Сердцеедка
Шрифт:
– Джиллиан, давай пока выпьем, – тихонько предложил Ричард. В глазах у него плясали веселые искорки. – Ужин явно в надежных руках.
– Шикарно! – сообщила Зара, положив трубку. – Меню сейчас пришлют. Хотите, я закажу на всех?
– Я тебе помогу, – сказал Энтони. – Пап, дай нам ключ от кабинета? Нужно принять факс.
– Можно, я выберу за всех? – спросила Зара.
– Прошу!
Ричард вручил Энтони ключ и проводил взглядом их с Зарой.
– А я-то беспокоился, что Зара ничего не ест, – заметил он, когда она уже
Он встал, зашел в кладовку и вернулся с бутылкой вина.
– Все-таки мне совестно, Джиллиан. Я имею в виду – насчет Флер. Не похоже на нее – подводить людей.
– Да, – кивнула Джиллиан. – Должно быть, случилось что-нибудь непредвиденное, и она задержалась.
– Надеюсь, у нее все в порядке, – нахмурился Ричард, подавая Джиллиан бокал вина. – Позвоню-ка я в клуб – вдруг она решила поплавать?
– Позвони, конечно. – Джиллиан набрала в грудь побольше воздуху. – И не нужно извиняться. В конце концов, что такое ужин? Всего-навсего еда.
– Ну, все-таки…
– Знаю, я слишком серьезно к этому отношусь. – Джиллиан прикусила губу. – Как там говорит Энтони? Напрягаюсь по пустякам. – Она вздохнула. – Это мне надо бы извиниться.
– Не говори глупостей! – возмутился Ричард. – Господи, Джиллиан…
Она не слушала.
– Мне кажется, я понемногу меняюсь. – Она откинулась на спинку стула, поднесла к губам бокал и взглянула поверх него на Ричарда. – Это Флер меня изменила.
Ричард героически рассмеялся.
– Изменить нашу замечательную Джиллиан? Ни за что на свете!
– Ричард! – В голосе Джиллиан прозвучал неподдельный гнев. – Прошу, без фальшивой вежливости, скажи: я действительно начала меняться к лучшему? – Она сделала большой глоток. – Я знаю, мы с тобой обычно не разговариваем так… так…
Ричард вдруг посерьезнел.
– Так откровенно.
– Вот-вот. Откровенно. Но ты ведь не хуже меня понимаешь, что с появлением Флер изменилось очень многое. В ней есть что-то такое…
Джиллиан замолчала.
– Да, – согласился Ричард. – Есть.
– Флер относится ко мне лучше, чем родная моя сестра, – промолвила Джиллиан чуть дрожащим голосом.
Ричард широко раскрыл глаза.
– Эмили?
– Я любила Эмили, и все же… Она порой бы вала равнодушной и очень недоброй. – Джиллиан посмотрела Ричарду прямо в лицо. Ее голубые глаза блестели. – Может, и не стоит теперь говорить, но это правда. Эмили была со мной не доброй. А Флер ко мне добра. Только и всего.
Флер вернулась в «Клены» и сразу поднялась к себе. Теперь она сидела перед зеркалом и разглядывала свое отражение в черной шляпке с вуалью. Так она просидела полчаса, не шевелясь, дожидаясь, пока отступит непривычное чувство тревоги. Однако напряжение не отпускало, внутренности скрутились тугим узлом, нахмуренный лоб не хотел разглаживаться, а в ушах все еще звучал сердитый голос Джонни, назойливый,
«Почему ты не желаешь встретиться лицом к лицу со своим прошлым? Сколько можно убегать?».
Никогда еще Джонни не говорил с ней так сурово и неуступчиво.
– А что, по-твоему, я должна сделать? Пригласить его в гости? – Флер попыталась перевести все в шутку. – Познакомить с Ричардом? Джонни, подумай серьезно!
– Ты должна, по крайней мере, признать, что он существует, – ответил Джонни. – Можешь встретиться с ним в Лондоне.
– Не могу! У меня нет на это времени.
– Ах у тебя нет времени… – ядовито повторил Джонни. – Что ж, может быть, у Зары найдется время.
– Ей нельзя встречаться с отцом! Она… она не готова.
– И кто ее подготовит, уж не ты ли?
Наступило молчание.
– Ладно, Флер, делай, как хочешь, – сказал, наконец, Джонни. – Дай мне знать, когда Зара будет готова встретиться с отцом, а я постараюсь его сдерживать до этого времени. Но больше я ничего не буду делать.
– Джонни, ты просто лапочка…
– Не буду сообщать тебе о похоронах, добывать приглашения. И не рассчитывай на нашу гостевую комнату.
– Джонни!
– Я тобой недоволен, Флер.
Пока она смотрела на мобильник, не веря своим ушам, Джонни отключился. В животе у Флер возник ледяной ком отчаяния. Все вдруг пошло вкривь и вкось. Ричард не желает ей давать золотую кредитку, Джонни сердится, Хэл Уинтерс ее разыскивает…
Хэл Уинтерс. Одно это имя выводило ее из себя. Достаточно уже он отравил ей жизнь и вот опять появился откуда ни возьмись и угрожает все разрушить, настраивает против нее друзей. Уже настроил против нее Джонни. Флер пронзил страх. Если она потеряет Джонни, кто тогда останется?
Раньше Флер никогда не задумывалась о том, насколько она зависит от Джонни и Феликса. Двадцать лет квартира Джонни была в ее распоряжении. Двадцать лет она безоговорочно доверяла ему, сплетничала с ним, ходила с ним по магазинам. Вроде бы пустяки; спроси ее кто-нибудь – Флер сказала бы, что у них легкие приятельские отношения. И вот сейчас, когда эти отношения оказались под угрозой, Флер вдруг поняла, как много они для нее значат. У них и споров-то не возникало, разве что какую обивку выбрать для дивана. Джонни часто ее отчитывал, но всегда в шутку. А на этот раз он говорил серьезно. И все из-за типа по имени Хэл Уинтерс.
Флер сердито взглянула в зеркало. Утонченная, изысканная, она достойна быть женой посланника, даже принца. А что такое Хэл Уинтерс? Торговец фармацевтической продукцией из города Скоттсдейла, штат Аризона. Ничтожный аптекарь, который четырнадцать лет назад торопливо совокупился с ней на заднем сиденье своего «шевроле», после чего старательно пригладил волосы, чтобы мамочка ничего не заподозрила. Умолял ее держаться подальше на людях и, ради всего святого, не выражаться в присутствии его родни.