Сейвы
Шрифт:
– Да наркоманам все равно, что день, что ночь, - впервые подал голос тощий. – Им лишь бы уколоться. Когда у них ломка, они на все способны!
Мама Валя в ужасе прижала ладони к губам.
– У меня же там Пумба!
– Какая Пумба? – не поняла Вера Михайловна.
– Пумба! – повторила женщина дрожащим голосом. – Щеночек маленький. Алинка вчера принесла – ей подарил кто-то. Как бы этот псих не обидел его!
Мама Алины чуть ли не плакала. Встревоженные соседи переглянулись.
– Коля, может попробуешь выломать дверь? – предложила Вера Михайловна. – Все равно полиция приедет, вскрывать
– Да зачем ломать-то? – пожал плечами пузатый Коля, с сомнением поглядывая на крепкую железную дверь. – Мож он сам выйдет…
– Зачем ему выходить?
– Ну а там ему чего сидеть?
– А я почем знаю? Залез же зачем-то…
– Слушайте, а вдруг он в окно выпрыгнет? – встревожилась тетя Валя. – Сиганет вниз, только его и видели!
– С третьего этажа? – ухмыльнулся Коля. – Высоковато ему будет прыгать.
– Это же наркоман, - снова высказался тощий. – Им все равно. Спрыгнет, если захочет. И ничего ему не будет. Встанет и побежит, как ни в чем не бывало.
Похоже, он обладал обширными познаниями в этой области. Вера Михайловна сердито обернулась к нему.
– Тогда иди и сторожи его под окнами! – сказала она с раздражением. – А то стоишь тут, пользы от тебя никакой!
– А вы на меня не орите! – огрызнулся тощий, но все же обернулся к рыжей женщине, спросил: - Клава, ты со мной?
Клава, так и не издав ни единого звука, испуганно покачала головой и скрылась за дверью квартиры. Тощий что-то пробурчал под нос, домашние тапочки громко зашаркали по ступеням, и знаток непредсказуемого поведения наркоманов скрылся из виду.
– Только бы Пумбу не тронул! – Тетя Валя молитвенно прижала кулачки к груди. – Иначе Алинка меня не простит!
Коля с грозным видом шагнул вперед, большой как валун кулак бухнул по двери.
– Эй, нарик несчастный! – заорал он в щель. – Слышишь меня?! Тронешь щенка – порву на месте! Это я тебе обещаю! Слышишь, нет?!
Ударив в дверь еще раз, Коля отступил назад и горделиво посмотрел на женщин. Вера Михайловна положила высохшую руку на его упитанное плечо.
– Не надо Коленька, не серди его! – пугливо зашептала она. – А то вдруг еще с ножом выскочит.
– Да пусть выскакивает! Я его… - Что он будет делать, пузан не уточнил, но на всякий случай как бы невзначай спрятался за спину старухи.
Кино в глазке двери показывали очень увлекательное, но все же Сема вспомнил, что пришел сюда не за этим. Отлипнув от двери, он вернулся в гостиную. Подошел к окну, пальцы осторожно раздвинули плотные шторы, взгляд бегло пробежался по улице. Тощий прогуливался внизу по тротуару, подтягивая сползающие штаны. Тонкие как спички руки скрестились на груди, в губах дымилась сигарета, подозрительный взгляд то и дело обращался к окнам квартиры тети Вали. Похоже, тощий был всерьез настроен ловить прыгающего с третьего этажа наркомана. Посмеиваясь, Сема задвинул шторы и по коридору направился к двери, ведущей во вторую комнату. На пороге он немного задержался, волнуясь непонятно отчего, а затем решительно дернул ручку.
Комната Алины оказалась небольшой, но весьма комфортабельной. Аккуратный туалетный столик, узкий шкаф с длинным вытянутым зеркалом, кровать, застеленная пушистым белым одеялом. В углу громоздилось розовое кресло мешок. На кресле
Сема почесал, щенок благодарно лизнул руку. В комнате витал легкий запах духов и немного кружил голову. Он присел на кровать, ладонь легла на зарытый в подушки ноут. Пальцы тронули клавиатуру, на экране высветилось окошко с требованием ввести пароль. Сема не огорчился – он почему-то был уверен, что в ноуте для него нет ничего интересного.
Пумба принюхивался, глаза внимательно наблюдали за нежданным гостем. Сема потрогал армию банок и склянок на туалетном столике, распахнул шкаф. Он ожидал увидеть кучу шмоток, но гардероб не отличался особым разнообразием – несколько платьев, пара джинс и маек, ну и много чего по мелочи. Сема закрыл дверцу, немного смутившись – ему вспомнились фильмы про маньяков, которые забираются в квартиру будущей жертвы, все там трогают и обязательно нюхают, а затем оставляют таинственное послание на стекле. Желательно кровью.
Сема подошел к длинной книжной полке, вытянувшейся на всю стену. Палец заскользил по корешкам, перед глазами мелькали незнакомые названия и авторы, половина книг была на английском. Вдруг взгляд напоролся на что-то очень знакомое – книжка в коричневой кожаной обложке. Дневник Алины!
Сердце Семы радостно забилось. Он не ожидал найти у нее в комнате дневника, почему-то ему казалось, что Алина всюду таскает его с собой. Хотя, если подумать, зачем ей это? Обычно такие личные вещи девушки хранят дома в каком-нибудь укромном местечке. В данном случае дневник умело маскировался на полке под книгу.
Сема снова присел на кровать, зашелестели страницы. Конечно же, его интересовали самые последние записи.
14 мая
Сегодня произошло что-то совершенно невероятное и необъяснимое. Вот только вчера я написала про щенка, и уже сегодня ко мне в парке подсаживается абсолютно незнакомый молодой человек, и говорит, что хочет мне этого самого щенка подарить! Французского бульдога! То, что я хотела! А потом этот парень сказал мне, что назвал щенка Пумба – так же, как и я хотела бы назвать. Да, с одной стороны все это очень подозрительно – в жизни так не бывает. Но с другой стороны, ведь я никому ничего не говорила. Ни про то, что хочу щенка, ни про то, что французского бульдога, и уж тем более никому не говорила, что хочу назвать его Пумба. Такие вещи не случайны. Может, это судьба?
Парня зовут Семен. Немного он странноватый, но вообще довольно милый. Можно даже сказать, что он мне понравился. Он так со мной общался, словно сто лет знает меня. Очень все это необычно – как будто он с неба свалился. Говорит, что приехал с Москвы. Насчет его работы я не очень поняла – что-то связанное с компьютерными играми.
Щенка он мне подарил в этот же вечер, очень клевого, до сих пор не могу на него налюбоваться. Добавился в друзья в контакте – ну, этого я ожидала. Позвал завтра погулять, но я уже договорилась встретиться с Эриком. Не знаю даже, что делать. Никогда у меня такого не было. И Семена мне не хочется обижать, и Эрика я знаю уже давно. Но ведь за двумя зайцами погонишься…