Североморье
Шрифт:
Подошел один из стражников, и стал преувеличенно внимательно осматривать нас всех. Выбрав светловолосую девицу в грязной, забрызганной одежде, он лишь щелкнул пальцами - и закрыв лицо руками, сгорбившись, она встала. Спотыкаясь, побрела за ним. За ним подошли еще два, и тоже щелканье пальцами. Вэй тихо дернула меня за рубаху: 'Неужели нас минует?'. Странным образом, на брошенных на землю накидках остались мы одни...
Сторожевые огни по всему периметру ночлега...Скрипя сердце, пришлось признать - посты выставлены дальновидно. Незамеченным не уйдешь. Слушая нескончаемые звуки леса, холодящий душу тоскливый, жуткий вой, шорохи, раздающиеся отовсюду, с гудящей головой я лежала, свернувшись калачиком,
Утро началось с диких криков; проснувшись и вскочив на ноги, поеживаясь от утреннего холода, мы в ужасе наблюдали, как вооруженные люди, размахивая дубинками и мечами, сгоняли ремесленников в одну кучу - и стонущая толпа, с проклятиями на устах, двинула по широкой земляной дороге...А за ними тронулся закрытый экипаж, запряженный тройкой гнедых лошадей. 'А там кто? Его вчера не было'. 'В нем надсмотрщики. Из людей вскорости все человеческое выбьют, и на работы погонят...Чтоб, значится, проблем мало было...Видишь, еще всадники появились...' - и действительно, недалеко от поста показались всадники с непроницаемыми, каменными лицами; от камзолов серого цвета моментом свело зубы...
И раздавшийся следом судорожный вздох Вэй ничего хорошего нам не сулил. Кто эти нелюди, с холодными, безучастными лицами, что так внимательно осматривают измученных, несчастных пленников? И начался отбор; обреченный вой заполнил весь лагерь...Цепляясь за землю, женщины стонали, молили о пощаде...Их волокли, схватив за волосы. Наотмашь треснув по лицу, кидали в ...клетку - повозку. Мои руки заледенели, сердце молотило в бешеном темпе - я поняла, кто это... Один из них направился в нашу сторону; я с усилием заставила себя дышать...Без паники...Только без паники. Держись, Еле, держись...
Мельком взглянув на Вэй, вздрогнула, увидев смертельно бледное восковое лицо: 'Это конец' - с трудом разлепила она пересохшие губы; скользкими мокрыми пальцами вцепившись мне в рукав, она пыталась справиться с дрожью, сотрясавшей ее тело... А меня проняло - вот сейчас эти гады подойдут к нам, схватят за волосы и лицом об землю, потащат к клетке!!... Что плохого им сделали эти бедные люди?! Что плохого им сделала Вэй?! Почему вот такое допустимо?! Внутри меня стала нарастать тяжелая, душная волна ярости; исподлобья наблюдая за врагом, сжав руки в кулаки, я поняла - с Вэй такого не допущу...За короткое время я прикипела к ней; поэтому, уж не знаю как получилось - но я в ответе за двоих...
Повернувшись к ней, я собиралась предупредить ее о моем сумасшедшем решении, но в мою голову проник разговор:
– 'Остановись, Терс! Вам хватит народу'.
– 'Теранто, этих девок тоже!'.
– 'Нет, у вас и так много людей. Их я оставляю себе'.
– 'Капитан, я сообщу наместнику! Ты ведь не хочешь его огорчать... Ну, ладно, черт с тобой, у нас неплохие отношения - так и быть, одну оставляй себе. Капитан, только решай быстрее, кого!'
– 'Ту, что справа...'.
Справа...Я посмотрела на Вэй. Это она. Никогда не думала, что скажу: 'Спасибо, капитан'. И скороговоркой девушке, пока ко мне направляется верзила, поигрывая кнутом. 'Забирают меня, ты остаешься, постарайся уцелеть,
Занесенный кнут надо мной я увидела вдруг столь отчетливо, что подкатила тошнота... Описав дугу, он...замер. Нет, не замер, как-то завис в воздухе, и медленно- медленно стал опускаться...С открытым ртом я наконец поняла - это не кнут, это что-то со мной. Не мигая, увидела пылинки, плавающие в воздухе, и сам... сам воздух, в смысле заколыхавшуюся волну воздуха, устремившуюся за кнутом... И рванула в сторону, моргнув глазами. Всё вдруг пришло в движение, в обычный ритм, и сзади слышится вопль гада, получившего кнутом по руке...Мне бы позлорадствовать, но не до того сейчас...Что со мной было меньше минуты назад?? Что? Но подумать не успеваю, привлеченные ором верзилы, ко мне наперерез несутся стражники, замахиваясь оружием...Получать дубинкой что-то не захотелось - резко пригнувшись, откуда только силы взялись, метнулась в сторону, со всей дури врезав подскочившему стражнику в пах. Охнув, скрюченный он остался лежать на земле...
И как на главного врага, на меня кинулись, похоже, все...
...Вроде услышала чьи-то всхлипы; очнувшись в непроглядной темноте, пыталась сообразить, что к чему...Вспомнив, едва не простонала сквозь зубы - твою мать, и что теперь?? Попытка ощупать себя на предмет сломанных частей тела успехом не увенчалась - я связана. В напряжении всматриваясь в темень, с удивлением поняла, что все вижу: деревянный пол - на нем я собственно и пребывала; крепкие деревянные стены, обшитые железными листами; надо мной примерно сантиметров двадцать - потолок... А вглядевшись, поняла что зря - весь потолок, все стены были исцарапаны и покрыты кровавой коркой. Подвигав плечами, ногами, с радостью учуяла - я вполне даже жива... Ну, Еле, какие еще грандиозные идеи будут? Готовы выслушать...
Сбоку проник лучик света; повернувшись, и практически носом уткнувшись в дерево, разглядела в щелку чуть больше моего каземата, темный сарай. В нем сгорбленных людей. Это я типа с привилегиями...правда, связанная. Полившийся вдруг яркий свет почти меня ослепил; малодушно закрыв глаза, вытерпела вытаскивание и бросание меня в это самое, соседнее помещение...Пошевелив плечами, услышала: 'Ей, ты жива?'. Я тихо ответила: 'На удивление да...А что было, кто может рассказать?'. Минуту стояла тишина; и тот же голос чуть слышно ответил: 'На тебя когда стражники кинулись, твоя подружка к тебе бросилась, и спустя миг главный всех отогнал... Все, тебя связали, в повозку бросили...На тебя желающих много - красивая ты, и дерешься. Интересно им...' - и чуть слышно, со стороны раздалось: 'Девку похоже для наместника готовят,...или Лэнга. Давно у них забавы не было'....
Со скрипом отворилась дверь; на деревянный, истертый пол бросили, как собакам, миску...Все тихо завыли; оказалось, это знак - за кем-то скоро придут... На брошенную миску смотрели затравленно, полубезумными глазами; но мне было не до эмоций. С усилием, дернувшись, я смогла сесть; зубами вгрызаясь в пеньку, едва их не сломав, я ослабила узел...И сдирая кожу, вытащила ладонь. Не думать, не чувствовать - а в животе кишка бьет по кишке; дотянувшись, и игнорируя взгляды в мою сторону, я схватила миску...Потом, я буду переживать потом, думать, страдать, а сейчас мне нужны силы! Чтобы выжить, добраться до Аравелы, и с ее помощью или без оной, но попасть в Хайтенгелл... А вот дальше, сжав зубы, глотая безвкусную жижу, думать я себе не дала...Иначе конец - мне, причем во всех смыслах...