Сезон солнца
Шрифт:
– Почему ты предала меня? Зачем?
И храбрый викинг отшатнулся от рабыни, презирая себя за слабость и малодушие. Какой же страшной властью обладает над ним эта женщина! Зарабет мгновенно почувствовала перемену в Магнусе, который снова отдалился от нее и стал чужим и холодным.
– Я не предавала тебя.
– Лжешь. Отправляйся в дом спать. Завтра у тебя будет тяжелый день. – И, не оглянувшись ни разу, направился к воротам поместья.
Зарабет вернулась в дом. На полу люди спали вповалку, и найти свободное место было невозможно. Многие мужчины храпели. Две парочки
Магнус решил, что Зарабет сбежала. Он несколько раз обошел зал, рассматривая спящих гостей. Ее нигде не было. Викинг заглянул в каждую спальню, чувствуя, как в его сердце с каждой минутой растет страх за нее. И когда наконец нашел Зарабет в детской, Магнус улыбнулся и, прихватив одеяло, вышел на улицу. Он уснул с мыслью о рыжеволосой женщине и видел во сне, как та смеялась над ним, дразнила его, кокетливым движением отбрасывая назад локоны, обнажая металлический ошейник, сдавливающий горло.
На следующее утро гости поднялись поздно и стали разъезжаться по домам. Родители и братья Магнуса отправлялись в путь после обеда.
Зарабет прислуживала у стола, она была задумчива и молчалива. Под глазами у нее залегли глубокие тени. На платье, помявшемся за ночь, были видны жирные пятна после мытья грязной посуды. Магнус очень удивился тому, что Зарабет не переоделась.
Девушка то и дело с тревогой поглядывала на Лотти, игравшую с остальными ребятишками. Харальдсон тоже посмотрел на детей. Он заметил, что его сын недоброжелательно косится на девочку, и тяжело вздохнул. Как жаль, что Эгил еще не в состоянии понять отца!
– Тебе надо что-то делать с этой женщиной. Так не может продолжаться, – обратился к нему старший брат Маттиас.
– Все только начинается. А что, собственно, ты имеешь в виду?
– Магнус, ты вчера дал мне совет. Я его не просил, но ты счел возможным вмешаться в мою личную жизнь. Прошлой ночью мы с Глидой снова занимались любовью и получили удовольствие, какого давно не испытывали. Я почувствовал, как мое семя проникало ей во чрево, и поверил в то, что на этот раз жена родит мне живого ребенка.
Магнус нахмурился и продолжал молчать. Тогда брат добавил, бросив выразительный взгляд на Зарабет:
– Послушай, я не слепой и не идиот. Ты смотришь на эту рыжеволосую женщину, как голодный волк, готовый броситься на свою жертву и разорвать ее в клочья. А через секунду в твоих глазах появляется такая нежность, словно ты готов отдать за нее жизнь. Объясни, что происходит, брат. Неужели ты потерял голову из-за рабыни, убившей своего мужа?
– Это не твое дело.
– Отец захотел узнать историю этой женщины, и Хоркелю пришлось выложить всю правду. Он говорит, что ты поступил, как благородный человек.
– Хоркель ничего не знает и не может судить об этом. Ему бы только языком чесать!
– А еще
– Довольно, Маттиас. Я вижу, что Ион пристает к моей рабыне. Придется проучить его. Он наглеет с возрастом.
В следующее мгновение Магнус подошел к их младшему брату, стукнул его по плечу и что-то шепнул на ухо, после чего оба схватились за мечи и вышли на середину залы. Началась битва. Братья сопровождали свои выпады шутливыми замечаниями по поводу боевых навыков друг друга. Было ясно, что этот поединок обойдется без кровопролития. Мужчины, окружившие братьев, подбадривали их и забрасывали советами.
– Я хотел бы поговорить с Магнусом об Орме, – сказал Харальд своему старшему сыну Маттиасу. – Не доверяю я этому щенку. Без сомнения, он постарается добиться Ингун.
– Ингун не пойдет за него.
– Ха! Я в этом не уверен. Она только кажется покладистой, а на самом деле хочет его. Посмотри, как твоя сестра печальна и какие злобные взгляды бросает на меня. Ингун всегда отличалась неуравновешенностью, а с тех пор как я отказал Орму, вообще с трудом владеет собой. Но Орм может, несмотря на мой запрет, соблазнить ее и украсть. Тогда придется убить его. – Харальд тяжело вздохнул. – А что, если подлец успеет обрюхатить мою дочь раньше, чем я до него доберусь?
– Отец, ты уже придумал печальный конец сказке, которая еще не началась! – рассмеялся Маттиас. – Теперь, когда Магнус вернулся домой, Орму не удастся тайком проникнуть в дом и выкрасть Ингун.
Харальд усмехнулся, но продолжал хмуриться, глядя на свою дочь, которая говорила что-то Зарабет. Даже на расстоянии было видно, как Ингун раздражена. Казалось, она готова броситься на рабыню с кулаками. Да, если Орм все же заявится в Малек, большой беды не миновать.
Ингун действительно вышла из себя, столкнувшись в очередной раз со строптивостью Зарабет.
– Ты только и знаешь что пялиться на свою девчонку! – закричала Ингун. – Или принимайся за работу, или я тебя выпорю!
Как нарочно, в этот момент Эгил рассердился на Лотти за то, что она подхватила мячик. Мальчик хотел отнять его. Лотти не слышала, как Эгил подбежал к ней, и не могла отскочить в сторону, как это сделал бы другой ребенок. В результате сын Магнуса сбил ее с ног.
Зарабет вскрикнула и кинулась на помощь к сестре. Но, к ее изумлению, та не расплакалась, а, напротив, развеселилась.
– Эгил, как смешно! – воскликнула девочка, сочтя его нападение шуткой.
Дальнейшее было не менее удивительно. Лотти с боевым кличем подскочила к мальчику и набросилась на него. Оба повалились на пол, бутузя друг друга. Остальные дети с минуту смотрели на них, а потом, разделившись на пары, устроили четыре поединка, видимо, беря пример со взрослых.
– Ну что, сдаешься, братишка? – тем временем спрашивал Магнус у Иона, выбив у него меч.
– Да, но только на этот раз.
Мужчины рассмеялись и вложили мечи в ножны. Только теперь Магнус заметил, что дети сбились в кучу и визжа колошматили друг друга. При мысли о Лотти у Магнуса похолодело сердце, и он бросился разнимать детей.