Сердцеед
Шрифт:
Но ничего из того, что я могу сказать, не изменит моих планов, пока я сажусь в такси. Я чувствую себя на конце резинки, натянутой до предела, и теперь я лечу, не зная, где приземлюсь.
Я просто хочу его увидеть.
Я говорю себе, что это все, чего я хочу.
Я не пьяна.
Я полностью владею своими чувствами, но, в то же время, потеряла над ними контроль.
С заднего сидения такси я всматриваюсь в мелькающие высотки, блестящие окна, оживленные улицы, а затем (почувствовав уже хорошо знакомый узел внутри, связанный со всем, что касается Сента), появляется роскошная высотка, где, предположительно, живет Сент, пока в его более крутой квартире ремонт.
Под тревожный
— Привет, — я приближаюсь к консьержу, размышляя, что сделает Сент, когда увидит меня здесь. — Рейчел Ливингстон к мистеру Сенту. Он меня не ожидает.
Заверив меня, что нет причин для беспокойства, он тут же набирает номер.
Судя по тому, как быстро он сориентировался, я предполагаю, что подобное случается часто.
Известив о моем приходе, он объясняет: «Прошу вас, прямо на верхний этаж». Мужчина из обслуживающего персонала в лифте вставляет ключ (думаю, чтобы открыть доступ лифту на верхний этаж), после чего выходит из кабины, отправляя меня наверх.
Так-так, что же я делаю?
Прошу, боже, сделай так, чтобы там не было одной из его фанаток...
Или пускай он будет с фанаткой, чтобы я могла просто вернуться домой и забыть, что вообще хотела этого...
Или, если это слишком плохая идея, позволь лифту застрять здесь, пока ко мне не вернется способность ясно мыслить, и я больше не вернусь сюда, после пережитого страха и клаустрофобии...
Когда двери лифта распахиваются прямо в его квартиру, я слышу музыку. Черт, нет, я передумала.
Мне, наверное, стоило бы вернуться, но я чувствую, как меня охватывает чудовищная ревность. Я не ухожу. Вместо этого я заставляю свои ноги передвигаться. Оказавшись в не обременённой лишними деталями, и все же роскошной, словно дворец, квартире, я будто попадаю в другой мир.
Его пиджак лежит на спинке длинного современного г-образного дивана. Я пытаюсь вспомнить мелодию, играющую фоном. Классика, я слышала ее раньше. Кажется, Шопен. Один пустой бокал из-под вина стоит на кофейном столике. Интересно, может у него гости. Возможно, Рейчел, бог услышал твои молитвы, и он там не один. Возможно, у него секс втроем, а консьерж решил, что ты станешь четвертой. По какой-то причине эта мысль причиняет острую боль, и прямо сейчас мне хочется заплакать. На мне милое черное платье, но по лицу видно, что я рыдала, а это не лучшая комбинация. Не так ли? Не для соблазнения плейбоя. Я всерьез задумываюсь, а не уйти ли, когда он выходит из холла, застегивая белую рубашку. Святой боже. Он так красив. Он кажется рассеянным, волосы взъерошены. Он босой... и такой сексуальный. Наконец, я замечаю ноутбук на кофейном столике рядом с бокалом. Он работал?
Да.
— Рейчел, что-то случилось? — он изучает меня с головы до ног.
Теперь, находясь здесь, я чувствую себя более, чем уязвимой. Я оделась так, чтобы соблазнить мужчину, этого мужчину. Этого мужчину, от которого у меня все трепещет и сжимается, и колотится сердце.
— Ты один? Я помешала? — я безумно нервничаю. Безумно хочу его коснуться. Поцеловать.
Он смотрит, прищурившись.
— Что случилось?
— Вечером одна из моих соседок по дому умерла, — я обхватываю себя руками, продрогнув до костей. — Она в разводе. Жила с собакой и кошкой, была такой милой. Ну, знаешь, одинокой. Милой и одинокой.
