Школа боя
Шрифт:
В принципе дорога была ему прекрасно известна. Бывал здесь, в этом здании, и по делам творческим, и просто в гостях... Однажды довелось побывать и в другом, совершенно непривычном качестве. Но это уже отдельная история...
Прошел по коридору второго этажа. Попадавшиеся встречные, в большинстве – молодые и крепкие мужчины, с какой-то подозрительностью осматривали постороннего с ног до головы. Ну, это у них манера поведения такая. Сурово-многозначительная. Дескать, многоопытные сыщики, многое повидали, нехорошего человека раскусим влет, с первого взгляда...
Только Василий хорошо знал
Конечно, в Управлении уголовного розыска области работали не только очень умные и "крутые" аппаратчики... Были здесь и те, кто реально занимался работой по раскрытию преступлений. Правда, было таких немного.
И к одному из таких вот "практиков" сейчас и направлялся Василий.
С Игорем Михайловым они познакомились в университете. Вместе играли в университетской баскетбольной сборной, мотались по соревнованиям и сборам. Игорь был на несколько лет моложе – поступал сразу после школы, учился хорошо и из университета не отчислялся. Окончив юридический факультет, пошел не в прокуратуру, на хороший оклад, и не в адвокатуру, где ему уже приготовил местечко отец, довольно известный в городе правозащитник. Игорь выбрал собственный путь – он пошел работать в милицию, в уголовный розыск.
Начинал в одном из районных отделов города и, по всей видимости, неплохо себя зарекомендовал, потому что уже через два года был приглашен в УВД области, в Управление уголовного розыска. В отдел, который с легкой руки одного питерского мента-литератора получил название "убойного". Опер, старший опер... В начале осени этого года был назначен начальником отделения и получил очередное звание – майор милиции.
Наверное, Михайлов был одним из тех немногих ментов, которые пользовались безоговорочным доверием Скопцова. Не раз Василию приходилось обращаться к приятелю по тому или иному поводу в прошлом. И Игорь ни разу не отказал ему в помощи.
Вот и сегодня – стоило Василию позвонить, как Михайлов сразу же "въехал в тему":
– Давай так. Пропуск я тебе закажу, обратишься в бюро пропусков. Встречать не выйду – извини, занят. Сам найдешь, не маленький...
Нашел. Вот она, дверь со знакомым номером.
– Извините, можно к вам, гражданин начальник?.. – Чуть приоткрыв нужную дверь, Василий просунул в узкую щель голову.
– Вползай, Васятка! – Одно из преимуществ быть начальником, на взгляд Василия, заключалось в том, что теперь Игорь занимал отдельный кабинет. Раньше он сидел в каморке таких же размеров. Но, кроме него, там стояли столы еще трех оперативников.
Сейчас Игорь был один. Сидел, неловко согнувшись, за письменным столом. Стол был рассчитан на "среднего"
Начальник отделения был без пиджака, который висел на спинке стула, галстук распущен, волосы встопорщены... Поверхность стола была завалена какими-то бумагами. Еще несколько листов Игорь держал в руках – видимо, до появления Василия просматривал их.
– Привет! Падай! – Игорь кивнул на один из стульев, стоящих ровным рядком вдоль стены. Бросил на стол бумаги и пожаловался: – Достали, волки позорные!
– Эт кто же тебя так? – сочувственно поинтересовался Скопцов.
– Все! – откликнулся Михайлов. – Все! И начальники, и подчиненные, и жулики...
– Чего стряслось-то?.. – Василий спрашивал не из пустого любопытства. Криминальная тема в СМИ пользовалась спросом. А получить достоверную информацию из первых рук... Это дорогого стоит.
– "Мокрухи" прут серией... – Игорь хлопнул ладонью по лежащим перед ним бумагам. – И вроде бы так получается, что завелась у нас какая-то мразь, по типу этих, блин, скинхедов московских...
– Ну-ка, ну-ка!.. – заинтересовался Василий. – А поподробнее можно?
– Только ты пока об этом не пиши! – погрозил Игорь приятелю длинным пальцем. – А то знаю я вашу братию! Понапридумываете всякого...
– Ну ты что, Игорь?! – Василий даже обиделся. – Ты меня первый раз видишь, да?
– Ладно, извини... – Михайлов сокрушенно махнул рукой. – Короче, недельку назад произошло организованное нападение на общежитие рабочих-таджиков. В пригороде, в Липатове... Человек пятнадцать-двадцать, в масках, в камуфляже, с битами или просто с дубьем... Ворвались, избивали... Орали: "Россия – для русских!" Ну, и другие лозунги...
– И многих убили?
– Да нет... – неохотно ответил Игорь. – В основном переломы. Руки, ноги, ребра... Травм много, но смертельных... только одна. Проломили череп бригадиру. Он пытался оказать сопротивление. Причем довольно успешно...
– Один против пятнадцати?! – позволил себе усомниться Василий.
– Ну, не против всех... Но старшего их и еще парочку бойцов сделал легко. Если, конечно, верить показаниям свидетелей... Да оно и понятно!
– Чего так?..
– Понимаешь, Васятка... – Михайлов взъерошил и без того беспорядочно торчащие волосы. Покрутил головой, сморщил лицо в болезненной гримасе, вроде как заныл больной зуб. – Покойник... Короче, он в свое время, еще в начале восьмидесятых, окончил Рязанское училище ВДВ. Дослужился до капитана. Уволен был по ранению. За Афганистан – "Красное Знамя" и "Красная Звезда". Медали...
– Ни фига себе! – присвистнул Василий. – И как же так получилось?..
И было неясно, что он хочет понять... То ли как могли убить такого человека, то ли почему заслуженный боец, орденоносец, отдавший здоровье некогда великой стране, перебивался на нищенские заработки гастарбайтера...
– А кто его знает! – развел руками Игорь. – Ты у меня спрашиваешь?! Ты лучше у Горбатого с Ельциным спроси! Может, они ответят!..
– Они ответят... – хмыкнул Скопцов. – Сам знаешь – в этой стране никто ни за что не отвечает...