Североморье

Подлужная Наталья Александровна

'Быстрее, уже близко!' - воскликнула Мари, показывая куда-то рукой... И погнали лошадку. Точно, в просвете густой зеленой листвы увидели забор, за которым виднелись дворовые постройки. Ну,... наверное, мы немного напугали местных жителей - крестьян, когда с криком 'Убивают!', в крайний дом вбежали девушки... Все три... На крыльцо в одних подштанниках выскочил мужичок; узрев мою измученную физиономию и флегматично жующего сено, коня, заголосил: 'Общий сбор! Жители Тенары! Беда!'... Сбежался народ, со всех сторон. Софья взахлеб описывала жутких врагов - тут стала видна работа Лори... От мужичонки посыпались приказы, как из рога изобилия: этим притащить вилы, топоры, ножи; другим увезти детей, женщин, стариков; третьим расставить посты... Возле Лори остановилась невысокая стройная полноватая женщина; ее черные вьющиеся волосы густой волной прикрывали плечи; в голубых глазах

читалось неприкрытое любопытство. 'Аза, не стой, не мешай, беги к Андрону, он женщин уводит. Что ты стоишь?'. 'Нестор, не вопи мне в ухо. Когда будет нужно, я уйду... Сейчас я здесь побуду, интересно мне...', и обращаясь к нам: 'Пойдемте ко мне в дом'. Поймав растерянный взгляд Лори, лишь пожала плечами. 'Давай, подмогу. Не бойся, я крепкая, опирайся' - Аза уже стояла возле меня и очень внимательно рассматривала мою одежду. Она правда оказалась сильной - подхватить меня, рухнувшую с лошади и практически донести до дома. Мне было дурно....

Придя в себя на полатях, услышала голос Азы: 'Ты, Лори, не бойся... Подлечим подругу твою. А тебе сказать хочу, здесь останешься - жизнь спокойная будет, замуж выйдешь, муж конечно иногда поколачивать будет, но это ничего, детки пойдут...А с ней уедешь, спокойной жизнь не будет, тяжеловато придется,... подруг потеряешь, переживать сильно будешь, в горе проживешь, в тюрьме... Постой, что это? Возврат какой-то будет, изменение, вернется все... Наладится жизнь твоя... В первый раз не понимаю, правда... Лори, я не знаю...честно' И повернувшись ко мне, улыбнувшись, сказала: 'Ну, что, поправим здоровьишко? А?'. Стащив меня на скамью, зажгла свечку, что-то быстро бормоча, стала водить ею вокруг моего лица, тела....Потом дала напиток: 'Пей. Все, до дна'. Ох, что ж горький то такой? 'Сразу улучшения не будет... Не жди... Хочешь, тебе посмотрю, подруге твоей уже сказала... о будущем... Что решила, Лори?'. 'Я с Еле, здесь и решать нечего'. 'Да, так я и думала... Ну, Еле, давай тебя посмотрю...' - и глянула на руки, нахмурилась; в деревянную миску воды налила, вгляделась и отшатнулась!....

'Как твое полное имя?'. 'Елена Ховард'. 'Запомни, Елена Ховард, никогда и никому не давай смотреть свои руки... Разный люд по земле бродит, всяко может случиться. Увидела я мало - дорогу дальнюю, опасность смертельную... И все... Будущее твое мне неведомо, информация закрыта. Такого у меня не было... еще'. 'Аза, что значит - информация закрыта? Ну, хоть что-то сказать можешь?'. 'Прости, Елена. Нормально объяснить не смогу... Впереди дорога дальняя, дальше мрак увидела, туман....белый, плотный. Будто рано еще, время еще не подошло, что ли...'. В дверь застучали так, что едва не снесли с петель. 'Аза, открывай!'. 'Что случилось?'. 'На краю деревни появились всадники! В черном! Мы задержим их, мужики готовы, на стреме, а ты с девицами бегом за Андроном, спрячьтесь!' 'Подожди....Дай минутку...
– закрыв глаза, Аза пальцами терла виски, - а потом тихо сказала: 'Они следы читать умеют. Второй отряд ищут, по их следу к реке вышли. У реки они какую-то цепь с наконечником нашли, в крови всю....Так, кто сможет, бегом к дому священника, плох Овидий, били его. Масея не вижу, но жив он, точно говорю. Вокруг дома они осмотрели все, сейчас в душе злоба горит, ищут военных или стражников....Натоптали служивые, ох, натоптали... Всю деревню здесь проищут, девиц найдут, вычислят, узнают как-то...'. И посмотрев на нас: 'Уезжайте...Шанс есть...'

'Шанс?! Какой к черту шанс?!' - в моей душе росла паника!!...Только я собралась воззвать к разуму присутствующих, как мне почти в зубы всунули деревянную кружку и Аза скороговоркой проговорила: 'Пей, это отвар воина... Хватает на день. Убирает всю боль, блокирует все ощущения, придает силы! Пей!' - глотаю, почти давясь, а меня уже тащат в другую комнату, в узенький маленький чуланчик, перед дверью Аза крепко обняла нас, и прошептав: 'Не бойся, шанс есть', открыла ее, и мы вслед за Андроном шмыгнули в зеленые кусты. Ползком, петляя между разросшимся кустарником, прижимаясь к земле, поминутно смахивая с лица паутину, добрались-таки до забора... Лори хочет мне что-то сказать, но женские крики, разнесшиеся по деревне и мольба не трогать детишек, сжала наши души и ускорила нас, молча... 'Слышь сюда...- прохрипел Андрон, - доберетесь до крайнего дома, в сарае стоит ваша лошадь. Поедете прямо, не сворачивая, будет сторожка лесника! Попросите у него вторую, скажите, что от Нестора.... Ну, в путь!' - и не успели мы и рта раскрыть, как среди кустов мелькнули и исчезли его штаны... 'Еле, и что теперь?'... 'Ну, вперед...'.

