Сердце пирата
Шрифт:
Капитан Крокс поправил висевший у него на поясе мешочек с рубиноглазами и рассек кинжалом перегораживающую проход толстую завесу перепутанных нитей, напоминающих паутину.
– У нас еще около семи часов, – сказал он.
– Как бы не так, – заметил попугай. – Зная Грохотуна, я бы сказал, что у нас нет и двух часов. Удивительно, как это он не взорвал «Странник» до сих пор.
– Должно быть, заблудился в лабиринтах, – усмехнулся Крокс. – Взорвать планету – этого приказа он ждал всю жизнь! И где он только научился тупой
«Яблочко от яблоньки недалеко падает», – подумал Андрей.
Капитан мысли читать не мог и шел не оглядываясь, а вот Самтытакой невесело улыбнулся и помахал мальчику нижней левой ручкой.
Грохотун и в самом деле едва не заблудился в лабиринтах, но, к счастью для себя или к несчастью для остальных, вовремя вспомнил план пещер, который он видел на камне. Хотя план был давно разбит, он запечатлелся в фотографической памяти робота.
И теперь, бубня себе что-то под нос, Грохотун с каждым шагом приближался к выходу из подземных лабиринтов. По его подсчетам, не позднее чем через час он должен оказаться на поверхности, открыть люк «Странника», подняться на лифте в навигационную рубку и набрать на дисплее необходимую комбинацию цифр.
В его однозначном воображении планета исчезала в яркой вспышке, а взрыв приводил к смещению орбит всех остальных планет этой системы. Одна из них, сместив траекторию, врезалась в краснеющее светило. Начинался ряд столкновений, и цепочка невиданных по силе «бум!» и «ба-бах!» – это в мечтах Грохотуна закончилось бы тем, что на месте планетарной системы Х-3423 расплылось бы гигантское пятно взрыва.
Впрочем, Деметра и Земля были так далеко, что прошел бы не один год, прежде чем взрыв был бы замечен в телескопах на этих планетах. Да и вряд ли этому взрыву особенно бы удивились: в необъятном и неизмеримом пространстве Вселенной ежегодно гибнет не одна звезда.
Грохотун в предвкушении своего звездного часа торопливо шагал по коридорам лабиринта, равнодушно расплющивая тяжелыми ступнями скользких зубастых храпунов, выползающих на поверхность, как черви после проливного дождя.
– Два-три-семь-восемь-семь-четыре-девять. С интервалом в две секунды после двух первых, – бормотал Грохотун. Он повторял код уничтожения, проверяя, не забыл ли его. Но этого не могло случиться, так как код надежно хранился в информационном контейнере, скрытом у Грохотуна в самом надежном и хорошо защищенном месте его корпуса.
Но вот ход оборвался и возникли ступени, ведущие на поверхность. От того, кто доберется к компьютеру звездолета первым, зависело очень многое. Это были гонки ценою в жизнь.
Глава 25
СХВАТКА
Время неумолимо торопило стрелки часов. Путешественники поднимались по ступеням, но выхода на поверхность все еще не было. У Андрея и Лависсы ноги буквально отваливались от бесконечного подъема, но ни о какой передышке не могло быть и речи. Минута
– В чем дело? Неужели мы так глубоко? – ворчал попугай на копачей. – Признавайтесь, куда вы нас завели?
В слабом свете гнилушки мелькали ступени.
– Эта шахта ведет на поверхность кратчайшим путем, – объяснил Хочуспать. – Если иногда она и петляет, то потому, что скальные породы слишком твердые. Пришлось копать в обход.
Неожиданно вверху блеснуло едва различимое пятнышко синеватого света.
– Ура! – закричал Андрей. – Кажется, мы выбрались!
Но мальчик с удивлением заметил, что радуется он один.
– Выбрались, да не совсем, – пробормотал Баюн.
Андрей посмотрел под ноги и все понял. Ступеньки закончились, а наверх, к звездной ночи, вел узкий, совершенно отвесный тоннель со скользкими стенами.
Друзья огляделись. Они стояли на небольшой круглой площадке, под ногами у них что-то потрескивало. Баюн осветил пол фонариком: он был буквально усыпан костями. Именно они и потрескивали. Костей было множество, самых разных – больших и маленьких, толстых и тонких. Здесь валялись и оскаленные большие черепа, и мелкие косточки каких-то неизвестных животных, вероятно попавших в осклизлый колодец, но так и не выбравшихся наружу по отвесной скользкой стене.
Все оказавшиеся в шахте погибали ужасной смертью от голода и жажды. Выхода у них не было. Наверх не выберешься: высоко и скользко, да и нечем и не за что зацепиться. Конечно, можно спуститься по ступенькам вниз, но там тупик и огненное море раскаленной лавы.
Капитан, копачи и робот попытались подпрыгнуть, чтобы уцепиться руками за стенки шахты и выбраться на поверхность, но каждый раз соскальзывали вниз.
– Из огня да в полымя, – вспомнила Лависса слова Баюна. – Мы умрем от голода.
– Это вряд ли! – утешил всех Крокс. – Думаю, проголодаться мы не успеем.
– А если попугаю слетать и принести нам веревку? – предложил Андрей.
– Допустим, я так и сделаю, – сказал попугай. – Но где я возьму такую длинную веревку? Не думаю, что наверху они валяются на каждом шагу. Впрочем, я полетел. Пока! Надеюсь, еще встретимся!
Он поднялся с плеча Крокса и, кружась в узкой шахте, полетел к выходу.
Птица исчезла, а те, кто не умел летать, остались ждать внизу.
– Все-таки, что ни говори, – решил Андрей, – а будущее принадлежит крылатым существам. У них и возможностей больше, и в пространстве они перемещаются не в двух измерениях, а в трех.
– Глупости, – хмыкнул Крокс. – Подумать только, наши судьбы зависят от какой-то бестолковой птицы и тупого робота! Чтоб этот Грохотун развалился на части!
– Так вот, оказывается, капитан, что вы обо мне думаете! Обо мне, самой совершенной модели! – неожиданно прозвучал знакомый бас. Наверху, в круглом отверстии, появилась рогатая голова.