Сеть
Шрифт:
– Ага. Будь осторожнее.
– Ты тоже, не лезь под пули.
Генри сломал ветку, насадил на нее свою майку и стал дразнить ею стрелка. Пуля тут же прошила майку. Полина проложила себе мысленно путь, от камня к камню так, чтобы подобраться к стрелку незамеченной. Она решила поберечь силы для решающего броска, и не пользоваться способностью ускоряющей метаболизм. Вместо этого она использовала то слух, то зрение, экономно расходующие ее силы. Стрелок не видел её. Он продолжал пускать пулю за пулей в приманку Генри.
Осталось метров пятьдесят и почти чистый склон. Подниматься выше было чистым самоубийством.
Это было прокачанное чувство равновесия. Оно работало в обе стороны. Могло помочь обладателю сохранять равновесие хоть на нитке в сильный ветер над огромной пропастью. А могло помочь составить фигуру из немыслимых вещей, которые сохраняли бы равновесие держась друг на друге. Полина активировала его. Пришло ощущение полного контроля тела, уверенность в каждом своем движении. Полина взяла в руки камень и выбрала цель. Тело и разум поняли, как нужно действовать. Камень вылетел из руки и угодил прямо в ствол разлапистого оливкового дерева. Точно в то место, куда целила девушка.
Полина выглянула из-за камня, чтобы узнать, не наделала ли она лишнего шума. Наделала. Стрелок-южанин вскинул винтовку в ее сторону и выстрелил. Пуля ударилась в камень. Полина выругалась на свою оплошность, но план менять не стала. Ей представились времена дикого Запада с их дуэлями на револьверах. На стороне стрелка винтовка, на стороне Полины реакция. Снизу закричал Генри, поняв, что Полина обнаружила себя. Он сыпал ругательствами в сторону стрелка. Полина считала, что стрелок увидел ее и теперь ни за что не отвлечется на Генри, которого не считает опасным.
Под ногами лежал аккуратный камень в четверть размера ладони. Его форма не должна была сильно повлиять на траекторию броска. Полина взяла камень в руку, давая программе равновесия оценить снаряд. Она рассчитала и сообщила телу результат в ощущениях. На деле это выглядело, как уверенность в том, что ты точно знаешь, что делаешь. Полина выглянула из-за камня и чуть не попала под град осколков, выбитых пулей.
– Шустрый туземец.
– Прошептала она.
Полина была готова попробовать свои силы в смертельной дуэли. Левой больной рукой она взяла первый попавшийся камень. Представила молнию. Время сразу стало густеть. Она отбросила камень в левой руке недалеко в сторону. Подождала «свою» секунду и сделала несколько шагов вправо. Первый камень только упал. Стрелок рефлекторно повернул голову в сторону шума. Полина вскинула руку, собираясь бросить камень, но напоследок решила увидеть в каком положении Генри. Хорошо, что она это сделала. Генри был в большей опасности, чем она. Ионас и его напарник стояли позади юноши, до сих пор пугающего стрелка своей майкой, метрах в десяти. Весь план сразу поменялся. Нужно было спасать Генри.
Как только Полина выбрала целью Ионаса, тело и разум рассчитали траекторию броска. Не медля, Полина бросила камень,
Равновесие работало, как надо. Камни попали в цель. Полина надеялась, что не убила людей. Остался только стрелок. В голове заиграла музыка Морриконе из фильма «Хороший, плохой, злой». Подмывало крикнуть смелую фразу типа: «Джонни, я здесь», но времена благородных мстителей умерли вместе с Диким Западом. Снова молния перед глазами, загустевшее время и камень в руке. Полина высунулась на полкорпуса из-за камня. Стрелок менял обойму в винтовке. Он присел на одно колено. Железный отбойник почти полностью прикрывал его, только кучерявая голова выступала над ним сантиметров на пять-семь. А попадать надо было в нее, иначе раненый зверь окажется непредсказуем. Полина воспользовалась тем, что на нее не смотрели, хорошенько прицелилась и бросила камень. Наверное, из-за не очень правильной формы он не попал в цель. Камень ударился в край отбойника и разлетелся на кусочки. Пока Полина тянулась за вторым камнем, ища среди тех, что были под ногами наиболее подходящий, стрелок успел залечь. Его почти не стало видно, только шапка черных волос и ствол винтовки.
Это была настоящая дуэль с равными шансами. Меткость и реакция решали все. Огнестрельное оружие против человеческих сверхспособностей. Камень хорошо лежал в руке. Равновесие подсказывало, что шанс есть. Полина решилась на бросок. Камень вырвался из руки одновременно со вспышкой выстрела. Спокойная мысль, что сейчас в нее попадет пуля, успела посетить Полину. Она была уверена, что окажется в расчете со стрелком, даже погибнув. Траектория камня была направлена точно в цель. Но случилось непредвиденное, камень и пуля встретились. Облако каменных брызг разлетелось в воздухе. Пуля изменила траекторию и визжа ушла в сторону. Полина юркнула за камень. Плечо правой руки ныло из-за мощных бросков. Так недолго было и мышцы порвать.
Генри подбирался к Полине. В руке у него был пистолет, позаимствованный у кого-то из поверженных врагов. Стрелок из-за своего положения не мог видеть Генри. Для этого ему надо было подняться над отбойником. Генри добрался до Полины и прижался к камню, тяжело дыша.
– Ловко ты их.
– Не убила?
– Вроде, нет, но черепкам сильно досталось. Могут дурачками остаться.
– Они не заметят разницы.
– Что с этим стрелком думаешь делать? Может...?
– Генри кивнул на пистолет.
– Я не умею им пользоваться. Сам сможешь?
– Я? Нет. А тебе можно, тебя из Сети стерли, твори, что хочешь.
– Выходит, мы все сдерживаем в себе желание убивать, только потому, что боимся потерять все, что нам дает Сеть. А если она про нас не знает, то можно валить всех направо и налево. Получается, что Сетью мы подменили понимание бога. Изгнание из Сети, как изгнание из рая.
– Полин, тебя понесло. Сейчас не время предаваться теологии. Мы одной ногой уже в могиле.
– Самое время подумать о боге.