Сеть

Панченко Сергей Анатольевич

В основном здесь были книги по нейробиологии и программированию. Два направления, которые скоро должны были превратиться в одно. Нейропрограммирование, первым подопытным кроликом которого она и является. Полина прочитывала любую страницу на выбор, запоминала ее, а потом старалась воспроизвести из памяти. Это было просто, произносить вслух послушно подаваемый улучшенной программой памятью, прочитанный текст. Хорошо бы еще и понимать его. Для этого надо было начинать изучать программирование с самых азов.

Полина услышала шаги перед самым открытием

двери. Ионас и второй здоровяк вышли на балкон.

– С тобой хотят поговорить.
– Произнес Ионас.

В руках у него были наручники.

– А можно без них?
– Полина кивнула на наручники.
– У меня руки затекают.

– Нет!

– Надолго?

– Не знаю!

Полина сунула в рот несколько оливок и кусок хамона. Неизвестно, когда ей придется перекусить в следующий раз. Демонстративно вытянула руки и подошла к охраннику. Наручники вжикнули и затянулись. Полину снова взяли под локоть и повели.

– Отпусти, я помню дорогу.

Ионас согласился. Он встал позади нее, а второй охранник впереди. Как в кортеже ее проводили через зал, где работал профессор. Тот только ободряюще махнул ей. Снова мешок на голову и повороты, которые Полина помнила. Затем лифт, еще повороты и наконец, свет. Полину провели по белой мраморной лестнице к причалу, возле которого, покачиваясь на волнах, стоял белоснежный катер. Сердце екнуло надеждой, что ее отвезут обратно, но аналитическая программа снизила этот шанс до нуля. Вариант с тем, что ее пустят на корм рыбам, был более вероятен.

Полина перепрыгнула с причала на шаткий борт катера. Ее провели к носу катера, на котором стояли поднятые в сидячее положение лежаки. Палубу окаймляли низкие перила из хромированной стали. В трюм катера вела лестница, отделанная натуральным деревом. Из него показался Филиппос. Одет он был в синие штаны и тельняшку, на голове фуражка с кокардой в виде штурвала. В этом одеянии он походил на картинного капитана корабля или боцмана. Борода подчеркивала это сходство.

– Привет! Добро пожаловать на борт!
– Филиппос увидел Полину.
– Ходила на катере?

– Только на моторке, по Волге.
– Призналась Полина.

– Морской болезнью не страдаешь?

– Нет, я не тошнотик. Вы меня не развяжете?

Филиппос усмехнулся. Он положил свою руку поверх Полининых, держащихся за перила, и пристально посмотрел в глаза. Полина постаралась выдержать его взгляд, но не смогла.

– Еще не время. Мы не знаем точно, кто ты, ты не знаешь, кто мы. Я предлагаю тебе совершить прогулку, поближе узнать друг друга, чтобы между нами появилось доверие. Ты готова?

– У меня ест выбор?

– Выбор всегда есть, но добровольный союзник всегда надежнее, чем помогающий по принуждению.

Полина поняла, что ей предлагают стать под их знамена добровольно. Пока.

– Поехали.

Филиппос взял Полину за руки и провел по лестнице вниз. В трюме было роскошно. Красное дерево и кожа. Вдоль бортов по длинному иллюминатору, сквозь стекла которых

можно было наюлюдать подводную жизнь моря. Ионас и его коллега остались снаружи, сразу за дверью. Где-то в недрах катера едва уловимо зажужжал электромотор. Тяга заставила Полину вцепиться в полированные ручки дивана. Вода в иллюминаторах забурлила. Филиппос, казалось, не обращал внимания на движение. Он открыл дверку бара и вынул оттуда бутылку шампанского. Поставил на стол два бокала, которые примагнитились к его поверхности. Хлопнул пробкой и разлил шампанское по бокалам.

– Здесь не Сеть, тебе можно.
– Ответил на вопросительный взгляд Полины Филиппос.

– Я не хочу.
– Призналась Полина.

Ей было совсем не до алкоголя. Внутри нее дрожала душа, а снаружи коленки.

– Как знаешь.

Филиппос достал еще один бокал.

– У меня есть апельсиновый сок, виноградный, персиковый. Какой будешь?

– Апельсиновый.

Филиппос налил ей свежевыжатого сока, вставил в него трубочку.

– Угощайся.

– Спасибо.
– Полина взяла в руки холодный бокал и пригубила немного. Хозяин катера сделал несколько крупных глотков шампанского. Он ухмыльнулся. Вид зажатой Полины его забавлял.

– Для девушки с необычными способностями ты выглядишь слишком нерешительно.

– Я все та же, Громова Полина, и веду себя естественно в необычной ситуации. Она меня угнетает. Все что я хочу, это вернуться домой, к маме и папе. Отпустите меня.

– Полина, чтобы не вести бесполезных разговоров и не тратить время впустую, предлагаю разговаривать только о конструктивном сотрудничестве. Разговоров о маме и папе не надо. Ты уже большая девочка, чтобы не зависеть от них.

– Я не про зависимость. Им плохо без меня. Устройте мне контакт с ними, чтобы я могла их успокоить. У меня душа не на месте. Какое может быть сотрудничество в таком состоянии?

Филиппос задумался.

Я подумаю над этим.
– Пообещал он.
– А пока расскажи, что ты думаешь о нас? Какими мы тебе представляемся, чего хотим?

– Вы умеете обманывать Сеть, и хотите создать общество вне её.

– Ммм, умница, в точку! Твои мысли, или профессора?

– Мои, но они могут и совпадать с профессорскими. Уж больно все очевидно.

– Тогда ответь мне на неочевидный вопрос. Профессор Блохин был похищен или приехал к нам самостоятельно?

– Разумеется, похищен. Чего здесь неочевидного?

– А вот и нет. Профессор Блохин вышел на контакт с нами и предложил сотрудничество.

– Зачем это?

– Тогда ответь мне на такой вопрос, почему он не сохранил свои знания в Сети? Зачем он затолкал их в твою юную голову?

– Он не доверял Сети, потому что считал, что вы умеет взламывать защиты.

– Тебе самой не кажется это слишком наивным.

– Я не программист и не понимаю этот процесс.

– Хочешь, я скажу тебе, почему Блохин не хранил свои опыты в Сети?

– Только ели это правда.