Шаман
Шрифт:
Впрочем, очень скоро общение с Ирой уже не доставляло Строггарду никакого неудобства. Как и все, кому она уделяла хотя бы долю своего внимания, Гунар попал под волшебное обаяние этой маленькой девочки, разговаривающей, как взрослый человек с богатым жизненным опытом. Она не красовалась, не изображала из себя вундеркинда, не пыталась задавить собеседника своей эрудицией, хотя, скорее всего, это не стоило бы ей больших усилий – она хотела общаться на равных. И стоило только принять это правило, как все получалось как надо. Хотя все же порой Ириша ненадолго сбивала собеседника с толку, делая акцент
– Так ты полагаешь, что эта странная череда несчастных случаев, ошибок и сбоев систем связана с каким-то первоначальным возмущением, которое повлекло за собой целый каскад подобных же событий?
– Все не так просто. Первоначальное возмущение, разумеется, имело место. Но причина его, скорее всего, находилась вне Центра.
– Прости, я не понимаю.
– Я тоже. Но посудите сами: мелкие неудачи случаются с каждым едва ли не ежедневно. И, как правило, это не влечет за собой каких-то серьезных последствий. Мы же, как я понимаю, – Ириша указала пальчиком на экран планшета, информацию на котором она просматривала в течение всего разговора, – уже находимся на грани катастрофы.
– Не совсем так… – начал было Строггард.
– Именно так, – жестко перебила его Ирина. – Готова поспорить, что если в ближайшие часы не будут предприняты серьезные меры по локализации очагов спонтанного невезения, завтра вам придется эвакуировать ЦИК. Попытки навести порядок обычными средствами ни к чему не приведут. Это, вы уж меня извините, мартышкин труд. – Ира потянула себя за мочки ушей и сунула язык за нижнюю губу, чтобы изобразить эту самую мартышку. – Или, говоря по-русски, мертвому припарки.
– Очаги спонтанного невезения. – Строггард постучал пальцами по краю стола. – Не очень-то научное определение.
– Если не нравится, придумайте другое, – безразлично пожала плечами Ирина. – Дело ведь не в названии.
– А по-моему, неплохо, – подал голос Багдасарян. – Сразу понятно, о чем идет речь.
– Хорошо, пусть будет так, – не стал спорить Строггард. – Но мы же не можем сажать под замок каждого, кто случайно порежет ножом палец!
– В идеале именно так и стоило бы поступить. – Ириша скосила лукавый взгляд на Багдасаряна. – Ашота Самвеловича следовало бы посадить под замок за то, что он бутылку разбил.
Багдасарян от неожиданности чуть кофе не подавился.
– Это была случайность! Глупая, нелепая случайность!.. С кем не бывает?
– С этого все и начинается, – констатировала Ира. – Но, разумеется, мы не станем изолировать Ашота Самвеловича. – Багдасарян облегченно вздохнул и залпом допил остававшийся в чашке кофе. – Нам нужно вычислить самые опасные с точки зрения распространения этого проклятия – вы уж простите мне еще один ненаучный термин, – очаги спонтанного невезения.
– То есть те места, где происходит больше всего непредвиденных и незапланированных событий! – догадался Строггард.
– Наш виварий! – вставил Багдасарян. – Там творится черт знает что! Как минимум трое охранников погибли!
– Нет! – затрясла косичками Ириша. – Что это?
Она подняла планшет и показала экран Строггарду.
– Паутина, –
– Точно, – кивнула девочка. – Где в этой паутине должен находиться тот, кто хочет контролировать движение всех нитей?
– В центре? – не очень уверенно предположил Строггард.
Вообще-то он был уверен, что паук, построивший эту хитроумную ловушку, должен находиться в центре паутины, но подозревал, что вопрос с подвохом.
– Не верно! – тут же взмахнул рукой Багдасарян. – Паук не сидит в центе паутины, а прячется где-нибудь на самом ее краю, а то и за ее пределами. Но он держит в лапках ниточку, тянущуюся к центру паутины. Поэтому-то он и знает обо всем, что там происходит.
– По сути, это то же самое, – кивнула Ирина. – Центр паутины – это место первоначального возмущения, от которого тянутся нити ко всем остальным очагам спонтанного невезения. Но, пытаясь отыскать именно его, мы затратим кучу времени. И не факт еще, что найдем. Поэтому нам следует обращать внимание на вторичные очаги спонтанного невезения. То есть на те места, куда тянутся нити от центра паутины. Например, сюда. – Ирина указала на точку пересечения двух линей. – Видите, возмущение в этой точке вызывает ответные возмущения сразу по четырем направлениям. А если нитей не две, а три, четыре, пять, десять, двенадцать… – Ира быстро нарисовала на экране новые нити. – В таком случае один локус вызывает сразу множество очагов спонтанного невезения. Причем возмущение в самом локусе может быть весьма незначительным.
– Значит, мы ищем места, вокруг которых происходят незапланированные события!
– Именно!
Строггард радостно улыбнулся. Но тут же с озабоченным видом сдвинул брови:
– Да, но как мы будем их искать?
– Этим займусь я, – спокойно и уверенно ответила Ирина. – Вам же нужно будет лишь предпринять необходимые меры по локализации обнаруженного участка.
– Как мы будем это делать? Выводить оттуда людей и перекрывать доступ?
– Нет, люди должны остаться. Именно они являются носителями проклятья. Это ведь как инфекция!
– Но… – Строггард непонимающе развел руками. – Люди ведь могут пострадать.
– Естественно, мы не станем запирать людей в виварии, где звери вырвались из клеток, – снисходительно улыбнулась Ирина. – Но если это, скажем, жилой сектор или зона отдыха, так почему бы и нет? Если мы сработаем быстро и четко, изоляция не продлится долго.
– Сколько?
– Максимум – сутки.
– А что потом делать с людьми из изолированных секций? – Багдасарян задал вопрос, интересовавший всех присутствующих.
– Они вернутся к обычной жизни, – заверила Ирина. – Как и все мы. Проклятие невезения – это не эпидемия чумы. Как я уже говорила, оно работает и набирает силу, только когда передается от человека к человеку по принципу цепной реакции. В замкнутом коллективе оно быстро изживет себя. И чем меньше народа будет в этом задействовано, тем скорее это произойдет. Поэтому мы будем стараться выбирать небольшие локации. У нас есть трехмерная модель ЦИКа?
– Да, разумеется. – Строггард нажал клавишу лежавшего на столе пульта, и к ним подкатил небольшой квадратный столик на колесиках с сенсорным экраном вместо столешницы.