Североморье
Шрифт:
Теранто, в свою очередь, несколько озадаченно поглядев на меня, с сомнением в голосе, спросил: 'Вас отпустили?'. Ага, десять раз... 'Нет, убежала я...По болоту, повезло просто'. Никогда в жизни не видела более ошарашенного лица: 'Вы уверены? Ничего не путаете?' - а взгляд уже цепко скользил и по шпаге с кинжалом, и по лошади, приведенной за уздечку юным белобрысым гвардейцем. 'Уверена, за мной гнались, я пробиралась по болоту, не знаю как - но выбралась'. 'Если предположить правду в ваших словах, то вы ... свободны. Просто этого не может быть! Вы прошли болото? Невероятно...Никто и никогда...' - замолчав с необъяснимым выражением лица, повернувшись к Вэй, немного сварливо вопросил: 'Ответа от тебя я так и не дождался! Что ты тут делаешь?'. Она смотрела на него странно... Лицо исказилось
Капитан гвардейцев молчал, словно окаменев. Рукой в перчатке, морщась, дотянулся до лба. Побледневший, выдавил: 'Я солдат, военный, я присягал на верность наместнику Гонду...' А меня что-то сковало, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть. Подойдя к Вэй, неловко протянула руку, всеми фибрами души желая успокоить...И тогда лишь дошло, что не слышу я более приближающегося топота лошадей, но сил свободно вздохнуть уже не было. Уткнувшись мне в плечо, Вэй плакала; худенькие плечи вздрагивали. Появилось странное чувство, что ледяной ком выпустил таки мое сердце из плена... 'Обещай, что не применишь к ним силу! Обещай! И довези нас до Алонра, если можешь' - прохрипела Вэй. 'Посмотрим. По коням!' - раздался крик Теранто, и огнем сверкнули серые глаза. А до меня дошло... Озадаченно про себя хмыкнув, неожиданно поняла.... Ё - моё, вона че... Глаза его, потемневшие, и цвета не различить, смотрели на Вэй так пронзительно и пристально, что сразу вызвали жгучее желание вызвать эту синеглазку на разговор...
Не получилось - гвардейцы беспрекословно подчинились своему командиру, и без промедления наша кавалькада тронулась в путь. До Алонра мы доскакали сравнительно быстро, так же быстро стало темнеть... На восклицание: 'Дальше мы сами!' - услышали: 'Хватит глупостей! Куда теперь?'. 'До Шеба, потом вдоль реки...' 'Там же горы начинаются'. 'Туда и надо'. Окружающая местность плавно теряла свои контуры, превращаясь в серое безмолвное пространство. Вэй с капитаном впереди, потом я, за мной следом в развевающихся плащах гвардейцы...
Ни конца, ни края нашим злоключениям... Совсем пав духом, ощущая 'бунт' живота, и всего кажется, тела, сникла окончательно. Я искренне была рада Вэй, но я ни на йоту не приблизилась к своей цели - Хайтенгеллу! И чуяло мое сердце, как-то чуяло, что каким-то непонятнейшим образом я лишь отдаляюсь от него!! Твою мать! Да надоело все! Достало до чертиков! Собираясь пореветь над судьбинушкой, заметила мерцающий огонек вдали. Прокричав Вэй, прояснилось - туда путь и держим.
Огонек все ближе...Мы доскакали - огонек оказался факелом, и держала его старушка на вытянутой вверх руке, в длинном черном одеянии, с чепчиком на голове... 'Заждались уж...Что ж так долго, мы...' - и осеклась, увидев все наше сборище. Капитан гвардейцев неожиданно стал выглядеть не лучше самой старушки; лицо исказилось, в глазах полыхнула ярость - сглотнув и бросив на Вэй свирепый взгляд, он молча развернулся и стремительно вскочив на коня, скомандовал отряду выдвигаться...
