену, напился на кухне холодного клюквенного морса, лёг снова и сосредоточился на странствии, имея цель поискать в будущем цивилизации, которые ещё только должны были сформироваться.