Ох... На лицо подруги мне лучше не смотреть - нехорошая

бледность и слезы в глазах решимости не прибавляют... К своим ощущениям прислушиваться некогда, лишь чувствую, что ничего не чувствую... так вроде и должно быть, Аза что-то такое говорила... Глубоко вздохнув, начинаю исследовать забор - и обнаруживаю, что одна часть забора просто вплотную прислонена к другой... И как это сдвинуть? Оказалось, просто. Подползя, потихоньку, где плечом, где руками, сдвигаю, при этом продвигаюсь дальше. Выползла, угодив в колючие заросли осоки, и зажала рот, крик 'А-аа' - пришлось глотать с порцией воздуха...Следом показалась Лори, ткнув ей пальцем в сие безобразие, упорно двигаю вперед. Забор, заросли, большие кусты с резными листьями, вперемежку с низкими сильно разросшимися деревьями...и усиливающиеся плач и крики...Внутри все дрожит, забор этот никак не заканчивается, а воздух вокруг будто пропитывается страхом, жутким и сильным....

Обернувшись, увидела до смерти перепуганную подругу. Черт, только этого мне не хватало... Почти рванув ее на себя, мы наконец-то преодолели последние метры до крайнего дома... Оставив ее в высокой траве, неожиданно поняла, что счет пошел на секунды - будто гнать меня кто-то начал, и, перемахнув через какую-то кадку, рванула к примыкающему к дому сараю....

Дверь противно скрипнула - опасливо заглянув внутрь, увидала нашу оседланную лошадь, беспокойно шевелящую ушами. Позвала Лори. Подсадив ее в седло, вскочив сама, не теряя времени, мы тихо выехали из сарая, и, проскакав вдоль забора с растущим страхом - что вот-вот увидят, домчались до спасительной тени деревьев....

Скоро начнет темнеть - солнце уже садиться, подсвечивая верхушки деревьев золотисто-красным огнем. А нам ехать прямо... Черт, а сколько ехать то? А про ориентиры, что не спросила? Эх, Ховард... Хорошая мысля, как известно, приходит поздно... Злясь на саму себя, не сразу услышала Лори: 'Сторожка! Смотри!'. И правда, маленькая хибарка, бревенчатая, с крохотным окошком...

Постучав несколько раз, и уже пробарабанив, воскликнула: 'Да что ж такое?! Где он?'. 'Я слушаю вас, юные дамы...'. Обернулись; я чувствую, как краска начинает заливать меня всю - на нас, усмехаясь, стоит и смотрит крепкий, бородатый, подпоясанный широким ремнем, с воткнутым за него охотничьим ножом, в темных штанах, заправленных в мягкие, выдолбленные из кожи, сапоги, лесник. 'Мы из деревни... Нестор сказал, чтобы мы попросили у вас лошадь'. 'Черные всадники, не вас ли ищут?'. Переглянувшись, мы промолчали... А лесник, пожевав губы, продолжил: 'Далеко сейчас не уедете, темнеет быстро, заплутаете...Ночевать будете в сарае...В доме волчица раненая, не могу вас в дом...Пошли'.

Внутри оказалось тепло и стоял запах скошенной травы... 'Утром, как рассветет, я подниму вас. Возьмете Бурю и сразу в путь. Может, и проскочите... Дай Бог'. Он ушел, а мы повалились на пахучее сено; от ароматов немного кружилась голова... 'Он с ума сошел, что ли? Как мы можем уснуть в такой обстановке? А если они сейчас прискачут?'. 'А куда ехать, ты знаешь? По темноте, по лесу...' Замолчали обе...Я с интересом прислушивалась к себе - Аза не обманула, боли не было, точнее, не было ничего...

'Просыпайтесь, дамы, пора в путь!' - ворвался в сознание густой, звучный голос лесника. Едва не столкнувшись лбами, скатились с примятого за ночь, сена. Умылись холодной водой; я пошла смотреть Бурю, а возле нашей лошади увидела лесника, сидящего на корточках. 'Что случилось?'. 'Лошадь надо подковать, не выдержит она дорогу. Оставляй. Возьми Бурю и Юрошку, хорошие кони'. 'Спасибо за все'. 'Сейчас вдоль оврага, держите путь вон, на ту сосну, высоченную, видишь? От нее озерцо близко, проедите его, направо завернете, и мчите на большую проселочную дорогу... А вам куда надобно то?'. 'В Амарин. Знаете дорогу?'. ' Доскачите до развилки...Там пост должен быть, дорогу и спросишь' Я вывела Бурю и Юрошку, Лори проверила оружие...Мы еще раз поблагодарили лесника, и тронулись в путь!! С Богом....

Мы скакали по лесу, глухо ударялись копыта лошадей по настилу из опавшей хвои и листвы, проплывали мимо сосны и березы. Овраг порос кустарником, по дну его бежал тонкий ручей, окруженный зарослями ивняка. Вот и сосна...ой, здесь она еще выше, неужели в природе бывают такие громадины? Голова, занятая столь важным вопросом, едва не пропустила появление озера с неподвижной гладью воды. 'Давай остановимся, передохнем, а?'. Я огляделась - было по утреннему свежо и тихо... Что ж, чуть-чуть можно отдохнуть и подышать; воздух, казалось, был напоен ароматом сосен... Лори спрыгнула с лошади и подбежала к берегу, протягивая руку, чтоб сорвать тростник, растущий на берегу...