Шаринган Какаши

Наит Мид

— Судьба значит да? — Азуми остановилась и обернулась ко мне, — а ты не думал, что она от лица меня предоставляет тебе тот самый шанс?

— Думал, но мы слишком мало знакомы для подобного рода услуг. — С абсолютной невозмутимостью ответил ей частичную правду.

— Тоже верно… — девушка крепко задумалась, подняла взгляд на потолок, вернула на меня, потом на потолок и обратно на меня, она словно что-то для себя решала и, решившись, заговорила: — Знаешь, Какаши. Я тебе всячески намекала, но гляжу, ты действительно весьма взрослый для своего возраста,

и вполне оправдываешь слухи гения поколения, так что давай начистоту. Я женщина одинокая, мужа у меня нет, его забрала война, как и немалое число моих друзей и знакомых. Как думаешь, чего я могу хотеть от тебя? Ты умный и наблюдательный, наверняка заметил мои намёки, изменения в одежде, духи и различные провокационные позы.

— Хм… — я задумался, ответ казался до ужаса банальным, но он в тоже время был и логичным. — Неужели ребёнок?

— Верно. Я хочу себе маленького ребёночка, хочу стать мамой, и хочу я как можно скорее. — Призналась женщина без утайки и после этого признания, ей даже стало легче говорить, словно с шеи упал невидимый груз.

— Почему? — Несмотря на её искренность, я не до конца понял причины подобного желания, от чего и решил их озвучить.

— Знаешь ли, время идёт вперёд, а я не молодею. Между прочим, строить отношения с кем-либо во время войны крайне сложно, как и отыскать кандидата, что согласиться на такое предложение. — Грустным тоном ответила Азуми, неловко улыбнувшись.

Это было похоже на правду: генетика Какаши являлась прекрасной пускай и не дотягивала до великих кланов, однако большинство клановых ни за что не выпустят свою кровь из семьи. Для сохранения своих генов и построенных на этих генах техник ниндзюцу, кланы частенько практикуют инцест. Не все конечно, но очень многие. Поэтому вопрос: почему именно я стал её выбором для донорства — являлся риторическим.

Раньше, до построения скрытых селений инцестом занимались практически все кланы шиноби, но мир меняется и люди тоже. Впрочем, я не о том сейчас думаю.

Сделка казалась мне выгодной и в то же время несколько аморальной. Не успел я ещё похоронить невесту, а уже обдумываю предложение об интимной связи с другой женщиной. Нет, с Рин мы обсуждали подобный исход событий. В то время я не хотел об этом даже думать, искренне веря в то, что у меня хватит сил защитить её. Как же наивен я был, и как же мне повезло с ней. Мы между собой договорились о том, что в случае смерти одного из нас, выживший продолжит жить дальше и постарается отыскать новое счастье для себя. Однако, несмотря на разумность и острую нужду в увеличении больничных дней, мне было сложно взять и согласиться. Чувства… они сильно мешали сделать рационально выгодный выбор.

Тем временем моё молчание затягивалось. Азуми восприняла это по-своему и продолжила настаивать на своём.

— Ну? Что скажешь? Я воспользуюсь своим положением и удвою тебе больничные дни, а ты поможешь мне с моей маленькой проблемой? Разумеется, это останется тайной сугубо между нами. Если ты боишься, ответственности за ребёнка,

не волнуйся, он никогда не узнает о личности своего отца. — Вся эта ситуация являлась странной, но вполне правдоподобной, тем не менее мой язык отказывался озвучить ответ, пока разум с душой терзали сомнения вместе с совестью.

Тяжело вздохнув, женщина продолжила ещё более грустным тоном. — Я понимаю, тебе сложно решиться на такое, особенно с учётом нынешних обстоятельств, но только прошу, не считай меня какой-то путаной. Лучше думай об этом как о личном вкладе в будущее нашей деревни. И я всё пойму, если ты откажешься.

Усилием воли я отстранился от эмоций и наконец-то решил ответить.

— Я…

Глава 5

Дом

Глава 5: Дом

— Видишь его?

— Того с белыми волосами? Это он?

— Тише, а то услышит. Он ведь шиноби.

— Ой!

— На последней миссии он убил своего товарища. Ещё и себя собирался, однако союзники подоспели.

— Какой ужас.

— Возможно, но я как подруга, советую держаться тебе подальше от него.

— Почему?

— Он какой-то странный, да и слухи ходят разные. Мол, это не в первый раз. У него даже прозвище есть.

— И какое же?

— Убийца друзей Какаши…

— Жуть!

— Говорят, все кто слишком долго находятся рядом с ним, умирают мучительной смертью, а некоторые даже от его рук.

— Да ладно? Не может быть! Ужас-то какой. Ой! Он смотрит!

— Идём отсюда, поговорим в другом месте…

Стоило мне окинуть взглядом женщин, как те поспешили замолкнуть и уйти подальше. После этого я смог спокойно набрать продукты в корзинку и подойти к продавцу для оплаты товара. Продавец одарил меня точно таким же взглядом, каким смотрели женщины, когда думали, что я не вижу.

Неприятно… пускай с подобным я сталкивался далеко не в первый раз, но мне всё равно неприятно. Из-за таких слухов за спиной, обычный поход по магазинам оказался куда сложнее, чем я ожидал. Люди… они постоянно напоминали о моём поступке и моей потери. Мужчины, женщины, старики и даже дети! Все они считали себя вправе обсуждать меня за спиной. И порой, такие люди, совсем не стеснялись в выражениях. Столь жестокие слова, словно открывали только-только переставшую кровоточить рану и насыпали туда соли. Боль, не физическая но душевная, именно её я чувствовал шагая по улицам родной Конохи.

Неприятно… я словно вернулся в детство Какаши. В то время за спиной ребёнка люди частенько начинали подобные разговоры, только целью обсуждение был не сам Какаши, а его отец. Чувства, испытываемые мной сейчас, являлись аналогичными с чувствами испытанными в прошлом. И в тоже время нет. Сейчас всё было гораздо хуже. Я не мог спасти или как-либо повлиять на отца, а Рин… Рин погибла от моей руки. И теперь почти каждый прохожий напоминает об этом.

И подобное вызывает во мне просто отвратительные чувства.