Подойдя к Вэй и собираясь спросить: 'Какая муха его укусила? Что это с ним?', с изумлением
Я решила уточнить: 'А ты сама его раньше не видела?'. 'Нет. Я ж набегами, подолгу с ними не жила... Хотя постой! Ведь видела один раз, издалека, наместник зачем-то к настоятельнице приезжал, вместе с ним свита была и гвардейцы. Меня перед этим в деревню отправили, за продуктами. Ох... Что ж теперь будет то? Сейчас как посмотрела - на него, на Весту, так меня передернуло всю! Поняла я, чей отряд за Аравелой ездил! Боже! Веста, ты узнала его?! Да?'. 'Да, Вэй. Девочка, поговорить мы можем и в доме. Идем скорее'. 'Вэй, но если бы он намеревался арестовать твоих монахинь с Аравелой, он не ускакал бы, наверное. А взял бы всех под арест'. 'Наверное...' 'Вэй?'. 'Взгляд у него страшный был, словно мертвый...Наизнанку меня вывернул, сердцу больно...'. 'Мне жаль. Вэй, послушай, а...топать далеко?'. 'В том то и дело, что нет. Найти нас запросто...Боже, ну почему я так сглупила?' - стенания Вэй прервал тихий голос монахини: 'Надо торопиться'.
Чуть пройдя по густому лесу, почти уткнулись в мохнатые ветки зарослей; отодвинув их - перед глазами вспыхнули огоньки множества свечей - оказывается, Вэй впереди меня открыла дверь; нас встречало несколько женщин со свечками в руках. За дверью оказался двор, по нему мы прошли в дом. Чуть позже выяснилось - вокруг дома давным-давно насадили частокол из веток какого-то дерева; они пустили корни и разрослись, пустив со временем молодую поросль. Получилась естественная защита - в лесу лес...
Нас завели в небольшую, уютную комнату, где нас встречала женщина средних лет, в светлом бежевом платье, белом чепчике, из-под которого выбилась прядь светлых волос. Точнее, встречали не нас...Встречали Вэй. 'Аравела, познакомься, это Елена. Она хорошая, помоги ей, ладно. Она пыталась добраться до Деновии, но не смогла перейти границу. Ты можешь...' - и замолчала; я бы тоже замолчала - эта настоятельница выглядела по меньшей мере странно. Впившись в меня своими ясными глазами, шептала: 'Ты не должна быть здесь. Не должна...Это неправильно, это невозможно. Ты не могла изменить...Я не понимаю, не понимаю. Если только...Но как? Как она смогла узнать...О Боже, значит уже скоро...' - невидяще уставившись куда-то в стену, она дышала. Переведя взгляд на Вэй, слабо улыбнулась, и дрожавшим голосом проговорив: 'Прошу всех садиться', - вышла из комнаты...
По комнате пронесся чуть слышный скрип - все переглядываясь, тихо уселись на деревянные стулья. Села и я. Несколько монахинь, непонятного возраста, облаченные в длинные темные одеяния, с четками в руках обозревали меня как заморскую диковину... Внутри, помимо воли, закипали нервы; реально боялась сорваться и наговорить и им, и их настоятельнице чего-нибудь лишнего. Я ведь не железная, возможно иногда деревянная, но человеческий свой предел, я в принципе, исчерпала. Посмотрев на Вэй, ощутила страшный прилив зависти - она хоть и выглядела измотанной, но при этом уже казалась вполне удовлетворенной. И слезы отступили, появилась злость; захотелось просто врезать, куда-нибудь, во что-нибудь - чтоб физическая боль заслонила внутреннюю. Эх...Но тут появилась настоятельница Аравела. Она была несколько бледна, с потухшим взором, и слабой улыбкой. Обняв Вэй, искоса взглянула на меня; ну, и чего ей надо? Я и так чувствую себя скверно, не в своей тарелке, так еще взгляд этот - пронизывающий, любопытный, острый как лезвие, вконец лишил меня самообладания...