Сент проводит рукой по волосам, жест, выдающий, что он обеспокоен, после чего
— Мне жаль. Иди ко мне.
Боже, я хочу оказаться в его объятиях. Один, два, три, четыре, пять шагов спустя, я оказываюсь в его объятиях, обнимаю его за талию, пока он притягивает меня ближе, прижимая щекой к своей груди, и положив ладонь мне на затылок.
О, боже. Как давно я стала такой? Девчонкой, нуждающейся в том, чтобы парень, о котором она не может перестать думать, нянчился с ней. Все те разы, когда я видела, как Уинн обнимали ее отец, ее парни, я правда желала чего-то такого. Но я и представить не могла, как сильно желала этого, пока не ощутила его руку, утешительно поглаживающую меня вверх и вниз по спине. Недавно он уже обнимал меня так, когда был в моей квартире. Но тогда я была слишком напугана, не наслаждалась этим до нынешнего момента.
Я утыкаюсь носом ему в грудь, он невероятно приятно пахнет.
— Мне жаль, — шепчет он хрипло мне на ухо.
Сент кладет ладони по обе стороны от моего лица и выглядит искренне сочувствующим, в его глазах нежность и напор. И что-то происходит, когда он целует меня в уголок рта. Таким невинным поцелуем. Поцелуем, который говорит «хочу, чтобы тебе стало лучше», «мне жаль», «я рядом». В первый момент мое тело находится в режиме ожидания, а в следующий уже включается на полную мощность, распознав эти восхитительно нежные, легкие, словно перышко, поцелуи, которые только он может мне подарить. Внутри меня все сжимается от нервов, и все исчезает, кроме ощущения колотящегося сердца и пульса, барабанящего в ушах. Это невероятное, потрясающее чувство, когда в один момент все тусклое, а в следующий — яркое и насыщенное. Секунду назад я была напугана, а теперь будто способна на все. Кричать. Прыгать. Поцеловать его.
— Ты все еще хочешь заняться со мной сексом? — шепчу я, схватившись за его футболку.
Сент хмурится.
— Прямо сейчас? Ты, должно быть, шутишь, — бормочет он.
Стиснув зубы, я хватаю стильную замшевую подушку с дивана и бью его по руке, пока он пятится назад.
— Так хочешь или нет? — кричу я.
С непроницаемым выражением лица он подходит к пульту в углу квартиры и вводит какой-то код. После чего набирает на беспроводном телефоне две цифры и шепчет: «Никаких посетителей».
Он вешает трубку и, преисполненный решительности, шагает обратно ко мне.
— Я может и сволочь, Рейчел, но не настолько, чтобы воспользоваться твоей слабостью этим вечером.
— Никакого использования, никакой слабости. Я в порядке, правда.
— Нет, это не так. Взгляни на себя. Взгляни на свое лицо, Рейчел. Если бы только ты видела то, что вижу я, то секс был бы последним, о чем бы ты подумала, — усмехнувшись и тихонько выругавшись, он обнимает меня, поворачивая меня так, чтобы я посмотрела на него. Наши носы соприкасаются, и я задыхаюсь от того, как близко находятся его губы.
— Сент, — шепчу я, ухватившись за его подбородок. — Прошу.
— Скажи, зачем ты сегодня пришла.
— Ты знаешь, зачем.
— Ради секса? — спрашивает он хрипло, поглаживая пальцем мою щеку.
Сглотнув, я прячу лицо у него на груди.
— Почему ты не сделал что-нибудь? — спрашиваю я, всхлипывая.
В его объятиях потрясающе хорошо.
— В этом городе ты подобен богу, — шепчу я. — Столько людей просыпаются однажды утром, чтобы узнать, что их жизни навсегда изменились, что отныне они будут жить, пытаясь заполнить эту пустоту... А в твоих руках такая власть — ты можешь что-то с этим сделать. Рассказать об этом. Привлечь к этому внимание общественности.