Сердце, молчи

Пик Лилиан

Да, теперь ясно, что помимо дружелюбия и отзывчивости, которые она уже испытала на себе в ходе их случайного знакомства, он обладает железной силой воли. Эта твердость духа, подобно высокой стене, ограждает его от посторонних, за исключением немногих счастливцев. Тех, кому удалось проникнуть ему в душу.

— Каков же ваш вердикт, учительница? — спросил он, чуть усмехаясь.

— Вы самый последний ученик в классе, Маккен-зи. Вам нельзя доверять, и невозможно понять, чего вы хотите. — Салли засмеялась, и странное напряжение, возникшее было между ними, сразу ослабело. Ее сердце,

казалось, перевернулось в груди; это непонятное и даже нелепое чувство охватывало ее всякий раз, когда он находился рядом. — Я... э... сообщу вам оценку в конце занятий, — пообещала она. — Но вы, если захотите, сможете взять реванш. Конечно, как писатель. — Она искоса бросила на него смелый взгляд. — Проанализируете мой характер, разложите его на части, а после соедините, чтобы он подошел к вашему сюжету.

— Ваш характер, моя дорогая, — он сделал несколько шагов ей навстречу, но по-прежнему держался в отдалении, — слишком сложен и непонятен, нечего и пытаться его разгадать.

— Вы боитесь, что от вас ускользнет какая-то деталь, когда вы попробуете вновь собрать меня воедино?

Он засмеялся.

— Вы действительно поняли это за два дня нашего знакомства? — продолжала допытываться Салли.

— Да, я понял, — загадочно отозвался он. — И тем не менее, — его взгляд задержался на ее запрокинутом лице, — мне отнюдь не все ясно. Кое-что заставляет меня предполагать...

Его глаза сузились, и Салли охватила паника. Вдруг он знает? Вдруг догадывается о ее желании стать журналисткой, одной из тех, кого он на дух не переносит? Вряд ли. Но если обнаружит это, что он скажет? А еще важнее — что сделает? Выгонит ее взашей?

Ей нечего опасаться, утешила себя Салли. Разве редактор «Стар энд джорнал» не отшил ее самым классическим способом? «Не звоните мне, я сам вам позвоню». Она посмотрела на чек. Он был выписан на солидную сумму, даже если перевести новозеландские доллары по привычному ей курсу.

— Спасибо вам за деньги, мистер Маккензи. Я...

— Макс.

Она вновь посмотрела на него, осознав, что в их отношения незаметно вкралась интимность.

— Макс, — прошептала она, обнаружив, что голос у нее сел от его чуть затуманенного взгляда. — Я... —

она облизала губы, — я куплю на них одежду, подходящую для секретаря знаменитого Макса Маккензи, который был так добр, что предложил мне чек.

— Впоследствии вы убедитесь, что не такой уж я добрый, — сказал он.

Салли улыбнулась.

— Пусть будет по-вашему, мистер Маккензи... простите — Макс.

— Так и будет, мисс Дирлав. — Он рассмеялся. — Простите — Салли. — Взглянув на часы, он заторопился. — У нас остается час до приема. — Теперь ей стал понятен его официальный вид. — Присоединяйтесь ко мне... ну, где-нибудь через полчаса, когда мы начнем пить и есть.

Она посмотрела на свой рюкзак, который по-прежнему лежал нераспакованным.

— Боюсь, мой костюм не соответствует вашему стилю, — посетовала она. — Во всяком случае, сейчас, пока я еще не побывала в магазинах.

В ответ на ее слова он лишь махнул рукой.

Когда Салли спустилась, оглядываясь в поисках Макса, первой ей попалась на глаза Кери Окиру. Девушка

сидела на диванчике рядом с Маккензи. Ее глаза сверкали, она веселилась над его шутками. Когда Салли подошла к ним, Макс встал, и Кери тоже приподнялась, жестом приглашая занять ее место.

— Нет, спасибо, — смутилась Салли. — Я просто...

— Как бы то ни было, мне пора, — заключила Кери. — Макс, я так расстроена, что мой отъезд совпал с вашим визитом! Однако план вашего пребывания готов, и я уверена, что с помощью Салли у вас все пройдет отлично.

Они пожали друг другу руки, и Кери на прощание поцеловала его в щеку. Он сделал то же самое. Кери улыбнулась:

— Если бы я не спешила, то продемонстрировала бы традиционный маорийский жест общения — соприкосновение носами — специально для Салли. Всего хорошего.

— Люди типа Кери, — проговорила Салли через минуту, взяв в руку бокал, — оставляют в душе теплое чувство. Вы, кажется, и прежде виделись?

— Неоднократно. Она и раньше всегда встречала меня в аэропорту. — Он допил свой бокал и передал Салли меню. — Я здесь родился.

— Значит, вы новозеландец? Ни за что бы не догадалась. Но теперь, когда вы мне сказали, я могу уловить в вашем произношении чуть заметный акцент.

Макс засмеялся.

— Выходит, мой акцент так и не пропал за годы жизни в Англии?

— К счастью, нет, — ответила Салли и, робко улыбнувшись, добавила: — Мне он нравится. — Она осмотрелась по сторонам, потом окинула беглым взглядом свою скромную белую блузку и цветастую юбку. — Счастье еще, что мне удалось это отыскать, а здесь не надо одеваться строго по этикету.

— Это верно. — Макс пересел поближе к углу диванчика, откинулся и поглядел вниз на ее ноги в сандалиях. — Не знаю, случайно вы это выбрали или нет, но, по-моему, вам очень идет.

Могу поручиться, подумала Салли, что ваша бывшая невеста — кажется, Дерек Уинтертон назвал мне ее имя: Фрэнсин-как-то-там, — одевалась по последней моде. И также могу поручиться, добавила она про себя, что вы любили ее, а вслух произнесла:

— Спасибо, вы меня приободрили.

— Завтрашний день свободен, — сообщил он ей после обеда, — так что у вас есть возможность освоиться со сменой часовых поясов. — Он достал план мероприятий из кармана пиджака. — Через день раздача автографов в главном книжном магазине города, затем встреча с фанатами, а после ряд переговоров. Потом, в конце недели, уедем из Окленда. Машина уже заказана, я сам ее поведу. — Он спрятал расписание в карман. — У вас хватит времени все осмотреть.

— Да, пожалуй. — Салли сжала руки. Лицо у нее раскраснелось, она непроизвольно зевнула, и ее глаза заслезились от утомления. — Макс, извините, мне так стыдно...

Он встал.

— Смена времени дает о себе знать. Я провожу вас в номер.

Он взял в регистратуре ее ключ, отпер дверь и придержал плечом, чтобы она не захлопнулась от порыва ветра.

— До завтра, Макс. — Салли нерешительно поглядела на него. — Можно мне побродить по городу и купить себе платье или даже два?

— Делайте все, что хотите, — разрешил он. — Наверное, вы не любите, чтобы во время покупок вас сопровождал мужчина?