Шелковая вендетта
Шрифт:
– Я думаю, Дрэйк все равно не смог бы прийти, – сказала Касси, – у него слишком много дел перед выборами.
– Избиратели предпочитают, чтобы у их представителя в парламенте была жена, – сказала Джулия. – Это всем известно. Жена нужна каждому человеку, которому приходится много работать. – Она вызывающе посмотрела на меня. – Нужно будет напомнить ему об этом. Я знаю кое-кого, кто мог бы ему подойти в этом качестве. Эта женщина хорошо знает свет и у нее есть деньги, чтобы жить на широкую ногу... она вращается в обществе и очень неплохо смотрится... так что ему будет
Я промолчала.
– Он и сам скоро придет к этой мысли, – продолжила она. – В общем, можно сказать, что он уже подумывает об этом и... с моей помощью... полагаю, сделает правильный выбор.
– Ради его же блага я тоже надеюсь на это, – сказала я.
– Я говорю о женщине, которая могла бы ему помогать. Ты же знаешь, Дрэйк – очень здравомыслящий мужчина. Он не из тех, кто может влюбиться в горничную. Даже в любви он не потеряет рассудка.
– Это свидетельствует о незаурядном уме, – заметила я.
– О, Дрэйк – очень умный человек. Самое главное в жизни для него – карьера. Я бы не удивилась, узнав, что он мечтает пойти по стопам нашего дорогого старика Гладстона. О, не прямо сейчас, конечно. Великий Старик еще не сдался, и у Дрэйка впереди много работы. Но он будет зорко следить за ситуацией, чтобы не пропустить свой шанс. Вот увидишь. Он женится на женщине, которая знает толк в светских приемах... и если у нее к тому же есть деньги, то они вряд ли будут ему некстати.
– Мне ненавистна сама мысль, что мой друг может поддаться таким торгашеским рассуждениям.
– Ты неверно истолковала мои слова. Разве я сказала, что он корыстен? Я называю это мудростью. Посмотри на Дизраэли. Когда-то он был просто умным человеком. Затем женился на деньгах Мэри-Энн. Ему были нужны эти деньги. Если ты собираешься высоко подняться, как тот же Дизраэли, то, чтобы удержаться там, наверху, тебе понадобится мощная поддержка в виде денег. Кстати, эта счастливая парочка проведет свой медовый месяц во Флоренции. И почему это все ездят в свадебное путешествие в Италию?
Я унеслась мыслями в прошлое и представила, как прогуливаюсь по набережной Арно. Я внутренне снова переживала ту ночь, когда исчез Лоренцо.
– Наверное, потому, что это одно из самых прекрасных мест на земле, – услышала я голос Касси. – Вот почему оно так нравится влюбленным. Величайшие произведения искусства... великолепная природа...
– Чарльз вряд ли заинтересуется искусством. Он будет подсчитывать свои барыши, а его новобрачная думать о том, какая же она счастливая, что сумела на деньги своего папочки купить себе такого красивого муженька.
Я посмотрела на Касси.
– Пошли домой, – предложила я ей.
– Вы должны посмотреть, как молодые отправятся в свадебное путешествие, – напомнила нам Джулия. – Уйти раньше будет нарушением этикета. Осталось уже совсем недолго.
– Мне хочется посмотреть на нее в нашем дорожном костюме темно-красного цвета, – сказала Касси. – Он такой красивый.
– Странно, что вы стали такими знаменитыми портнихами.
– В основном это заслуга моей бабушки и графини, у которой врожденный талант бизнесмена.
– Однако
– Разумеется.
– Как было бы здорово съездить в Париж, – вздохнула Касси.
– Это невозможно, – резко оборвала я ее. – У нас нет денег.
– Но твоя бабушка так не думает, и графиня тоже. Да и тебе этого хочется, признайся, Ленор? Я видела, как у тебя загорелись глаза, когда графиня рассказывала про магазин на улице Сент-Оноре.
– Поехать в Париж! – воскликнула Джулия. – Это бесподобно. Я бы там не вылезала из магазинов и накупила бы кучу всяких вещей.
– Пока мы будем довольствоваться своим салоном в Лондоне.
– Нет, все-таки в этом что-то есть, когда платье куплено во Франции. Даже если оно точно такое же, как то, что вы продаете здесь, все равно будет ощущение, что оно чем-то отличается. Это платье будет пропитано атмосферой Парижа.
Мы с Касси обменялись взглядами. Графиня говорила практически теми же самыми словами.
– А знаете, – вдруг рассмеялась Джулия, – я почти уверена, что вы откроете салон в Париже – раз у вас появилась такая мысль, то это лишь вопрос времени. Вот увидите, что-нибудь подтолкнет вас к этому.
– Как бы мне хотелось, чтобы твои слова сбылись, – сказала Касси.
– Слушайте, – воскликнула Джулия, – я даже не заметила, когда новобрачная исчезла, а она уже переоделась и готова к отъезду. Этот костюм... о-о... потрясающий. Даже она кажется в нем хорошенькой. А серебристо-серый гофрированный воротник и рукава – вообще что-то гениальное.
Наконец, суматоха, вызванная отъездом новобрачных, улеглась.
Я повернулась к Касси:
– Ну, теперь мы можем идти.
Я получила письмо от Дрэйка. У него было много работы в связи с предстоящими выборами, и он пока не мог вырваться в Лондон. Он писал, что скучает по нашим прогулкам в парке, и спрашивал, не согласимся ли мы (то есть я, Кэти, Касси и бабушка, и, если пожелает, – графиня) встретить Рождество в Свэддингхэме.
Разумеется, мы были согласны. Графиня не могла поехать с нами, потому что получила приглашение встретить Рождество у Мэллоров в их загородном доме и уже дала согласие. Поэтому мы поехали вчетвером – я, бабушка, Касси и Кэти.
Мне не терпелось посмотреть усадьбу в Свэддингхэме. Наши встречи с Дрэйком в парке отошли в прошлое, и я все больше и больше понимала, как мне их не хватает.
– Даже без графини мы едем довольно большой компанией, – сказала я. – Интересно, будут ли там еще какие-нибудь гости?
– Ну, вряд ли он решился бы пригласить тебя одну, – сказала графиня, – и разумеется, в качестве твоей компаньонки он должен был пригласить мадам Клермонт. И ты не можешь поехать без Кэти. А поскольку Касси в таком случае останется на Рождество совсем одна, то получается, что вопрос о ней тоже стоит вне обсуждения. Мужчина с головой не мог не подумать об этом – поэтому он и прислал приглашение вам всем. Ты должна сшить себе что-нибудь новенькое для такого случая, Ленор.