Серп
Шрифт:
— Мне вдруг страшно захотелось хазенфеффера [10] , — сказала Кюри. — Думаю, тебе понравится.
— Я даже не знаю, что это за хазенфеффер такой.
— И лучше тебе не знать.
Серп Кюри уселась за стол, пригласив Цитру последовать своему примеру. Но та пока еще не была готова. Ей казалось, что это какая-то ловушка.
Серп Кюри погрузила ложку в густой соус, но остановилась, увидев, что Цитра по-прежнему стоит.
— Тебе что, нужно официальное приглашение?
10
Хазенфеффер —
Цитра не могла понять — Кюри сердится или веселится.
— Я подмастерье, — сказала девушка. — С чего бы это вам готовить для меня?
— А я и не готовила для тебя. Я готовила для себя. Просто твой урчащий желудок случайно оказался поблизости.
Наконец, Цитра села за стол и попробовала жаркое. Вкусно! Немного с душком, как и положено дичи, но очень, очень даже неплохо. Сладость морковки, глазированной медом, перебивала душок.
— Жизнь серпа стала бы просто невыносимой, если бы мы не позволяли себе маленькие удовольствия — хобби, например. У меня это готовка.
— Очень вкусно, — признала Цитра. И добавила: — Спасибо.
За едой они почти не разговаривали. Цитре было неловко, что она не прислуживает за столом, поэтому девушка встала, чтобы долить воды в стакан Кюри. У серпа Фарадея не было хобби — во всяком случае такого, которое он разделил бы с Цитрой и Роуэном.
При мысли о Роуэне ее рука дрогнула, и немного воды пролилось на стол.
— Ох, простите, серп Кюри! — Цитра схватила свою салфетку и принялась осушать пятно, пока то не растеклось.
— Тебе понадобится рука потверже, если ты собираешься стать серпом.
И опять Цитра не могла понять, говорит ее наставница серьезно или ехидничает. Истолковать поведение этой женщины было еще труднее, чем повадки Фарадея, к тому же умение разбираться в людях вообще никогда не было сильной стороной Цитры. Конечно, она не замечала этого своего недостатка, пока не провела некоторое время с Роуэном. Вот кто оказался настоящим мастером наблюдения! Причем незаметным, ненавязчивым. Цитра вынуждена была напомнить себе, что у нее зато есть другие достоинства: скорость и решительность действий. Отличная координация. Все это сыграет свою роль, если она собирается…
Она не стала додумывать мысль до конца. Просто не позволила себе это. Территория, на которую вела эта мысль, была слишком ужасна.
Утром серп Кюри приготовила оладьи с черникой. После завтрака Кюри и Цитра отправились на прополку.
В то время как серп Фарадей всегда добирался до намеченного места на общественном транспорте (что давало ему возможность в пути просмотреть заметки по избранному объекту), серп Кюри пользовалась старинным спортивным автомобилем, вождение которого требовало значительного мастерства, особенно на извилистой горной дороге.
— Этот «порше» — подарок одного автодилера, торгующего антикварными машинами, — объяснила Цитре серп Кюри.
— Он хотел получить
— Нисколько. Я тогда только что выполола его отца, так что иммунитет у него уже был.
— Подождите, — опешила Цитра, — вы выпололи его отца, а он подарил вам автомобиль?
— Да.
— Значит, он ненавидел своего отца?
— Нет, он его очень любил.
— Похоже, я чего-то не понимаю.
Перед ними теперь расстилалась прямая дорога. Серп Кюри переключилась на высокую передачу, и они поехали быстрее.
— Он оценил утешение, которое я дала ему после прополки, — проговорила Кюри. — Истинное утешение ценится на вес золота.
И все равно до Цитры пока не доходило. Дошло лишь позже, когда наступил вечер.
Они ехали в город, находящийся за сотни миль от «Дома над водопадом», и прибыли туда в середине дня.
— Некоторые серпы предпочитают большие города; я предпочитаю городки поменьше, — сказала серп Кюри. — Такие, которые, возможно, целый год не видали прополки.
— А кого мы будем выпалывать? — спросила Цитра. Они как раз искали место для парковки — одно из неудобств пользования несовременным видом транспорта.
— Узнаешь, когда придет время.
Они припарковались на главной улице, затем пошли — неторопливо, как на прогулке, — по этой же улице, деловой, но не суетливой. Спокойная походка серпа Кюри неизвестно почему вселяла в Цитру тревогу. Затем ей пришло в голову, что, когда они ходили на прополку с серпом Фарадеем, в центре его внимания всегда был пункт назначения, и этим пунктом было не место, а личность. Объект. Человек, которого необходимо выполоть. При всем ужасе происходящего, такое поведение придавало Цитре уверенности. С серпом Фарадеем они всегда знали, когда наступит конец их мучениям. С серпом Кюри было иначе — по ее манере вообще нельзя было определить, планировала она все заранее или нет. И для этого была причина.
— Учись наблюдательности, — сказала ей Кюри.
— Если вам нужен наблюдательный ученик, вам стоило выбрать Роуэна.
Серп Кюри не обратила внимания на ее слова.
— Смотри на людей, на их лица, заглядывай им в глаза, наблюдай за походкой.
— И что я должна во всем этом искать?
— Чувство, что они живут слишком долго. Готовность к… завершению. И не важно, сознают они это сами или нет.
— Я думала, что дискриминация по возрасту не разрешается.
— Дело не в возрасте. Дело в стагнации. Некоторые люди тонут в болоте застоя еще до того, как завернут за свой первый угол. А другим для этого могут потребоваться многие сотни лет.
Цитра наблюдала за снующими вокруг прохожими — все они избегали встречаться взглядом с серпом и ее ученицей и старались как можно скорее и как можно незаметнее убраться подальше. Вот из кафе вышла пара; вон там бизнесмен — разговаривает по телефону; какая-то женщина двинулась было через улицу на красный свет, но тут же вернулась на тротуар, в страхе, что ее выполют за нарушение правил уличного движения…